19 августа 2015Современная музыка
9720

Государство Sziget

Почему один из крупнейших фестивалей Европы считает себя островом свободы?

текст: Денис Бояринов
Detailed_picture© Sziget Festival

Sziget часто называют «венгерским Гластонбери». За 23 года фестиваль, проходящий на острове Обуда посреди Дуная, в получасе езды общественным транспортом от имперского центра Будапешта, стал одним из символов Венгрии — наряду с паприкой, Ференцем Листом и кубиком Рубика. Sziget еще не стал легендарным, как всебританский Гласто, и пока еще не распродает полностью билеты до объявления списка выступающих артистов. Но уже занял место в десятке европейских летних фестивалей категории А. В этом году Sziget побил собственный рекорд, собрав за неделю 430 тысяч посетителей из 95 стран мира, что дало повод телеканалу Euronews отрапортовать о туристическом буме, который спровоцировал фестиваль в 1,7-миллионном Будапеште.

На Sziget едут даже из Бразилии, потому что фестиваль предлагает молодым людям опыт недельной эмиграции в обособленное государство на острове, где заправляют не политики и полицейские, а музыканты, артисты и художники. Организаторы Sziget вовсю эксплуатируют эту немного анархистскую идею — величают посетителей фестиваля «szitizens», то есть «зители», и предлагают им оформить гринкард. Официальный гид по Sziget, выдающийся каждому входящему на остров, можно спутать с паспортом, а на территории фестиваля можно даже оформить брак (впрочем, популярность этой услуги скорее всего объясняется тем, что за пределами острова этот союз не имеет силы). Девиз Sziget — «Остров свободы!» При этом Sziget не только развлекает: фестиваль принципиально выступает против расизма и любого вида дискриминации и не забывает об этом напомнить своим посетителям. Одна из крупных и центральных площадок фестиваля Magic Mirror пропагандировала ЛГБТ-толерантность не только ночными дискотеками с травести- и драг-шоу, но и дневными дискуссиями, фильмами-призерами Teddy Awards и открытой встречей с Pussy Riot.

© Sziget Festival

Почему бы и не жить в государстве, где его «зители» имеют возможность развлекаться как им хочется? Их ждут концерты всех мастей — от оперных арий и сенегальских барабанщиков до кавер-бенда AC/DC и Робби Уильямса, ночные танцы под диджеев до шести утра, похмельный пляжный отдых с коктейлями, разливаемыми в большие пластиковые ведерки, бульвары и площади, усеянные лавками с едой, напитками и всякой всячиной, спектакли уличных циркачей, спортивные забавы, а также дискуссии, кинопоказы, оптические лабиринты и даже собственный чемпионат по шахматам. Большая часть посетителей Sziget приезжает на остров среди Дуная с палаткой, на которую водружает флаг своей страны, и сутками не покидает его территорию, иногда совершая вылазки в ближайший гипермаркет Auchan. Им и не надо — за 23 года практики венгерские организаторы как следует отладили инфраструктуру фестиваля и обжили территорию острова. Самое приятное впечатление от Sziget, бюджет которого перевалил за 15 миллионов евро, производят даже не выступления хедлайнеров, а уровень сервиса и комфорта в этом гигантском таборе: благоустроенная и украшенная территория, хорошо освещенная ночью, мгновенно очищаемые от мусора поля-танцполы, орошаемые водой в самую жару, бесконтактные денежные расчеты в почти круглосуточных палатках с минимальными очередями, достаточное количество туалетов и душевых, которые остаются чистыми, пляж при Дунае и т.д. На Sziget сведен к минимуму экстремальный опыт, ассоциирующийся с грандиозными палаточными опенэйрами: погружение во всепоглощающую грязь, которая стала фирменной деталью того же Гластонбери (а впрочем, возможно, Sziget в этом году просто повезло с погодой — стояла сухость и жара).

