14 сентября 2015Современная музыка
111950

Ли «Скрэтч» Перри: «Я бы хотел разделаться с американскими рэперами»

79-летний гуру даб-музыки о проблеме Боба Марли и глупости человеческой

текст: Ира Лупу
Detailed_picture© Getty Images

Корреспондент COLTA.RU побывала на киевском концерте «сумасшедшего пророка» Ли «Скрэтча» Перри и попыталась расшифровать его проповеди.

«Почему люди такие тупые? Я не знаю. Я не знаю. Почему, к чертям собачьим, они такие тупые? Я собираюсь вас кое-чему научить. Вы благословлены или вы прокляты? Вы настоящие или вы прокляты? Вы благословлены: вы можете слушать пророка. Сумасшедшего, сумасшедшего пророка. Меня, меня — я сумасшедший», — вещает 79-летний Ли «Скрэтч» Перри со сцены киевского клуба Sentrum.

Несмотря на чистосердечное признание одного из основоположников даб-музыки, сделанное еще задолго до недавнего трехдневного турне по России, Украине и Белоруссии, к однозначно «поехавшим» его вряд ли причислишь. И дело не только в массе музыкальных достижений, которые запомнит Википедия. (Среди них — прямое влияние на возникновение ряда музыкальных жанров, в первую очередь даба и рэгги; сотрудничество со множеством радикально разных исполнителей, включая и звезд вроде Джонни Роттена, The Clash, Линды Маккартни, Beastie Boys и The Orb, и любых желающих; «воспитание» Боба Марли и The Wailers; премия «Грэмми» и полсотни собственных альбомов.)

Перри давно прозвал себя библейским Ноем и Возмутителем (the Upsetter). И если на родной Ямайке многие считали его тяжело укуренным дебоширом, то в «белом» мире он получил репутацию гениального шута, или хрестоматийного трикстера, в чьих проделках всегда сквозит нечто большее, чем пустая провокация. Как минимум — попытка «разрыва шаблона», внесения живительного хаоса в закоснелые умы; как максимум — послание от Всевышнего; часто — просто насмешка над попыткой весь этот бред «растолковать» и рационализировать. Даже самого себя Ли Перри превратил в маленькую (примерно 160 см роста) метафору мироздания, собственной жизни и современности. Только в сценическом костюме на киевском шоу можно было найти отсылки к Божественному как таковому (зеркала на одежде, в которых «Скрэтч» видит инструмент постижения Бога); работе на расчистке скальных пород в юные годы, когда он впервые услышал музыку в треске (изобильные камни разного достоинства на пальцах, шее, кепке и даже обуви); массовой культуре (принцип «многофункциональности» наряда, позаимствованный у инспектора Гаджета). И это, конечно, лишь то, что лежит на поверхности. Что означали очки, наспех нарисованные вокруг глаз, можно только догадываться.

Проблема Боба была в том, что он был слишком жадным.

...Из-за реверберации голоса через микрофон, ямайского акцента и знаменитой «шизоидной» манеры повествования, полной спонтанных рифм, иносказаний и отсылок к Ветхому Завету, практически никто из зрителей не может разобрать ни слова из проповедей Ли «Скрэтча». Хорошо слышны только ключевые слова: «God», «peace», «shit», «piss» — а также «Russians»: так Возмутитель упорно обращался к украинской публике на протяжении всего концерта, что в свете нынешних проблемных отношений двух стран приобретало крамольный оттенок. Но местных эта оплошность (или шалость) не возмутила. Легендарного рифмоплета принимали тепло, как любимого дедушку, — а тот, в свою очередь, работал с аудиторией как Дед Мороз на утреннике: прыгал, шептал басни, просил изобразить руками полет бабочки, вытягивал на сцену детей и барышень в легких платьях. «Ты знаешь, кто такой Иегова?» — спросил Перри у мальчика лет десяти с дредами. Тот вопроса не понял, но лучезарно улыбнулся в ответ.

