Дайджест русской музыки: сентябрь

Что слушать: 10 самых примечательных наших альбомов минувшего месяца. «Сплин», Noize MC, Леонид Федоров и Владимир Волков, «Труд» и другие

текст: Сергей Мезенов
2 из 10
закрыть
  • Bigmat_detailed_picture
    2. Noize MC«Hard Reboot»

    Названиям пластинок Ивана Алексеева верить нельзя. Так же как «Последний альбом» не был последним, а на «The Greatest Hits» звучали новые песни, «Hard Reboot» не предполагает для Noize MC никакой перезагрузки. Здесь все привычно — забористый электрический рэп-рок с оглядкой на регги, хип-хоп и драм-н-бас, виртуозный речитатив Алексеева, уверенный протест против системы в текстах. Причем Нойз выступает тут не столько как агитатор, выкрикивающий лозунги, сколько как писатель, раскручивающий песни-рассказы самых разных жанров. Тут есть веселая фантастическая зарисовка «Роботы» и мрачноватая песня-предупреждение «Говорящие головы», экологический эпос «Хозяин леса» (жаль, не кавер на Кола Бельды) и условный номер «Ne2da», в котором движение против течения рифмуется с упорным бегом по эскалатору не в ту сторону. В качестве новшества можно отметить приятно разреженный звук — на «Hard Reboot» гитары немного прибраны, выпуская на первый план ритм-секцию и всякую электрическую возню, что придает песням некоторый ретро-футуристический шарм; кажется, такой альбом могла бы записать группа из советского фантастического фильма про антиутопическое будущее.

    Слушать на «Яндекс.Музыке»


    Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
«Психиатрические миры открывают двери к чему-то очень подлинному в коллективном мышлении»Общество
«Психиатрические миры открывают двери к чему-то очень подлинному в коллективном мышлении» 

Лечебный педагог Алексей Мелия написал книгу о том, как наши обычные паттерны воспроизводят образы душевнобольных людей и почему за ними стоят «супергерои», среди которых каждый может найти себя

20 декабря 2019944
Ева Ковач: «Наказание за геноцид остается по-прежнему трудной задачей»Мосты
Ева Ковач: «Наказание за геноцид остается по-прежнему трудной задачей» 

Почему европейские правительства как можно реже старались использовать понятие «геноцид»? И как реальные трагедии второй половины ХХ века приносились в жертву интересам «реальной политики»?

19 декабря 2019857