4 апреля 2019Театр
31140

«Любые пограничные сочетания очень полезны»

Марина Брусникина о новой жизни театра «Практика»

текст: Кристина Матвиенко
Detailed_picture© Театр «Практика»

6 апреля концертом «Еще не поздно узнать о современной музыке» в театре «Практика» стартует музыкальная программа, курируемая композитором Алексеем Сюмаком. О том, зачем новая академическая музыка нужна драматическому театру, и о других репертуарных планах художественный руководитель «Практики» Марина Брусникина рассказала Кристине Матвиенко.

— С вашего назначения на пост худрука «Практики» прошло уже больше полугода. Что вы успели сделать за это время?

— Конечно, все поменялось, и мы долго притирались. Но у нас сложилась команда людей, которые понимают, кто за что отвечает — и кто что хочет делать. Главное, что план на сезон, составленный Дмитрием Брусникиным, мы выполнили — выпустили пять премьер, причем я говорю именно о театре «Практика», а не о Мастерской.

— То есть вы, по сути, занимаетесь воплощением «наследства»?

— Отчасти — да. У нас были определенные обязательства: «Человек из Подольска Сережа очень тупой» по пьесам Дмитрия Данилова, две резидентские премьеры — «Дождь в Нойкельне» Мастерской Олега Кудряшова и «Несколько разговоров о» Мастерской Виктора Рыжакова, «Смерть и чипсы» Даниила Чащина, «Летели качели» Марфы Горвиц по пьесе Константина Стешика — она очень нравилась и Дмитрию Брусникину, и Марфе. Свой внутренний план мы выполнили.

Более того, мы поняли, в какую сторону движемся. Я для себя формулирую это так: есть огромное пространство творчества, где никто не знает, как именно нужно действовать. Это поиск, который ни в коем случае нельзя останавливать. Все, кто занимается сегодня актуальным искусством, знают, что он происходит на территории «между». Театр — он сегодня везде: и в музыке, и в танце, и в современном искусстве. В случае с музыкальной программой, которую мы сейчас открываем, наша ключевая задача — привлечь в театр новую публику, ту, что ходит на концерты. Современная академическая музыка — очень важное и актуальное направление работы, но им в Москве практически никто сегодня не занимается — особенно если речь идет о возможности коммуницировать с новой музыкой в тесном контакте. Скептики говорят нам о том, что рядом есть Электротеатр…

— …и это правда. Но важно то, что новая академическая музыка постепенно становится трендом — усилиями разных институций и инициатив.

— Мы — за расширение пространства!

— Давайте покроем весь ЦАО новой музыкой!

— У нас так не получится, но будут знать, что за современной музыкой можно прийти в том числе и в «Практику». Публику можно и нужно приучать к новому.

— Музыкальное направление теперь становится для «Практики» приоритетным?

— В числе других важных для нас проектов — это, например, лаборатория «Практика постдраматурга», где мы продолжаем искать новые пути в работе с современной драматургией: режиссер теперь выносится за скобки процесса, а лидерские качества предлагается проявить драматургам. Никто не знает, что из этого получится, но результат тех двух сессий, что уже прошли (на одной драматурги работали с театроведами, на другой — с композиторами), был неожиданным и очень интересным. Наши лаборанты — совершенно свободные люди, которые творят что хотят. На выходе мы получим приток новых интересных участников команды, которые будут работать над поиском нового художественного языка. Все это, конечно, никак не отменяет «традиционный» режиссерский театр — как постановки, уже существующие в репертуаре, так и будущие проекты.

— Как будет строиться музыкальная программа «Практики»?

— Для развития этого направления мы хотим создать свой собственный ансамбль современной музыки. Эта идея родилась у Алексея Сюмака и Юрия Квятковского, и по количеству заявок, которые мы получили в ответ на open call, стало понятно, что современный репертуар очень популярен и среди молодых музыкантов. Они хотят узнавать и исполнять эту музыку, но не только: важно, что они хотят выступать в каком-то другом — театральном, перформативном — качестве. С нами захотело работать такое количество исполнителей, что у нас уже есть основной состав ансамбля, есть расширенный и есть резервный список музыкантов, которые не попали ни в один, ни в другой. Оказалось, что музыкальная программа и собственный мобильный коллектив нужны не только нам, но и самим музыкантам.

— Как это будет устроено: музыканты — участники вашей лаборатории, которой руководит Алексей Сюмак, станут резидентами «Практики»?

— Это некоммерческая история для очень молодых людей. Они прошли кастинг, а сейчас проходят обучение. Музыкальный руководитель ансамбля «Практика» — певица и дирижер Ольга Власова проводит репетиции, знакомит ребят с новыми партитурами. Юра Квятковский занимается с ними актерскими практиками. Первый концерт, который откроет направление, называется «Еще не поздно узнать о современной музыке»; он пройдет 6 апреля дважды — в 16:00 и в 21:00. Сейчас проходят последние репетиции: часть сочинений, которые вошли в программу вечера, будет исполняться в России впервые, а все пространство «Практики» будет занято инсталляциями аудиохудожника Сергея Филатова. В этот же вечер стартует лаборатория работы со слушателями, которой также руководит Алексей Сюмак, — для нас принципиально важно, чтобы зритель был активно вовлечен в процесс.

Публику можно и нужно приучать к новому.

— Афиша «Практики» будет пополняться концертами и музыкальными спектаклями?