Особенное возбуждение в зале вызывает, конечно же, прилюдное раскуривание толстенького косяка, забитого «дурью», подаренной ему на местной радиостанции. «Скрэтч» настолько плотно ассоциируется с культурой курения, что, наверное, сделать такой подарок — такая же честь для растамана, как для футбольного болельщика — вручить мяч Марадоне. Вообще говорить об отношениях Перри и травы так же банально, как говорить об отношениях России и водки, но этого не избежать. Последние годы в интервью он только и говорил, что полностью отказался от красного мяса, выпивки, сигарет и марихуаны как от происков дьявола. Но в четвертом пункте, как сообщил его сын и по совместительству концертный звукорежиссер Ноэль, последние полгода начал давать себе поблажку. Попутно пряча пакетик в пестрый носок, Перри курит и во время интервью — через сувенирную трубку, выкрашенную в знаковые для растафарианства цвета флага Эфиопии: зеленый, желтый и красный. Дьявол дьяволом, но по-своему приятно наблюдать, что некоторые вещи никогда не меняются.

— Ли, как вы себя сегодня чувствуете?

— После выступления я как новенький. В зале был контраст: некоторые люди пришли, чтобы увидеть кого-то, кого они очень любят. Они были в состоянии влюбленности, выглядели очень сексуально. Их мечта сбылась. Другие были особенными — темными, будто вылезли из сундука. Но их никто не видел, потому что они — невидимки. Эти люди своим присутствием дополняли счастливых. Если ты из счастливых, все, что я делаю, — это лишь для того, чтобы ты стал еще счастливее. Развлекайся, друг.

— Сегодня на концерте вы особенно много ратовали за мир во всем мире. Почему для вас это важно?

— Мы должны вернуться на Сион. Дух был на Земле до человека; дух обзавелся кровью и плотью и стал человеком. Мы так же красивы, как Господь, но он невидим. И раз он пришел сюда невидимым, некоторые люди ему докучают. Поэтому важно делать столько добра, сколько мы можем. Когда люди делают добро, они обретают Господа: так и действует Божий умысел. Если ты жадничаешь, Господь пошлет тебя и оставит в одиночестве. У тебя не будет ни еды, ни крова, ни даже гостиничного номера, и придется ночевать на обочине. Забавно, да? Так что те ребята, которым вздумалось ранить других, будут вечно шагать в одиночестве. Невидимые, бесчеловечные. К добрым делам, как и к совершению ошибок, нужен научный подход. Если делаешь добро, то что случится? Ты победишь свою смерть. Добро — это бессмертие, добро вечно. Господь бессмертен.

Я нигде конкретно не живу. Я живу там, где моя аппаратура.

— Вы часто упоминаете невидимый мир, существующий параллельно с видимым. Каким он вам представляется?

— Невидимый мир — это изначальный мир. Некоторые люди следовали за невидимым миром и потерялись, не смогли его вновь отыскать. И они возжелали построить альтернативный мир, создать новый порядок. Но в нем — ничего нового, совершенно ничего нового. Все новое — это «анти-Бог», Антихрист. «Анти-Бог» завистлив, и его зависть мешает ему слиться с песнью Иисуса. И потому люди создали измененный мир. Но порядок пошатнется, измененный мир рухнет, ему придет конец. А у невидимого мира нет конца, он утерян навсегда. Если сражаться против этого злого духа, то Господь пребудет с тобой, станет видимым — и расскажет тебе, что делать. А с самим Господом бороться нельзя, потому что тогда он, наоборот, станет невидимым. Бог не может исчезнуть, но, должно быть, исчезнет. Если бы я сам мог быть невидимым, я бы вернулся на Ямайку.

— А разве вы не собираетесь «вернуться в джунгли»? Сегодня вы живете в Швейцарии, но на родине строите экологическую сельскохозяйственную общину.

— Я нигде конкретно не живу. Я живу там, где моя аппаратура. Хотя работать в студии скучно, мне больше нравится выступать. Публика в зале — это мои люди, а я их врачеватель. Для меня нет ничего лучше.

— Вас вообще еще интересует современная музыка, в частности — даб-музыка? Несмотря на вашу активность, складывается впечатление, что не очень.

