21 февраля 2014ОбществоСинема верите
23481

«Я — гей и спортсмен, это возможно»

В последние дни Олимпиады Наталия Зотова поговорила с одним из немногих открытых геев в большом спорте — конькобежцем Блейком Скьеллерупом из Новой Зеландии

текст: Наталия Зотова
Detailed_picture© Gay Times

Завтра, то есть 22 февраля, в 19.00 в рамках проекта «Синема верите» — его COLTA.RU делает при поддержке Фонда имени Генриха Бёлля — мы будем смотреть самое разное кино про славную и великую Олимпиаду и говорить о том, может ли она стать поводом хоть для какого-то патриотизма. Говорить будет потрясающая компания из Юрия Сапрыкина, Светланы Рейтер, Ильи Красильщика, Александра Баунова и Гезине Дорнблют — с участием наших читателей, конечно. Если хотите принять участие, — вперед по ссылке! Все бесплатно, но нужно записаться, — а мест осталось совсем немного. Торопитесь!

— Для начала, чтобы понимать ситуацию: почему вы не поехали в Сочи? В этом решении нет политики?

— Нет, нисколько. К сожалению, квалификационное соревнование я завершил 33-м, а для попадания в сборную нужно было занять одну из первых 32 позиций. Мне не хватило всего одной позиции. Это обидно, я разочарован, но я сделал все что мог.

— А если бы вы ехали в Сочи, вы бы выразили каким-нибудь образом свою позицию насчет гомофобии, насаждаемой властью в России?

— Моя позиция как открытого и довольно известного гея и была бы выражением моего неприятия взглядов российских властей на гомосексуальность. Но я не представляю собой угрозы — я гей, и мне нечего скрывать. Я бы сделал все, чтобы рассказать и о себе, и о гей-сообществах, которые я поддерживаю, — в надежде сломать полосу отчуждения в отношении гомосексуалов в России.

— Ну, в России опасность для ЛГБТ исходит не только от властей. На каждый гей-прайд приходят верующие и националисты и нападают на демонстрантов.

— Да, я слышал об этом. Отвратительное проявление ненависти. Власти подсказали «правильное» отношение к ЛГБТ, ясно дали понять фанатикам, одержимым идеей задавить ЛГБТ, что отдают проблему в их руки.

Путин нетерпим, а значит, не годится для того, чтобы отвечать за страну.

Я понимаю, что в России очень трудно выражать себя. Я несколько раз встречался с людьми из ЛГБТ-сообщества, которые живут или жили в России. Меня ужасно огорчил страх, который они испытывали, — в России они нисколько не уверены в собственной безопасности. Невероятно грустно, что они не могут быть собой: угроза физической расправы над ними — каждодневная реальность.

— Как вы считаете, стоило ли вообще обсуждать проблему ЛГБТ в контексте Олимпиады? Нужно ли примешивать политику к празднику спорта?

— Олимпийские игры основаны на ценностях и принципах дружбы, гуманизма и мира. А поступки российских властей с этими ценностями никак не сочетаются. Нынешняя Олимпиада — способ, с помощью которого мир мог бы выразить солидарность с угнетенными, а россияне — выступить против притесняющей их власти: показать миру, как с ними обращаются правители. Мир знает, что происходит в России, и Олимпиада только подчеркнула бы эту ситуацию. И после Олимпиады мир уже не забудет российских ЛГБТ. Олимпиада могла бы быть началом нового этапа борьбы с дискриминацией в России.

— Это ново! Мы в России уверены, что после Олимпиады все будет наоборот: у Путина не останется сдерживающих факторов, мешающих стать настоящим диктатором.

— Ну, я думаю, что если бы Олимпиада не проходила в России, те, кого в стране ущемляют, не получили бы такой поддержки от мирового спорта, ЛГБТ-сообщества и властей других стран, которые не давят на своих граждан. Олимпиада привлекает внимание и к манере правления Владимира Путина: самое время подняться тем, кто верит в равноправие и гуманизм. Благодаря этому могла бы начаться новая эра.

huffingtonpost.com

— Вы когда-нибудь испытывали дискриминацию на себе?

— Нет, никогда. Мне повезло: в спорте я никогда не сталкивался с гомофобией. С тех пор как я совершил каминг-аут, мне аплодировали, меня любили, меня принимали моя семья, друзья и весь мир.

— Да, вам повезло. Но, насколько я знаю, среди спортсменов мало открытых геев. Значит, спортивное сообщество не очень благоприятно для каминг-аутов?