© Sziget Festival

Венгерский фестиваль, на котором выступают артисты из 47 стран мира — от Анголы до Японии, достиг уже таких масштабов, что может рассматриваться как микромодель уже даже не Европейского союза, а какого-то надгосударственного образования будущего. Недаром свои посольства и представительства на Sziget заводят как страны, так и транснациональные компании. Например, итальянцы в этом году усиленно рекламировали регион Апулия. А Bacardi выстроили напротив главной сцены фестиваля отдельный двухэтажный клуб имени своего знаменитого рома и в любую тихую минуту устраивали вечеринки с «Куба либре», танцующими моделями, популярными диджеями и пляшущими телеведущими Колей Сергой, Региной Тодоренко и Александром Анатольевичем — для победителей конкурса Bacardi Music GateAway и других гостей фестиваля.

© Bacardi Music GateAway

Россию на Sziget в этом году скромно представляли инди-группа «Наадя», EDM-диджей Arty и виджей Anima, а также активистский дуэт Pussy Riot, принимавший участие в дискуссии о свободах в России, и пирожковый ларек Babuska, возле которого не наблюдалось очереди даже в самые пиковые моменты фестиваля.

© Sziget Festival

Куда более представительная делегация на Sziget была у Украины — как артистов, так и зрителей. Выступление молодой киевской группы Onuka, которая соединяет хрустальный звук национальной бандуры, украинский язык и экспортный синти-поп, превратилось чуть ли не в патриотический митинг — сотни зрителей, собравшихся перед сценой, махали артистам жовто-блакитным флагом и кричали «Слава Украине». Заслуженно большую аудиторию собрали украинские звезды world music «ДахаБраха», исполняющие акустическое славянское техно. Своим же украинцы посчитали и одного из хедлайнеров фестиваля — мультинациональный панк-табор Gogol Bordello, возглавляемый уроженцем Киева Евгением Гудзем, который поставил на уши поле перед главной сценой в самое горячее время дня. Своим Gogol Bordello считают и русские — например, создатель «Нашего радио» Михаил Козырев называет Евгения Гудзя, орущего интернациональной аудитории «и я клянусь, обоссав два пальца, что музыка пошла от “Звуков Му”», важнейшим популяризатором русского языка. Сам Гудзь отказывается быть посланником какой-либо культуры — украинской, славянской или цыганской: «Люди как губки. Чем дольше я живу в Нью-Йорке, чем дольше путешествую по свету, тем больше впитываю разных влияний. Быть послом определенной культуры означает слишком много ответственности. Я — артист. Сегодня я хочу делать одно, а завтра другое. Я не обязан быть всегда прав и иногда могу ошибаться».

© Sziget Festival

Музыканты — тоже люди и иногда могут ошибаться, но их ошибки не так трагичны, как ошибки политиков. Бродя по бурлящему весельем и межнациональным братанием Sziget, невозможно было отогнать от себя мысль, что у России тоже был фестиваль, который считал себя «полуостровом свободы» и за 20 лет мог дорасти до международно известного бренда, приносящего государству репутационные и экономические выгоды, — речь о Kubana, который из Краснодарского края изгнали в Латвию. Но сейчас в России интернационализм и всяческие свободы не в чести: у нас устраивают публичную охоту на музыкантов, демонстрирующих малейшие признаки вольнодумства, и показательно давят венгерских гусей. Неудивительно, что популяризатор русского языка и песен Высоцкого Евгений Гудзь отказывается говорить с русскими журналистами о политике и на вопрос, когда Gogol Bordello приедет в Россию, отвечает многозначительно: «Когда придет время».

А пока русским за свободой придется ездить за границу.

Автор благодарит проект Bacardi Music Gateaway за организацию поездки на Sziget


Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
Родина как утратаОбщество
Родина как утрата 

Глеб Напреенко о том, на какой внутренней территории он может обнаружить себя в эти дни — по отношению к чувству Родины

1 марта 202229366
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах»Общество
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах» 

Разговор Дениса Куренова о новой книге «Воображая город», о блеске и нищете урбанистики, о том, что смогла (или не смогла) изменить в идеях о городе пандемия, — и о том, почему Юго-Запад Москвы выигрывает по очкам у Юго-Востока

22 февраля 202227913