27 июня 2019Театр
40490

МХТ, да не тот

«Мастер и Маргарита» в Мобильном художественном театре Михаила Зыгаря

текст: Антон Хитров
Detailed_picture© «Мобильный художественный театр»

Если вас попросят назвать роман о Москве, «Мастер и Маргарита» наверняка придет на ум одним из первых. А поскольку Мобильный художественный театр Михаила Зыгаря работает именно с городским ландшафтом, понятно, почему в меню первого театра-приложения появился спектакль по Булгакову. И все равно выбор названия трудно счесть удачным.

Место главного булгаковского текста в современной культуре точнее всех указал Oxxxymiron (внимание, 18+), театр же продолжает эксплуатировать сомнительную популярность романа по полной программе.

© «Мобильный художественный театр»

В одной Москве сейчас идет девять спектаклей по «Мастеру и Маргарите» на любой вкус — от камерной версии Сергея Женовача в «Студии театрального искусства» до блокбастера с медийными звездами в МХТ им. Чехова. Удивительно, что во времена повальной моды на иммерсивный театр в особняках opus magnum Булгакова обошли вниманием — ведь продавать это название можно десятилетиями: Юрий Любимов поставил роман в 1977 году, а Таганка играет его по сей день, в Театре на Юго-Западе «Мастер» не сходит с афиши двадцать шесть лет, в Театре Романа Виктюка — восемнадцать.

С такими вводными, чтобы спектакль состоялся не только коммерчески, но и художественно, мало собрать отличный каст и придумать остроумные аттракционы — нужно по-настоящему революционное режиссерское прочтение, а его у Зыгаря как раз нет.

© «Мобильный художественный театр»

Воланда играет Ингеборга Дапкунайте, Маргариту — Александра Ребенок: выбор актеров безупречен, вот только они не добавляют своим героям ничего принципиально нового — просто блестяще делают то, что умеют. Режиссер переносит историю в сегодняшнюю Москву, но делает это самым элементарным образом — просто заменяя внешние признаки одной эпохи внешними признаками другой (осторожно, спойлеры).

Мастер пишет не роман, а сценарий, разносят его блогеры, а не критики, — и не за крамольный выбор темы, а за излишне вольное обращение с евангельским сюжетом. Бездомный с Берлиозом — тоже никакие не атеисты, а совсем наоборот. Трамвай превратился в Geländewagen, подсолнечное масло — в оливковое. Председатель жилтоварищества Никанор Иванович Босой стал нечистоплотным застройщиком элитного комплекса, который мысленно зовет «клетчатого» Коровьева хипстером (ладно, в принципе, можно допустить, что бизнесмены за пятьдесят этим словом еще пользуются). В ресторанах вместо полонеза из «Евгения Онегина» играет хит Little Big «Skibidi» — между прочим, через сезон-другой он будет безошибочно указывать на вторую свежесть спектакля.

Ну да, раньше были атеисты и комсомольцы, теперь их место заняли патриоты и православные. А дальше-то что?

Радикально поменялась только судьба Ивана Бездомного (интеллигентный Василий Буткевич в этой роли ломает стереотип о грубоватом, простодушном поэте: один из немногих моментов, когда режиссер предлагает действительно свежее видение персонажа). Ивана не запирают в клинику — со Стравинским он консультируется добровольно. Все логично: Москва, 2019 год, психотерапевт есть у каждого второго. А значит, Бездомный не встречается с Мастером, остается человеком конъюнктуры — и в эпилоге поступает в пресс-службу какого-то большого чиновника.

© «Мобильный художественный театр»

Правда, тени влюбленных все равно навещают его в лунные ночи, и это странно: с чего бы им понадобилась компания совершенно незнакомого человека? В конце концов, Бездомный в этой версии ничем не примечателен: ну пересекся разок с Сатаной — так ведь не он один.

Еще в спектакле множество камео, которые работают на ощущение, будто булгаковский сюжет разворачивается здесь и сейчас. Вместо конферансье Жоржа Бенгальского — Ксения Собчак, Никанор Иванович во сне попадает на телепрограмму Андрея Малахова, а сводки новостей читают Ирада Зейналова с Павлом Лобковым. К слову, о новостях: они занимают едва ли не половину хронометража. Режиссер поминутно меняет оптику: мы то присутствуем при событиях непосредственно, то попадаем в пространство слухов. Это, пожалуй, самая удачная находка в спектакле: точно такую же игру ведет с читателями и сам Булгаков. Другие постановщики ее не замечали — видимо, сказалась работа Зыгаря в медиа.

© «Мобильный художественный театр»

Формат аудиопроменада разыгран отлично: эпизоды почти не привязаны к локациям из романа (исключения — бульвар у Патриарших прудов и, собственно, дом Булгакова), зато изобретательно вписаны в городскую среду. После того как Азазелло дарит Маргарите волшебный крем, за поворотом очень удачно попадается зеркало. В следующей сцене героине только кажется, будто она летит над Москвой, — в реальности она просто качается на качелях напротив памятника Маяковскому, и зрители могут испытать то же самое, если подвернется свободное место. За сеансом черной магии мы наблюдаем якобы по прямой трансляции, сидя на скамейке перед Театром имени Моссовета — он, само собой, изображает Варьете.

И вот что, пожалуй, самое важное. В другой премьере Мобильного художественного театра, «1000 шагов с Кириллом Серебренниковым», Пречистенка — не просто декорация, а метафора: режиссер оказывается запертым не только в своей квартире, но и в тюрьме истории, обреченный так или иначе повторять судьбу своих знаменитых соседей. «Мастеру и Маргарите» не хватает как раз вот этого неожиданного взгляда на город — и на роман Булгакова. Ну да, раньше были атеисты и комсомольцы, теперь их место заняли патриоты и православные. А дальше-то что?

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ COLTA.RU В ЯНДЕКС.ДЗЕН, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ

Комментарии
Сегодня на сайте
Эстетика возникает как политикаКино
Эстетика возникает как политика 

Владимир Надеин, Клим Козинский, Виктор Алимпиев, Ирина Шульженко и Василий Корецкий беседуют о границах кино- и видеомедиума с точки зрения художника, зрителя и государства

15 июля 20197160