— Действительно, открытых геев в большом спорте немного. Я не уверен на 100 процентов, в чем причина, я могу только демонстрировать всем, как здорово признаться в этом и перестать скрывать часть себя. Я стал лучше, я стал сильнее. Мир спорта на самом деле открыт для ЛГБТ-спортсменов, но им самим нужно это осознать, они должны пройти этот путь. С каждым спортсменом-геем, который совершает каминг-аут, для остальных спортивная среда становится более открытой, и постепенно принятие других станет нормой, а не исключением из правила.

— Насколько я поняла, проблема гомофобии в спорте все же существует, просто она не коснулась вас. Получается, спортсмены боятся совершать каминг-аут, а вы оказались среди немногих самых смелых?

— Не хотелось бы обобщать, но да, гомофобия все еще существует в спорте. Правда, я с ней никогда не сталкивался, это меня и обнадежило настолько, что я совершил каминг-аут.

— Зачем вы, собственно, это сделали? Родные и друзья знают и принимают вас — хорошо, но вы-то рассказали всему миру.

— Когда я был молод, у меня перед глазами не было никого, на кого бы я мог ориентироваться, — мне не с кем было себя сравнить, и поэтому мне было очень сложно поверить, что я могу быть геем и одновременно спортсменом. Я рассказал о том, что я гей, чтобы поделиться своей историей, чтобы показать другим: спорт для них открыт вне зависимости от их ориентации. Если хотите сломать барьеры, придется быть заметным и честным, а я хотел вложить свою лепту в то, чтобы сломать эти барьеры.

Гомофобия — вообще неправильное слово, как можно бояться гомосексуала?

— Значит, вы считаете себя защитником прав ЛГБТ?

— Конечно. Я горжусь тем, кто я есть, и хочу, чтобы другие могли так же думать о себе. Я из страны, где общество принимает всех, вне зависимости от религии, ориентации, расы. И каждый человек в этом мире должен обладать тем же правом — правом быть собой. Олимпиада вообще-то — идеальное время, чтобы научить россиян быть терпимыми к тому, что окружающие от них отличаются, и учиться жить вместе, бок о бок.

— Отношение к ЛГБТ разрывает общество надвое, и не только российское (можно вспомнить хотя бы протесты во Франции против гей-браков). Я, вы и, полагаю, читатели COLTA.RU согласны, что права геев нужно уважать. А вот как относиться к гомофобам?

— Я не чувствую ненависти ни к кому вообще. Мне только грустно смотреть на людей, которые тратят столько времени и энергии на то, чтобы превращать других людей в своих жертв. Путин делает заявления, уравнивающие гомосексуализм с педофилией, и это гнусно для человека его статуса, правителя одной из самых больших стран в мире. Он нетерпим, а значит, не годится для того, чтобы отвечать за страну. Гомофобия — вообще неправильное слово, как можно бояться гомосексуала? По-моему, если вы ненавидите геев, вы фанатик и ханжа, и мне жаль, что ваша жизнь настолько бессмысленна, что вы выбираете ненавидеть, а не любить.

— Вы хотели бы что-то передать российским геям и лесбиянкам?

— Мне хочется, чтобы люди в России знали, что я, мировое ЛГБТ-сообщество, моя страна — Новая Зеландия и многие другие страны во всем мире поддерживают вас. Мы о вас не забудем. Я знаю, что сейчас для вас невероятно тяжелое время, и я надеюсь, что вы справитесь. Бейтесь за хорошее дело. Гордитесь тем, кто вы есть, разбивайте барьеры, боритесь с темнотой незнания. Вы не «неправильные», вы не угроза другим, вы прекрасны и заслуживаете того, чтобы быть счастливыми и свободными. В Новой Зеландии мы говорим «kia kaha», это значит «будьте сильными». Kia kaha, друзья, я с вами, весь мир с вами.


Понравился материал? Помоги сайту!

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

При поддержке Немецкого культурного центра им. Гете, Фонда имени Генриха Бёлля, фонда Михаила Прохорова и других партнеров.

Сегодня на сайте
Мы, СеверянеОбщество
Мы, Северяне 

Натан Ингландер, прекрасный американский писатель, постоянный автор The New Yorker, был вынужден покинуть ставший родным Нью-Йорк и переехать в Канаду. В своем эссе он думает о том, что это значит — продолжать свою жизнь в другой стране

17 июня 20212889