— Определенно интересует, но только до тех пор, пока музыканты вкладывают свою правду в то, что делают. Но я больше не стремлюсь никому ничего сказать. Я просто хочу мира. То, что происходит на Ямайке, — это их вина. То, что происходит в Америке, — это их вина. То, что происходит в Европе, — это их вина. Люди, которые совершают благие поступки, всегда будут жить во благе. Люди, которых благословил Господь, всегда будут благословлены. А те, кого он проклял, всегда будут жить в своем проклятии. В таких проклятых я раньше часто признавал хороших исполнителей, но больше не буду.

Музыканты тупые. Как в случае с Бобом Марли: артист умер — значит, артист заплатил по долгам. Бог дал две вещи: первая — жизнь, вторая — смерть. Жизнь и смерть. Мы пришли сюда с тем, чтобы вкусить жизнь, но если ты ее не вкушаешь должным образом — ты не заслуживаешь быть живым. И ты исчезнешь, будто тебя и не было. Проблема Боба была в том, что он был слишком жадным. Некоторые артисты не уважают Господа и служат Сатане. Они продают свою душу дьяволу и жрут, пьют, нюхают… Они никого не слушают. Они слишком зависимы, чтобы что-то услышать. Имя кокаину — грех. Загораешься — и сгораешь (исполняет песенку про кокаин). Я бы хотел разделаться с американскими рэперами. Джей Уэстом (очевидно, речь о Jay-Z), Канье Уэстом и его женушкой Ким.

Когда люди хотят войны, они кормят дьявола, Зверя.

— А с чем еще вы бы хотели разделаться в современном мире? В свое время на Ямайке вы сожгли собственную студию — а что бы сожгли сегодня?

— Я бы лучше не сжег, а дал что-то, что помогло бы людям выбраться из нищеты и скуки. Заплатил бы за них какой-то выкуп. И я не был бы первым, кто так поступил.

— Вы имеете в виду — на Ямайке? Насколько я знаю, там сегодня жить несладко.

— Когда мне нужна помощь, я обращаюсь к зарубежным спонсорам. И мне они помогают, но на самой Ямайке ведется сплошь нечестная игра. Местные вынуждены в нее играть, состязаться между собой. Резать друг друга, уничтожать друг друга кокаином, пожирать друг друга, как на пире. Страна сама по себе хорошая, но проблема не в ней, а в людях. Мне нравится твой вопрос… Мне кажется, вся глупость человеческая оттого, что люди не верят в Господа, он для них — просто теория. Это порождает страх, целое поколение, верящее в страх и полное страха. Они боятся полиции, боятся властей, боятся политиков, боятся, что их попросту какой-то бандит пристрелит. А они уже мертвы. Убиты страхом. Страхом черных магов, капиталистов, ученых, профессоров, нищих, священников — тех, кто служит Зверю. У Зверя семь голов. И если их не кормить — Зверь умрет, и он знает, как умирать.

— Какие еще есть проверенные способы убить Зверя?

— Мы можем победить Зверя только с помощью добра и мира. Мы не должны убивать Зверя... Мы — это мир. Война — это Зверь. Когда люди хотят войны, они кормят дьявола, Зверя. Они не хотят мира, они требуют войны. Они доводят себя до тюрьмы, колют себя иглами и сжигают кокаином, сходят с ума. Больше, больше кокса — кричат они! И это тоже Зверь, сумасшедший Зверь. Его голод силен, но его не накормишь. Он слишком завистливый, чтобы насытиться. Слишком жадный, чтобы удовлетвориться. Мир убьет Зверя! Не война, не технологии, не взрывы — только мир может убить Зверя. The peace will kill the Beast (повторяет нараспев много раз)! Мое сердце шепчет: «Мир, совершенный мир». И на сердце моем тихо и спокойно. Спокойно, как в море, спокойно, как в океане. Я вижу Нептуна.

Комментарии
Сегодня на сайте
Мужской жестКино
Мужской жест 

«Бык», дебют Бориса Акопова, получил главный приз «Кинотавра». За что?

19 июня 201913850
Рижское метроColta Specials
Рижское метро 

Эва Саукане реконструирует советскую утопию — метрополитен в Риге, которого не было

19 июня 201911520
Что слушать в июнеСовременная музыка
Что слушать в июне 

Детский рэп Антохи МС, кинетическая энергия Дмитрия Монатика, коллизия Муси Тотибадзе и еще восемь российских и украинских альбомов, которые стоит послушать

19 июня 201914770