Витя и Rammstein

Андрей Бухарин о феномене Rammstein, их новом альбоме и особой любви к группе в России

текст: Андрей Бухарин
Detailed_picture© Getty Images

Был у меня когда-то отличный сантехник Витя, золотые руки, и в один прекрасный день, починив какую-то сущую безделицу, он сказал: да какие там деньги, подари лучше диск Rammstein. И в этот момент я понял: вот она, народная любовь. Было это где-то в начале века, после выхода «Mutter», разумеется. Аналогичную сцену примерно в эти же годы описывает Лимонов в одной из своих тюремных книг — «В плену у мертвецов», если не ошибаюсь: там в зековской столовке во время обеда на полную катушку играет Rammstein. Получается, именно тогда Линдеманн и компания становятся очередной народной русской группой, продолжая ряд Deep Purple, Depeche Mode и далее.

Тому много вполне объяснимых причин, исторических и эстетических: особая связь с вечным врагом, любовь-ненависть к немцу-перцу-колбасе (помните Штирлица и зачарованность нацистской формой в «Семнадцати мгновениях весны»), немецкий фильтр, через который западная поп-музыка проникала в СССР, хорошо понятный нам тоталитарный шик и, наконец, музыкальная доходчивость и убийственная простота, в которой нет и тени черного, афроамериканского, грува (ведь за это же самое любили и Deep Purple с Nazareth).

В тот же самый момент я, как образцовый сноб, которому в середине 90-х новую немецкую группу открыл не кто иной, как Дэвид Линч, от них, разумеется, отвернулся — ведь Rammstein превратились в общее место (в те времена продвинутый меломан должен был слушать что-нибудь никому не известное, молодые музыкальные журналисты просто соревновались в составлении списков, в которых обычный человек не нашел бы ни одного знакомого имени). Интеллигенция, впрочем, всегда относилась к Rammstein с подозрением, а немецкая музыкальная пресса — естественно, левая идеологически — так и вообще вместо гордости за фатерлянд изначально их терпеть не могла. Впрочем, преследующие группу обвинения в симпатиях к национал-социализму настолько глупы, что обсуждать их не имеет смысла. Уж если брать эпоху в истории Германии, дух которой питает творчество Rammstein, так это будет Веймарская республика, а не Третий рейх.

Что же касается тоталитарной эстетики, с которой столь эффективно работают Rammstein, — это удается им лишь потому, что они родились и выросли в ГДР, самом жестком режиме Восточного блока. Ни у кого из по-настоящему западных артистов такие вещи не выходили убедительно. Другой важный пример виртуозной работы с тоталитарным дискурсом — словенская группа Laibach, основанная на десяток с лишним лет раньше в Югославии маршала Тито. Как остроумно сформулировал их идеолог Иван Новак: «Rammstein — это Laibach для детей, а Laibach — это Rammstein для взрослых».

Через передвижной пиротехнический цирк Rammstein с нами будто говорит старая немецкая культура.

Новый альбом Rammstein вышел после десятилетнего перерыва, но в то же время, несмотря на сольные проекты участников группы и постоянно циркулировавшие слухи о распаде, они оставались с нами. Как мастера энтертейнмента и пиара, они постоянно подбрасывали щепки в тлеющий костер народной любви — будь то сборник хитов, новая песня, новаторски снятый концертный фильм или что-то еще.

А с другой стороны, за эти десять лет в мире и музыкальной индустрии произошли глобальные изменения, и в их контексте выход нового альбома Rammstein высветил совсем иной, нежели прежде, масштаб коллектива, придал ему другое измерение. Как никогда прежде стало очевидно наличие смыслового содержания, утерянного паттерновым сознанием современной поп-культуры, наличие насыщенного культурного бэкграунда, даже если сами музыканты ничего такого в свои песни и не вкладывали. Тени Ницше, Шиллера, Вагнера, Юнга, Томаса Манна, Гессе, Брехта — перечисляю первые пришедшие в голову имена — встают за спинами Rammstein. Через их передвижной пиротехнический цирк с нами будто говорит старая немецкая культура. Такие примеры превращения артистов в некие порталы не так уж часты в поп-культуре (Дэвид Боуи, Pet Shop Boys, к примеру).

