Радиотелескоп для работы с Непредставимым
Художники против Екатеринбургского цирка
Танцхудожники за справедливую оплату труда. Открытое письмо
Как сделать лесную выставку в поле
Минус-прием Игоря Чацкина
Русская как иностранная
В Томске потребовали закрыть «арс котельную»
Позвольте, что это за «яба» такая?
Вторая триеннале музея «Гараж». Послесловие
Музей Stedelijk против генпрокурора
«В советское время сюда попадали люди, которым не нашлось места в системе»
Открытое письмо международного арт-сообщества против ареста Надежды Саяпиной
Подробно с акцией «Возвращение имен» я не был знаком до этого шума с ее запретом, который обставляется в отвратительно-лживом духе «ремонта».
Я вижу этот запрет в цепи других отвратительных и страшных событий: атаки на «Мемориал», судилище над Оюбом Титиевым, который практически святой человек, слабо укладывающиеся в голове дела Юрия Дмитриева и Сергея Колтырина, которых то ли от переизбытка, то ли от недостатка воображения обвинили по одной и той же статье, и робкие, пока происходящие как бы на периферии «низовые инициативы», заигрывания с образами людоедов Сталина, Дзержинского, НКВД-КГБ — установка новых памятников Сталину (в том числе в центре Москвы в 2017 году), празднование Дня чекиста.
Одновременно с этим — громкие политические процессы, где у задержанных пытками выбиваются признания по совершенно абсурдным обвинениям (дело Сенцова, дело «Сети» и другие).
При этом на слуху фраза «сейчас не 1937 год». Некоторые ее произносят с облегчением, а некоторые, как известный полицейский при последнем задержании «Пусси Райот», — с сожалением.
А какой сейчас год?
