
Назвавшийся маркой финского автобуса красноярский музыкант Александр Пустынский до этого состоял в хорошей группе «Эхолов» — а теперь, после распада коллектива, пустился в сольное плавание. Сольная повестка Александра, оформившего свой первый новый материал в три самостоятельных мини-альбома под номерными названиями, — продолжение и развитие магистральной линии «Эхолова», задумчиво-романтичная электроника несколько Four Tet'овского толка, атмосферные пьесы, в которых ловко сочетаются симпатично-полиритмичная сложность устройства и звонкая простота центральной мелодической линии. Звенят колокольчики, перестукиваются ударные, что-то зачитывает утопленный в миксе сэмпл, романтично тянутся синтезаторные партии — словом, идеальная музыка, чтобы по заветам каких-нибудь Boards of Canada пялиться на детей, играющих в морском прибое на фоне заходящего солнца на изящно подернутых сепией кинокадрах.