7 марта 2019Медиа
86280

«Мне не трафик нужен, мне нужны истории»

Линор Горалик о своем новом проекте PostPost.Media

текст: Анна Голубева
Detailed_picture 

Поэт, писательница, переводчик, теоретик моды, маркетолог Линор Горалик запускает новый, не совсем обычный, проект PostPost.Media и рассказывает COLTA.RU, почему она вкладывает в него силы и средства.

PostPost.Media — это о чем?

— О личных историях. Мы просим пользователей соцсетей делиться воспоминаниями на предложенную редакцией тему, а потом собираем рассказанные истории в подборки и публикуем. Темы могут быть разными — от остроактуальных до таких, которые кажутся вечными. В диапазоне от «Как вы первый раз ходили на митинг?» до «Какие книги пугали вас в детстве?»

— А почему медиа про личные истории кажется вам сейчас актуальным?

— У меня нет красивого ответа на этот вопрос. Это вообще не про актуальность, а про мою персональную обсессию — я очень люблю жанр персональной истории, частного воспоминания и испытываю страх оттого, что они исчезают, выветриваются из памяти, уходят вместе с людьми. PostPost.Media не задуман как медиа в привычном понимании — у него нет инвесторов, нет бизнес-плана, нет обязательств по рекламе, мне не хочется ориентироваться на деньги и трафик как на главную ценность. Мне хочется ориентироваться на память и частные нарративы, это ценности первого ряда. Я буду счастлива, конечно, если реклама появится и нативные проекты начнут возникать на сайте, — тогда у нас будет возможность публиковаться чаще, проводить фестиваль личных историй PostPost (есть у меня такая мечта), быстрее запустить книжную серию PostPost, а главное — платить коллегам больше, чем я могу сейчас. Но это не самоцель — к счастью: у меня есть профессия, которая меня кормит, и я могу худо-бедно поддерживать PostPost на плаву, спасибо прекрасной команде, согласившейся пока что работать на волонтерских или почти волонтерских началах. Но главная моя задача — чтобы частные истории частных лиц хотя бы немножко сохранялись.

— Как появилась эта идея?

— Я делала такие подборки последние лет пятнадцать для разных изданий, в том числе для COLTA.RU, «Сноба», «Граней», «Мела», Booknik. Например, мы с моей коллегой Марусей Вуль однажды спросили читателей Booknik, что в их семьях рассказывали о войне, — и получили больше двухсот историй, которые собрали в книгу: она называется «Лишь бы жить», и ее можно бесплатно скачать на Amazon. У проекта PostPost.Media тоже будет книжная серия — уже есть как минимум две темы, которые станут книгами, разговариваем сейчас с издательствами о том, где эта серия будет выходить. В общем, формат этот я страшно люблю и примерно два года назад поняла, что хочу делать это централизованно. Года полтора, наверное, я гнала от себя эту идею как могла — но с ужасом понимала, что она меня затягивает. Пришлось сдаться.

— Как это технически происходит? Вал частных воспоминаний в сети перед фестивалем COLTA.RU «Остров 90-х» в 2015-м был инициирован в ходе масштабного флешмоба. Сейчас вы такие же механизмы используете?

Мы не собираемся каждый раз поднимать на уши весь Фейсбук. Флешмоб подразумевает, что некоторое количество людей выполняет определенные действия публично. Сейчас такой задачи нет, все гораздо проще: я задаю вопрос у себя в фейсбуке плюс в фейсбуке самого PostPost.Media — и все желающие пишут свои истории в комментариях. Иногда, конечно, шум возникает сам собой: когда я сотрудничала как маркетолог с брендом одежды, я попросила людей рассказать про самое важное платье в жизни — у этого поста было около 400 комментариев, примерно 200 раз им поделились, появилось еще несколько самостоятельных постов на эту тему, такой стихийный протофлешмоб. Рассчитывать на такое каждый раз, конечно, не приходится. Но количество не всегда важно — пусть будет несколько ответов, но интересных.

— Есть какой-то минимум — сколько историй нужно для подборки?

— Вполне достаточно 8—10 качественных историй.

— А если вы получаете всего три?

