Темные лучи
Ни Ленина, ни мамонтов
«Наш выбор — беседовать с планетами и нефтяными океанами»
Чувства людей, которые не были описаны искусством
«Флора» — золотая жила Эрмитажа
Полифонические и мультиспектральные искусства
Нестабильные формы искусства
Shortparis как живопись
Герайнт Рис рассказывает, как снял фильм о Виктории Ломаско
Синтез и синестезия
Последний марш как лимб
Лунный сценограф воображаемого балета
© Journeyman PicturesОднажды, открыв свою почту, я обнаружила письмо от уэльского музыканта Герайнта Риса, который прочитал мою книгу «Other Russias», заинтересовался моими работами и теперь предлагал творческое сотрудничество. Все самое интересное в моей жизни всегда так и происходило — я находила в почте предложения от неизвестных мне людей из разных стран делать мои выставки или печатать мои книги. Каждый раз я воспринимаю это как чудо.
Много лет назад я сама себя назвала хроникером социальной жизни России и пыталась работать для локальной аудитории. Во время съемок фильма я поняла, что, конечно же, на первом месте должна быть не журналистика, а искусство. И язык искусства должен быть понятен любой аудитории, без разницы, интересуется она Россией или нет. Я больше не хочу смотреть через призму «Россия» на окружающую действительность, я смотрю через призму «Искусство».
В фильме я прощаюсь со своим прошлым, а также с советским прошлым. После того как он был снят, я стала работать легче, включая в работы вместо советской тяжести свои фантазии и представления о желаемом будущем.
