23 сентября 2020Современная музыка
6932

Видели Ночь

На фоне сплетен о втором локдауне в Екатеринбурге провели Ural Music Night — городской фестиваль, который посетили 170 тысяч зрителей. Денис Бояринов — о том, как на Урале побеждают пандемию

текст: Денис Бояринов

Ural Music Night, или Уральская ночь музыки, традиционно проходит в конце июня — в самую короткую летнюю ночь. Так было начиная с 2015 года, когда в Екатеринбурге появился этот фестиваль, придуманный Евгением Горенбургом (участником Свердловского рок-клуба и организатором фестиваля «Старый Новый рок»). Високосный 2020-й перепутал все планы — пандемия коронавируса поставила проведение фестиваля под вопрос. Но все-таки он состоялся в прохладном сентябре. Смелый ход, даже дерзкий: ведь Ural Music Night, принявшая 1500 одних только музыкантов, — это крупнейший открытый бесплатный фестиваль, прошедший во время пандемии на Урале и уж точно — во всей Европе, которая в те же самые ночи со страхом ожидала второй волны всеобщего локдауна (и, кажется, дождалась). Но, как заявила на пресс-конференции один из кураторов музыкальной программы Эльвира Архангельская, «Екатеринбург всегда был очень дерзким городом — и очень талантливым».

© Александр Осипов

Дерзость и талант Екатеринбурга хорошо представляют себе те, кто хоть раз бывал на Ural Music Night и помнит атмосферу фестиваля. На одну ночь центр Екатеринбурга, сосредоточенный вокруг городского пруда, превращается в рясное ожерелье площадок с концертами — от улицы Московской до улицы Восточной вдоль Ленина, Малышева и Куйбышева играют джаз, рэп и рок, льются народные песни и звенят с балкона оперные арии, потрескивает экспериментальная электроника и бухают народные хиты, и вокруг этих источников звука происходит напряженное людское роение, которое выливается в мощный гул во время финального концерта хедлайнера на Октябрьской площади с хоровым пением песни «Луч солнца золотого», ставшей гимном фестиваля. Идея Уральской ночи музыки по определению несовместима с пандемией — это празднество и пир, которые не слишком-то уместны во время чумы. Но это не значит, что их не надо проводить: давайте не будем отрицать значимость ритуальных жестов. В «чернолебедином» 2020 году слоган фестиваля «Ночь пройдет» зазвучал с особенным смыслом — после странных, парализованных дней он дал надежду музыкантам и их поклонникам, что нормальная жизнь вернется.

— Екатеринбург всегда был очень дерзким городом — и очень талантливым.

«Мы живем в период инфекции, — философски заметил на пресс-конференции по случаю открытия директор UMN Евгений Горенбург, — давайте постараемся не заразиться». Ради этого организаторами были соблюдены «пандемические» требования Роспотребнадзора: открытые площадки были огорожены заборами и рамками (что, кстати, нетипично для Екатеринбурга), на закрытых площадках была введена предварительная регистрация (общая численность — до 50 тысяч человек), волонтеры на входе мерили температуру и предлагали антисептики, охранники следили за тем, чтобы зрители не забывали про маски. А где-то, говорят, посетителям даже предлагали пройти флюорографию и сделать вакцинацию от гриппа. Те, кто благоразумно решил остаться в эту ночь дома, могли посмотреть онлайн-трансляцию с 10 центральных сцен фестиваля. В целом, однако, складывалось впечатление, что эти меры по противодействию коронавирусу в ситуации народного гуляния так же ритуальны, как хоровой запев строчки «Солнце взойдет»: о какой социальной дистанции может идти речь во время слэма под группу The Hatters или в пабе для молодых Underground Syndrome? Гигантский прорыв на фронте санитарии и общественного здоровья был, правда, в другом: при поддержке городской администрации в этом году на территории фестиваля было обустроено 180 общественных туалетов — против восьми, которые работали в прошлом году. Это, безусловно, серьезное достижение.