— Значит, что-то не задалось — мы плохо выбрали тему или неудачно сформулировали вопрос. Мы поблагодарим отдельно каждого комментатора и отложим их воспоминания на потом: может быть, в какой-то момент тема окажется более актуальной — или мы переформулируем вопрос и зададим его иначе.

Например, один человек написал нам, что до сих пор боится Колобка.

— Объем имеет значение? Вы как-то ограничиваете своих комментаторов?

— Нет никаких ограничений. Иногда блестящая история — это пять слов, иногда — две страницы. И, кстати, один человек может рассказать несколько историй в ответ на наш запрос. Если они в тему, мы берем все — просто разносим, чтобы они не шли подряд.

— Почему восьми историй достаточно, а трех мало?

— Три все-таки людям будет не очень интересно читать. Ну разве что это три гениальные истории — и такое может случиться. Дело в том, что, когда историй много, итог чтения оказывается чем-то большим, чем простая сумма историй. Кода читаешь десяток воспоминаний, объединенных одной темой, начинаешь видеть паттерны и зависимости, начинаешь видеть тему с разных сторон. Смысл проекта еще и в этом — чтобы истории, собранные в подборку, создавали метанарративы.

— Вы говорите — если будут гениальные истории. А что такое гениальная история — для вас?

— Ну, это все равно что ответить на вопрос, что такое гениальный текст. Я не эксперт и не литературовед, просто читатель. Для меня это, наверное, история, вызывающая чувство, что жизнь невыносимо многообразна, что она создает сюжеты, которые не может предоставить тебе никакая фантазия, — и что все они завязаны на умение людей сопереживать.

— Как вы отбираете истории для публикации?

— Мы очень мало выкидываем — только то, что нерелевантно теме: таких ответов бывает один на пятьдесят. Скажем, в подборки про платья мы не взяли, ну, может быть, десять всего комментариев — либо они были не про платья, либо это были реплики типа «не люблю платья и никогда их не ношу». Тут надо сказать, что для того, чтобы люди рассказывали именно истории, очень важна правильная механика запроса. Лучше сначала попросить двух-трех знакомых рассказать свои истории на нужную тебе тему — и привести их в «затравочном» посте как примеры. После этого люди лучше понимают, о каком формате идет речь, и охотно делятся воспоминаниями. Если историй получается очень много, мы делаем несколько публикаций. Вот с платьями у нас сложилась отдельная подборка про детские и мамины платья — это зачастую сюжет про первую встречу с «женскостью». В случае с книгами, которых мы боялись в детстве, одна подборка получилась про ужасы русской литературы, а другая — про книги, о которых трудно подумать, что они кого-то могут напугать, а вот поди ж ты. Например, один человек написал нам, что до сих пор боится Колобка.

— Если у вас будет пять однотипных историй — вы возьмете все пять?

— Обязательно. Потому что важно показать, что у людей есть общие, схожие воспоминания. Вот выяснилось, что шесть из наших комментаторов испытывали в детстве ужас перед рассказом «Тема и Жучка», — это и есть те самые метанарративы, они мне очень дороги. Можно было бы играть в игру «тексты короче, трафик выше» и выбирать из всех воспоминаний пять или десять, которые вот прямо огонь, — но это был бы другой проект. Мне не трафик нужен, мне нужны истории.

— Но вы редактируете тексты?

— Да, мы, конечно, не просто собираем их в кучку, это редакционная работа, но наша правка минимальна: орфография, пунктуация, выбрасывание вводных слов или обращений к другим комментаторам. Мы не делаем литературную обработку, не убираем прямую речь, не меняем стилистику и, конечно, ничего не меняем в сути истории.

Если люди почувствуют, что их истории нужны, что это не просто разговоры в воздух посреди Фейсбука, у них будет мотивация рассказывать.

— Хорошо, вот мы видим на большом массиве частных историй, как возникает что-то общее, уже не личное, а типичное. Но впечатление, что тут можно вывести какой-то тренд, что-то понять про нас или про время, — оно не обманчиво? Выборка все-таки нерепрезентативна.