— Концерты для нас — это все-таки разовые акции. Репертуар будет пополняться камерными операми.

— Они будут создаваться по заказу театра?

— Да. Уже есть договоренность о проекте Алексея Сюмака — мы давно хотели поставить «Мороз, Красный нос» Некрасова: это будет опера, в постановке которой будет участвовать актриса Мастерской Брусникина. Премьера должна выйти в декабре.

— Говоря о музыкальной программе, вы делаете акцент на создании камерных опер — в чем вам видится специфика этого формата?

— В ситуации, когда зритель и музыкальное произведение находятся очень близко друг к другу — между ними нет расстояния, нет сцены. Чем меньше пространство, тем актуальнее. Сюмак рассказывал о том, что у Теодора Курентзиса была мечта: в зале сидит один-единственный зритель, и огромный симфонический оркестр играет для него одного. Само по себе помещение оперы в такое камерное пространство, как у «Практики», сразу снимает много условностей жанра и привычный пиетет по отношению к нему.

— Композиторы поколения Сюмака — Сергей Невский, Владимир Раннев, Борис Филановский — хорошо известны в России. Но им на пятки наступает молодежь из поколения двадцатилетних — будут ли они работать в «Практике»?

— Ставка делается именно на них. Круг Сюмака — это уже мэтры, под раскрученные имена все равно нужно искать средства, а наша история пока держится на энтузиазме. Главное — дать молодым возможность проявить себя. И я сейчас говорю не только о музыкальном направлении: впереди нас ждут, скажем, союзы театра и психотерапии в «Южном комфорте» по Ирвину Ялому в постановке Алексея Гончарова, театра и современного искусства в «Множественном времени клиники» с Алисой Кретовой в главной роли.

— В последние годы академические композиторы стали едва ли не главным источником интеллектуальной подпитки для русского театра. Как вы будете использовать этот ресурс в «Практике»?

— Я сама развиваюсь, когда общаюсь с ними. Мне как человеку, не выросшему на современной музыке, нужно сделать усилие, чтобы понять ее, — но теперь уже куда меньшее, чем раньше. И вот что самое интересное: когда ты уже сделал усилие, приходит осознание, зачем это нужно лично тебе. Хочется, чтобы люди понимали: гармония — это прекрасно, но есть и другие способы воздействия на твое сознание. Когда ты попадаешь в это прекрасное пространство новой музыки, хочется, чтобы за тобой шли. Но это вопрос очень сложный — как объяснить умному, прекрасному зрителю, что он должен приходить и слушать что-то непонятное и некомфортное? Когда я спрашиваю Сюмака, как это преодолеть, он говорит, что его маме тоже не нравится современная музыка. А он ей объясняет, что для того, чтобы ее слушать, ее надо знать, нужно понимать, как она устроена. Лаборатория «Практика современного слушателя», которую будет вести Алексей Сюмак, связана с совместным опытом сочинительства — попадая внутрь процесса, люди обретают интерес. У Сюмака уже был такой опыт вовлечения зрителя в процесс — в Перми с Курентзисом на спектакле «Cantos». Этим занимается и Электротеатр. Теперь приучать зрителя к новой музыке будет и «Практика».

— Куратором программы стал Алексей Сюмак. Развивать музыкальное направление «Практики» было его идеей — или это предложение исходило из театра?

— Идея родилась внутри театра, мы обсуждали ее с Владиславом Тарнопольским — и рассчитываем в дальнейшем поработать с ним, концертные программы могут делать разные команды. Когда мы рассказали о своей задумке Алексею Сюмаку, у него сразу возникло много предложений. Интересно, что мы считаем композиторов интеллектуалами, которые развивают театр, а сами они, например, считают, что у музыкантов нет такой внутренней свободы, как у актеров. Сюмак ратует за развитие междисциплинарных связей, мы тоже: любые пограничные сочетания очень полезны.

— Как ваш директор относится к новым репертуарным горизонтам «Практики»?

— Борис Мездрич — человек прекрасный, очень творческий. Когда он услышал, что мы хотим заниматься музыкальным театром, то страшно обрадовался — он же был руководителем Новосибирской оперы!

— Но при этом ему нужно будет продавать билеты на события музыкальной программы…

— С этим у нас все в порядке — у «Практики» удивительная публика.

— Каков в сегодняшней «Практике» механизм принятия решений? Как формируется «повестка дня»?

— Когда я пришла в «Практику», то сразу предложила Мездричу позвать Юру Квятковского моим помощником, потому что он — генератор идей. У нас небольшая, но дружная команда: Квятковский, Аня Банасюкевич, Егор Хлыстов и Маша Никитина — и, конечно, Борис Мездрич. Мы все придумываем, обсуждаем и решаем вместе. Так было, например, с особенно дорогой нашей идеей — фестивалем документального театра имени Брусникина, где в ноябре мы попытаемся собрать вместе все направления документального театра.

— Со стороны кажется, что новый худрук «Практики» воодушевлен и полон энергии. А как на самом деле?

— Во-первых, деваться некуда. Во-вторых, я такой человек: если работать — то работать. Если делать — то делать. А уж получится или нет — посмотрим.

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ COLTA.RU В ЯНДЕКС.ДЗЕН, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ

Комментарии
Сегодня на сайте
La traviataКино
La traviata 

«Тайна падшего ребенка» Джерри Шацберга в «Гараже»

25 июня 20197520