© Леонид Ирхин

Рекорды организаторы UMN вообще любят: когда-то они провозглашали его самым быстрорастущим фестивалем в России (в 2015-м — 70 тысяч зрителей, а в 2019-м — уже 300) и верили в его международный потенциал. В коронавирусном 2020-м, увы, не до рекордов по численности и зарубежным гостям: Евгений Горенбург на пресс-конференции сокрушался, что в этом году на UMN не выступает группа из Мпумаланги — с этой южноафриканской провинцией у Свердловской области установились особенно тесные отношения. Жалко, безусловно, — но будем надеяться, что в следующем году доедут вместе с делегацией от Лимпопо.

© Юра Сахар

В этом году корреспонденту COLTA.RU южноафриканских музыкантов вполне заменили местные — екатеринбургский бэнд Lollypop Lorry, который бодро и четко играет собственные сочинения с афро-карибским вайбом и, как говорят, популярен в Латинской Америке. На открытой площадке «Всем джаз-фанк!», где они выступали, собралось на удивление много людей, которые двигались в холодном воздухе под расслабленный теплый грув. На хедлайнерах фестиваля — певице Елке, выступавшей в гала-финале на Октябрьской, алко-фолк-панках The Hatters и рэп-пересмешниках «Хлеб» — зрителей было в несколько раз больше; так и музыка эта из другой лиги, для внутреннего пользования. У Lollypop Lorry же есть экспортный потенциал, и он, как выяснилось, уже реализовывается. На их концерте стало понятно, что грезы команды UMN о международном статусе события — вполне достижимая мечта. Особенно если в соседних странах границы откроют, а музыкальные фестивали из-за коронавируса так и не разрешат.

Другим полюсом сильных музыкальных впечатлений на UMN стал перформанс группы «Витамин Юсъ», переехавшей в Екатеринбург из Нижнего Тагила. Они выступали на сцене ресторана Bukowski Grill без вокалиста, вернее, он телеприсутствовал на сцене: участники группы связывалась с ним по скайпу в перерывах между песнями, добавляя происходящему остроты пандемической реальности, о которой, казалось, все позабыли. Отсутствие фронтмена не повредило зрелищности шоу «Витамина Юсъ» — после каждой следующей песни казалось, что их вот-вот выдворят со сцены этого буржуазного гриль-ресторана за дурку, но почему-то не выдворяли. Концерт закончился тем, что барабанщик разделся по пояс, а гитарист прикрепил к грифу семейные трусы (по счастью, не снял с себя, а достал откуда-то специально заготовленные). Отвязный фрик-рок «Витамина Юсъ» с концептуальными текстами, напоминающий одновременно о The Residents, Мамонове и Пригове, — совершенно автохтонный уральский музыкальный продукт, который вряд ли приживется даже в Москве — не то что в Берлине, но в этом его сила и правда.

Помимо официальных площадок Ural Music Night, которых в этом году было около 50, в городе возникали и стихийные музыкальные точки, где правили бал массовые вкусы. Недалеко от открытой сцены, на которой Ромарио и компания показывали свой грустноватый капустник, был припаркован феерический драндулет, превращенный в мощную саунд-систему на колесах, — вокруг него под хиты Макса Коржа танцевал и стар, и млад. А в баре для уральских викингов «Фьорд» под скрипку и акустическую гитару орали хором нетленки «Кино» и «Короля и шута» — в стаканы лились пиво и самогон, эти народные средства от ковида, а в промежутках между песнями гремел тост: «За то, что мы вые∗∗ли (победили) пандемию!»

Этот тост, переведенный на латынь, пожалуй, мог бы украсить фамильные гербы команды организаторов Ural Music Night.


Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
Родина как утратаОбщество
Родина как утрата 

Глеб Напреенко о том, на какой внутренней территории он может обнаружить себя в эти дни — по отношению к чувству Родины

1 марта 202240568
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах»Общество
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах» 

Разговор Дениса Куренова о новой книге «Воображая город», о блеске и нищете урбанистики, о том, что смогла (или не смогла) изменить в идеях о городе пандемия, — и о том, почему Юго-Запад Москвы выигрывает по очкам у Юго-Востока

22 февраля 202236028