— И не надо: мы же не занимаемся анализом, не сопровождаем воспоминания комментариями или выводами. У проекта принципиально нет задачи читать по этим историям в душах или судить о настроениях в обществе. Это проект не про общество — он про людей. У PostPost.Media вообще нет «общественных задач», его задача — сохранение индивидуальной памяти. Слоган проекта — «Все, что ты помнишь, — важно». Я всю жизнь стараюсь записывать за людьми то, что они рассказывают; и мне правда очень хочется дать людям понять, что вот эти маленькие баечки, которые живут у них в головах, — они имеют ценность, по крайней мере, лично для меня. Хотя, если посмотреть, как выстреливают такие подборки, когда я делаю их для разных медиа, — такие истории ценны не только для меня, люди хотят их читать.

— Вы не боитесь, что, если обмен воспоминаниями поставить на поток, ресурс быстро истощится? Или активным будет очень узкий круг авторов?

— Мне кажется, наоборот — если люди почувствуют, что их истории нужны, что это не просто разговоры в воздух посреди Фейсбука, у них будет мотивация рассказывать. По крайней мере, я очень на это надеюсь. Конечно, у любого социального проекта есть ядро — те, кто откликается если не всегда, то очень часто. Плюс PostPost.Media — это очень разные вопросы и темы, они вызывают желание поучаствовать у разных людей. И в какие-то моменты в разговор вдруг включаются те, кто прежде молчал, — люди, про которых и не надеешься, что им захочется поделиться историей. Мы перед запуском проекта задавали вопросы довольно часто, и нам активно отвечали, мы отредактировали около тысячи историй — от восьмисот (если не девятисот) человек.

— А как часто вы будете обновляться?

— Хотели бы два раза в неделю. Если хватит сил — мы очень маленькие, мегаредакции у нас нет. Я и моя коллега Маруся Вуль занимаемся редакционной работой, есть очень хороший SMM-специалист Оля Курочкина — она будет помогать со сбором и распространением материалов, и есть прекрасный корректор Анна Марченко. Проект делается на мои карманные деньги — я просто купила домен и оплатила разработку на WordPress, сайт очень скромный, у нас нет планов поразить кого-то красотой и дизайном.

— Перед инвесторами вам отвечать не надо, но сами себе вы какие-то рубежи намечаете? Что вы будете считать успехом в случае с PostPost.Media?

— Если истории будут собираться регулярно, их будет достаточно и людям будет интересно их читать.

— Это в каких-то цифрах должно выражаться?

— Вот если у каждой подборки будет от 15 до 50 тысяч заходов — не космические, а совершенно здоровые цифры, — это меня полностью устроит. Все это нужно мне больше, чем кому бы то ни было.

— Как вы собираетесь продвигать проект?

— Пока только через соцсети, а именно — через Фейсбук. На первых порах этого более чем достаточно. Посмотрим, как пойдет.

— Вот вы задаете вопрос в Фейсбуке — долго ли собираются ответы?

— Иногда вопрос выстреливает, и ты уже через час видишь 40 комментариев, из которых можно делать подборку. Если мы выходим два раза в неделю, на ответы есть дня три: это оптимальный срок для фейсбучного поста. Главное — должен быть вопрос, на который хочется ответить. Вот мы спросили «Чем вас в детстве выводили из себя братья и сестры?» — и получили прекрасные отклики, людям есть что вспомнить.

— Но с актуальными инфоповодами, наверное, сложнее?

— Нет, все дело в том, как поставлен вопрос. Если на повестке дня митинг — можно попросить людей рассказать, каким был первый митинг в их жизни. Если ввели запрет на импорт сыра — спросить, когда и как они впервые попробовали экзотическую еду, которую не продавали в России. Можно работать с любой актуальной темой, но поворачивать ее ретроспективно, чтобы она вызывала воспоминания. Меня-то как раз интересуют воспоминания, а не мнения.

— А если актуальная тема через три дня перестанет быть актуальной?

— Ничего страшного: тема может перестать быть актуальной, но воспоминания все равно останутся ценными.

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ COLTA.RU В ЯНДЕКС.ДЗЕН, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ

Комментарии
Сегодня на сайте
БиометрияColta Specials
Биометрия 

Маскировка в эпоху законов о защите данных: проект Аделины Калныни — фотографа из Латвии

17 июля 201923760