Причем, если перевести тексты их песен, выяснится, что они совсем незатейливы по сравнению с теми ассоциациями, что вызывают в твоей голове. Впрочем, так и должно происходить с простыми и хорошими поп-песнями: в них каждый находит свое — я, Витя, вы. Да и дело не только в текстах, но и во всех ингредиентах, из которых складывается поп-феномен: имидже музыкантов, обложках, фотосессиях, интервью и, конечно же, видеоклипах, играющих у Rammstein столь важную роль. Чего только стоит породившее многостраничные толкования видео на лид-сингл «Deutschland», которым был предварен выход нового альбома.

Но если уж мы заговорили о старой высокой культуре, то другим полюсом для вселенной Rammstein служит, разумеется, порнография. Пусть это слово обозначает не только вошедшее в поговорки немецкое порно (хотя и его тоже), но и более широкий спектр специфически немецкой приземленной пошлости, идущей рука об руку с немецкими высоким романтизмом и философией, — от бюргерского духа пивных с хоровым пением до локального эстрадного жанра «шлягер» и тех же приснопамятных Modern Talking, тамошнего «Ласкового мая».

Что же до самого альбома, то меньше всего мне хотелось бы писать о нем в устаревшем жанре музыкальной рецензии, которая сегодня требует какого-то нового языка и других подходов. Ну да, в антиклерикальном «Zeig dich» мы слышим готические хоралы, в многоязыковом «Ausländer» есть строчка на русском (куда же без него), а в комическом «Sex» зашифрован «Personal Jesus» любимых каждым немцем Depeche Mode, но в принципе вы все легко услышите сами — буквально в два клика.

Единственное, что, возможно, стоит заметить: более электронный звук, удививший и разочаровавший многих поклонников, — это не что-то новенькое, а, наоборот, возвращение к корням, к индустриальным ритмам раннего альбома «Sehnsucht», когда в симбиозе «индастриал—метал» последний, несмотря на свою природную тяжесть, еще не перевесил.

При всем своем восхищении группой как коллективным «артистом» я не склонен переоценивать их чисто музыкальные таланты (надеюсь, разницу между понятиями «артист» и «музыкант» не стоит пояснять). Если взять, скажем, их компатриотов Die Krupps, одних из непосредственных предшественников Rammstein, то можно услышать, насколько изобретательнее они звучат в рамках того же самого жанра (альбомы 90-х). При этом мы же не станем обсуждать феномен Die Krupps в поп-культуре — за отсутствием такового.

В смысле музыкальном у Rammstein главной проблемой, на мой взгляд, всегда был недостаток динамики, чрезмерно тяжелая (тевтонская, как принято говорить в таких случаях) поступь, а местами даже и заунывность, что особенно заметно по паре предыдущих альбомов. Тем и хорош новый «Rammstein», что в нем почти нет этой вязкости: он как раз динамичен, в нем есть бит, есть энергия. А в целом его неприкрытый драматизм, фирменная агрессия, эта старомодная крутость производят интересный контрастный эффект на фоне бесчисленных ноющих инди-плакс (псевдоинди, конечно, на самом деле) и вообще всего того, чем заполнены сегодня витрины стриминговых платформ.

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ COLTA.RU В ЯНДЕКС.ДЗЕН, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ

Комментарии
Сегодня на сайте
Мужской жестКино
Мужской жест 

«Бык», дебют Бориса Акопова, получил главный приз «Кинотавра». За что?

19 июня 201910830
Рижское метроColta Specials
Рижское метро 

Эва Саукане реконструирует советскую утопию — метрополитен в Риге, которого не было

19 июня 20199420
Что слушать в июнеСовременная музыка
Что слушать в июне 

Детский рэп Антохи МС, кинетическая энергия Дмитрия Монатика, коллизия Муси Тотибадзе и еще восемь российских и украинских альбомов, которые стоит послушать

19 июня 201912250