Александр Зайцев. «AZ»

Вернулся ли запрос на «интеллектуальную электронику»? Участник «Елочных игрушек» выпускает дебютный альбом

текст: Денис Бояринов
Detailed_picture© Александр Зайцев

Александр Зайцев из «Елочных игрушек» выпускает дебютный альбом «AZ». Слово «дебютный» звучит немного удивительно для тех, кто следит за дискографией питерского дуэта, потому что Зайцев всегда был главным по музыке в многочисленных проектах, возникавших вокруг «ЕИ»: заверченный рэп 2h Company, электрошансон Стаса Барецкого, совместная пластинка дуэта с поэтом Андреем Родионовым и четыре альбома «Самого Большого Простого Числа» не случились бы без Александра Зайцева. В группе «СБПЧ», которая до недавнего времени давала концерты в формате рок-квартета, Зайцев не только сочинял музыку, но и играл на гитаре и пел. Неожиданно для многих — недавно он ушел из востребованного коллектива, чтобы выпустить собственный альбом, мегамикс из которого представляет сейчас на COLTA.RU:


Комментирует Александр Зайцев

— Можно ли сказать, что ты записал дебют? В чем идея этой пластинки?

— Можно сказать, что я записал дебют. Я так и говорю.

Мне хотелось записать побольше музыки, которую я слышу. Не отвлекаясь на объяснения, что я делаю и зачем. Я уехал в деревню и стал писать. То, что я делал, было естественным продолжением всего, что было до. Не было резкой смены. Когда что-то делаешь, всегда думаешь: а как можно еще? Я все чаще последнее время думал про это «а как же еще». А потом купил одну машинку, она уже довольно старая, вышла в начале нулевых, называется Monomachine, и на ней оказалось просто делать вещи, которые я придумывал, но не мог сделать.

Я не писал никогда экспериментальную музыку ради экспериментальной музыки, мне кажется это очень скучным.

Я написал много музыки, почти 400 треков, но понял, что работать сразу со всем этим невозможно, взял первые примерно 50 с чем-то треков и показал их некоторым людям, чье мнение мне было важно. Это были даже не готовые вещи, а просто спонтанные демо-записи, и я не хотел выбирать сам из них треки для альбома, потом искать для них порядок, потом записывать их качественно и т.д.; мне было интересно, можно ли этот материал структурировать какими-то другими способами.

Кто-то так ничего и не ответил, а кто-то, как Федор Веткалов, наоборот, активно включился в работу, и очень быстро возник неожиданный для меня самого альбом.

— Кто еще принял участие в записи?

— Когда много и давно пишешь, очень мешает собственно музыкальный опыт, и мне хотелось развивать музыку внемузыкальными способами. Например, меня очень волновало, можно ли мелодию развить, думая про визуальные образы, а не про программирование барабанов. Наверное, это глупости, но мне было важно. Так что для меня самым главным было общение с «немузыкантами» — фотографами, дизайнерами. Поэтому я в первую очередь среди контрибьюторов должен бы назвать фотографов Настю Цайдер и Антона Михайловского, которые нас давно снимали как «СБПЧ», например, или Кирилла Благодатских, дизайнера, делавшего книгу про «СБПЧ», или Саню Захаренко (экс-барабанщица «СБПЧ». — Ред.), которая сделала этот мегамикс, или Игоря Антоновского, автора паблика «Спальные районы страны OZ», но их на альбоме не услышать ))). Хотя Кирилл Благодатских в итоге сделал весь дизайн для кассеты и альбома в целом из съемок Насти Цайдер.

Обложка альбома «AZ»Обложка альбома «AZ»

— Судя по тому, что ты рассказываешь, твой опыт записи этой пластинки — чисто для себя. Ты сделал пластинку «для себя». Но при этом вряд ли ты не задумывался о слушателе: о том, что ему нужно, или, например, о том, что тебе неплохо было бы с этим материалом выступать — скажем, на фестивале SKIF или «Электро-Механика» — или в городах Сибири, как сейчас делает «СБПЧ».

— Думал, конечно. Я потому и купил себе эту машинку. На самом деле у нее много недостатков, но есть два огромных плюса — она компактная, так что я сейчас мобилен как никогда, и она работает стабильнее компьютера. Я не писал никогда экспериментальную музыку ради экспериментальной музыки, мне кажется это очень скучным. Я бы хотел не в студии работать, а именно играть концерты. Поэтому весь этот материал и много нового очень даже играется. Я пробовал почти год на наших электронных четвергах и «Сайлент-гигах» в музее «Эрарта» — получалось вот так:



Мне кажется, очень хорошо для фестивалей подходит. Летом я съездил в Нижний и там сыграл на клубной вечеринке, и получилось очень круто. Не только по моим ощущениям. Было видно по людям, их реакции — я для этого и лейбл сделал, чтобы это можно было начать экспортировать во все города Сибири и не только.

— Что ты думаешь о возвращении слушательского запроса на «интеллектуальную электронику» — музыку без очевидного прикладного значения, без прямой бочки и дропов? Он существует? Насколько широка эта ниша?

