© Silviu Ghetie / Micro Film 2021Женщина в леопардовой маске демонстрирует наручники и свои красные кружевные трусы. Мужчина за кадром шепчет, что он возбуждается, как только включает камеру, и тут же наводит объектив на свой эрегированный член. Пара минут домашнего порно — и провокационный пролог заканчивается. Начинается типичный «румынский фильм».
В женщине, которая на рынке покупает цветы и идет стремительной походкой по Бухаресту, мы не сразу узнаем героиню из пролога. Ее леопардовая маска сменилась на коронавирусную. Со всех сторон на нас буквально сыплются агрессивная реклама, яркие, сексистские вывески. Переходя улицы и дороги, наталкиваясь на случайных людей, Эми разговаривает по телефону и пытается понять, как теперь быть: порноролик случайно попал в открытый доступ в интернет, а профессия у Эми не совсем подходящая, чтобы превратить это всего лишь в шутку, — она преподает историю в школе, и, как выясняется позже, к ее «непатриотическому» взгляду на историю у родителей уже тоже накопились вопросы.
Что такое история в Румынии, объясняет нам вторая часть фильма в виде краткого словаря понятий и анекдотов, которые вскрывают предрассудки и двойную мораль румынского общества. В третьей части Эми наконец попадает в школу, где на открытом воздухе проходит гротескный суд над «порноучилкой»: имеет ли право женщина, чью интимную жизнь с мужем увидела вся школа, продолжать преподавать детям? Каждому из родителей есть что сказать, хоть их рты и прикрыты коронавирусными масками с разнообразными рисунками. Свое мнение они подкрепляют конспирологическими, сексистскими, антисемитскими теориями, почерпнутыми из вышеупомянутого словаря.
Среди всемирно известных режиссеров «румынской волны» Раду Жуде стоит особняком. Его трижды не принимали в киношколу, откуда вышли, например, Мунджиу и Порумбою, и поэтому он учился в частном медиауниверситете и уже с первых курсов работал на жанровых фильмах Коста-Гавраса. Свой режиссерский путь Жуде начал с фильмов о семейных конфликтах («Самая счастливая девушка на свете», «Все в нашей семье»), но фестивальную известность ему принесла историческая драма «Браво!», где Жуде обращается к давнему прошлому Румынии, 1835 году, чтобы на самом деле выявить все виды неустаревающей коллективной ксенофобии, ищущие оправдание в библейских цитатах. Нет смысла говорить о прошлом, если не проводить параллели с настоящим, считает Жуде; этому он научился у Йохана Хейзинги.
В короткометражке «Арт» Адриана Ситару, наиболее близкого к Жуде румынского режиссера, есть шутка: режиссер уверяет мать, чья дочь должна сыграть в двусмысленной сцене, что это не повредит ее репутации, так как в Румынии все равно никто не смотрит румынское кино. «Неуместный трах», кажется, и вовсе не рассчитан на прокат в Румынии: во второй части сами термины в словаре написаны на румынском, а пояснения к этим терминам — только на английском и не сопровождаются никаким румынским закадровым текстом. Жуде буквально бомбардирует нас терминами и их иногда шокирующими, иногда остроумными пояснениями с отсылками к Кундере, Брехту, Целану, Чорану, Умберто Эко, Сартру и Вирджинии Вулф. Первый пункт в списке мемов — 23 августа 1944 года, когда румынские газеты на всякий случай приготовили две новости: одна с заголовком «Да здравствует Сталин!», другая — «Да здравствуете Гитлер!», чтобы в нужный момент принять решение, что именно публиковать.
Эти слова быстро мелькают на экране и оставляют по окончании второй части ощущение ужаса. Драматургический смысл этой интермедии очевиден: у румынского общества (хотя, конечно, не только у него) есть много других проблем, куда более серьезных, чем факт съемки домашнего порновидео.
По сравнению с предыдущими фильмами Жуде (особенно с черно-белым «Браво!», где очень тщательно выстроена каждая мизансцена и продумана каждая реплика) новый выглядит иногда немного неряшливо, сделанным на скорую руку. Это чувствуется и в сценарии, и в съемках, и в монтаже. Жуде явно торопился, чтобы запечатлеть чрезвычайное положение, в котором мы все оказались, и сделать первый масочный фильм. «Неуместный трах, или Безумное порно» заканчивается полным трэшем и балаганом, безумием, которое иллюстрирует накалившуюся атмосферу в обществе, пребывающем на грани нервного срыва не только в Румынии, но и по всему миру. Именно эта быстрая реакция, с которой Раду Жуде показал миру его новое лицо, принесла румынскому режиссеру «Золотого медведя».
Понравился материал? Помоги сайту!