— Пока я ездил по Англии и Европе, то думал, что неширока. Но в нулевых я проехал достаточно от Владика и Комсомольска-на-Амуре до Киева и Риги, чтобы понять, что новый язык интересует всех и везде. И как людям нужны дропы и прямая бочка, так же им очень хочется и музыки без этого.

Комментирует Федор Веткалов, Xi Zhuang

— В чем заключалась твоя роль при записи «AZ»? Как вы взаимодействовали с Александром Зайцевым?

— Как-то Саша сказал, что летом в деревне записал очень много лайв-сессий, и выслал мне огромный архив в 52 трека — больше двух часов музыки. Я загрузил все, что было, в айпод и несколько дней без конца слушал композиции, катаясь по многу часов на велосипеде. Для меня это лучшая форма прослушивания музыки — летишь себе спокойно и слушаешь, отвлеченно и внимательно одновременно. Каждый раз, когда был интересный трек, я делал пометку и ехал дальше. Таким образом, из 52 треков осталось 30, потом 20, а потом и 12 композиций, на мой взгляд, самых показательных и разносторонних. То есть из двух часов музыки осталось 32 минуты — это удача. Дальше, отталкиваясь от звука, я придумал вариант названия альбома, обложку, распорядок треков, названия треков и выслал Саше в виде мини-презентации как будто бы уже готового альбома. В итоге после совместных дискуссий и раздумий название альбома стало другим, сменилась обложка, у композиций пропали имена, но вариант с выбором треков и их последовательностью мы так и зафиксировали, чему я очень рад.

Я за интеллектуального разностороннего слушателя (ИРС) и за русскую самобытную музыку (РСМ).

— Что тебе больше всего нравится в альбоме «AZ»?

— В альбоме мне нравится его самобытность, его целостность. Конечно, всегда можно найти параллели с тем или иным саундом, но тут ведь важен не только звук, но и свое высказывание, свое видение. Саша сделал очень личную, интимную работу, и она находится вдалеке от шумной дороги. Стоит свой домик, вокруг хозяйство, и всем в этом доме хорошо. Для меня в альбоме есть много базовых, фундаментальных вещей (грусть, меланхолия, тоска, страх, любовь, доброта и т.д.), но высказанных в довольно отвлеченной и не эмоциональной манере. Это тоже редкость. Еще мне кажется, что это очень русская музыка. По-моему, слышно, что ее написал человек, который здесь живет. Одним словом, для меня Сашин альбом и есть самая настоящая русская электронная музыка.

— Зачем вы с Сашей еще и лейбл завели — и какие у вас на него виды?

— Мы очень много общались на самые разные темы, я несколько раз приезжал в Питер, были разговоры и про поиск своего музыкального языка, и про опыт места, в котором мы живем, про русскую музыку, и естественным образом возникла идея сделать лейбл, чтобы просто эту общность интересов как-то поддержать и заодно поддержать все проекты, которые бы на нем выходили. Скажем, альбом одного музыканта привлекает внимание к альбому другого. Еще удачно получилось, что Саша услышал у Алика — tembr69 (Альберт Расюлис, участник проекта Fizzarum. — Ред.) — его треки и скомпилировал из них альбом, который так и называется: «tembr69». Отличная и мало на что похожая работа со своим причудливым языком. Я вижу лейбл как поле для издания необычной, своеобразной музыки, где есть свой внутренний порядок. В планах уже есть очень много интересного и, кстати, слава богу, не только электронного.



— Что ты думаешь о возвращении интереса у слушателей к т.н. интеллектуальной электронной музыке — есть такое явление? Или это фикция?

— Мне кажется, возвращение слушателя к интеллектуальной электронной музыке — это даже не фикция, а несколько фикций.

На мой взгляд, то, что называется «интеллектуальной электронной музыкой» (IDM), еще в 1990-х годах стало просто штампом: удобно писать на афишах и т.д. Но, по большому счету, можно просто послушать какой-нибудь опус Штокхаузена, Ксенакиса и других замечательных людей, и вопрос об интеллектуальности музыки IDM сам собой закроется. Причем музыка этих композиторов называется просто — электронная музыка. Если же говорить про Россию, то моды на IDM особо никогда и не было, только, может, в конце 90-х, поэтому и возвращения никакого нет. Но на самом деле это все не так уж и важно. Скажу по-другому: я вижу, что в России есть много думающих, интересных, глубоких людей и у них есть интерес к самобытной музыке, очень бы хотелось именно таких слушателей чаще видеть и общаться с ними. Я хочу жить здесь, и хочется путем утверждения, а не отрицания просто делать свое дело. Я не за IDM, я за интеллектуального разностороннего слушателя (ИРС) и за русскую самобытную музыку (РСМ). Ну а лейбл, в свою очередь, постарается и дальше издавать записи, сделанные путем использования как электроники, так и акустики. Вместе будем поливать грядку, и взойдут цветы.

Презентация альбома Александра Зайцева «AZ» состоится 21 ноября в московском баре «Бородач», 22 ноября — в «Буфете» (Нижний Новгород), 24 ноября — в «Море» (СПб.). 

Комментарии
Сегодня на сайте
La traviataКино
La traviata 

«Тайна падшего ребенка» Джерри Шацберга в «Гараже»

25 июня 20196790