27 ноября 2015Общество
13374

«Живу в этой маленькой будке, как собака»

Николай Овчинников записал монолог дальнобойщика

текст: Николай Овчинников
Detailed_picture© Максим Кимерлинг / Коммерсантъ

Протестующие дальнобойщики намерены 30 ноября двинуться на Москву. Сегодня, 27 ноября, из Дагестана уже выехали первые 200 машин. Николай Овчинников расспросил одного из протестующих в Ленинградской области о жизни в машине, политике и готовности сопротивляться.

Владимир Георгиевич, 1983 года рождения, стаж 10 лет, Ленинградская область

Я много чем раньше занимался. В море ходил, например. Почему за руль сел? Да я уж толком не помню. Просто нужно деньги зарабатывать было, наверное.

Причем работа перед этим у меня была. Работал я на фабрике электриком, и, в принципе, меня все устраивало. Потом там был такой начальник производства, «хороший человек», который решил сделать из нас электромехаников, электромонтеров. В общем, хотели, чтобы я всем занимался. А я говорю им: «Доплачивайте за то, что я делаю!» Он такой отказывается. А я не понимаю: вот пять часов вечера, я собираюсь домой, а он такой приходит, мол, вот это и это надо подключить. Я ему говорю: «Так пойдите ко мне домой: я у вас буду подключать, а вы у меня будете обои клеить». Он такой: «А почему это я должен у вас что-то клеить?!» А я ему: «А почему я должен работать бесплатно?» И так везде. Зарплата серая к тому же. Вот и ушел. Было это десять лет назад.

Сперва я на «Газель» сел, на «Бычок», потом устроился грузы в фирму развозить. Работал, в общем, в конторе, а не на себя. Там людей опускают ниже плинтуса. Вот приехал ты на погрузку, целый день тебя грузят, мозги компостируют, а потом под вечер говорят: «Ты, значит, с утра должен быть в Москве!» А я что, робот?! Я целый день не спал, контролировал, нес ответственность и должен еще минимум 14—15 часов за рулем. Это ж сутки. Вы же, к примеру, сутками не работаете? Нет. Вот и я теперь нет.

Если хочешь проехать по дороге, то плати за это денежку. 500 рублей. За эти денежки тебя сопроводят, чтобы не ограбили.

Теперь я индивидуальный предприниматель, сам работаю. Но кредит сложно брать было. У меня машина уже не в кредите. Я уже отжил два года в кабине, чтобы отдать кредиты. Причем мне поначалу кредиты в банках не давали. Приходишь в банк — они такие: «Предприниматель? О, все, до свидания!» Единственное, что мне одобрил Сбербанк, — это 86 тысяч рублей. Но мне повезло. У меня брат в море ходит. Через него и взял кредит.

Рейсы бывают разные. И длятся они по-разному и не без проблем. Вот возьмем, к примеру, Киров. В одну сторону три дня и в другую — три. Но один день ты тратишь на 300 километров возле Тотьмы. Потому что дороги нет. Убиваешь целый рабочий день. Это если без поломок. А так где-то колесом что-нибудь «поймаешь», где-то карбюратор сломается. Все из-за дорог. Вон дорогу на Архангельск как делали, я видел: просто брали и на глину все ложили. Так это ж все развалится скоро.

А взять какой-нибудь Красноярск, то это двадцать дней пути в лучшем случае. Дома не ночую, семьи не вижу. Живу в этой маленькой будке, как собака. С утра проснулся, позавтракал, зарядочку сделал, поехал потихоньку.

В будке есть газ, есть холодильник, есть две кровати, есть все, что нужно. В придорожных комплексах есть баня, кафе. Но это если рядом с Питером. А дальше — нищета. Едешь, видишь бывшие колхозы-передовики, где уже ничего нет, разруха. Все заросло бурьяном. Куда ни приеду разгружаться, допустим, в Псковскую область, спрашиваю: «Сколько платят?» Мне говорят, мол, пять тысяч в месяц. Я удивляюсь: «Даже МРОТ больше». А их всех, оказывается, оформляют на полставки. А работают целый день. Не хочешь работать — другого нет ничего.

Я уже отжил два года в кабине, чтобы отдать кредиты.

Сейчас я обычно еду 14—15 часов. Это максимум. Дальше я встаю спать. Иначе можно во встречку войти. Я никогда никуда не тороплюсь теперь, соблюдаю оптимальный режим труда. Встаешь в пять-шесть утра, потом темнеет — и ты встаешь. Зимой ночью никто не пойдет: дороги не убирают, ямы всюду. Как их заделают, то вместо ям бугор.

Работаем мы поодиночке. Вдвоем ничего не заработаешь. Если одному — то можно хоть что-то худо-бедно. Спим в машине. На обочине нынче страшно спать, разве только конкретно если устанешь. Потому что можно проснуться без топлива, без запасок, с отгруженным грузом. Это очень опасно.

Девяностые, на самом деле, никуда не делись. К примеру, в 2009 году мне на Челябинской объездной прострелили колесо. Бандитизм. Если хочешь проехать по дороге, то плати за это денежку. 500 рублей. За эти денежки тебя сопроводят, чтобы не ограбили. И потом еще по 500 за выехать.

Нам КПРФ очень помогает. Вот Зюганов, он ведь не зря говорил, что «Единая Россия» — партия жуликов и воров.

Ничего не изменилось. Только встанешь, зазеваешься — сливают соляру, режут тенты, отгружают грузы. Заодно гаишники разводят постоянно, попрошайничают. Останавливают, подставы делают. Например, на деревянной палке ставят знак, которого никогда не было. Или находят пьяниц, чтобы они к вам под колеса бросались. Едешь — а тут он бежит. А как ты остановишь многотонный автопоезд? А дальше через пятьсот метров останавливают, начинают разводить на деньги. Спасает только видеорегистратор. Как только видят, что он у тебя есть, вопросы исчезают.

Наверное, только на трассе Питер — Москва никто никому не помогает. Там ездят те, кто не видит беду. А кто попадал, хоть раз видел, тот не может проехать и не остановиться. Да, я не успею, скажем, на выгрузку, приеду завтра. Зато человек не умрет. Мороз минус двадцать, сломалась машина, замерзло топливо. И машину завести — целая проблема, потому что тебе некачественную солярку на заправке залили.

Всякое у меня было. Было дело, покрышки жег, чтобы не замерзнуть. Да, именно так. Берешь запаску, начинаешь ее потихонечку жечь, просто потому что иначе ты замерзнешь — и все.

Заодно гаишники разводят, на деревянной палке ставят знак, которого никогда не было. Или находят пьяниц, чтобы они к вам под колеса бросались. Едешь — а тут он бежит.

Нам КПРФ очень помогает. Они дают правовую помощь, информационную поддержку. Хотите, говорят, проводите собрания.

Вот я вам честно скажу. Я никогда в жизни не голосовал за «Единую Россию» и голосовать за нее никогда не буду. Вот Зюганов, он ведь не зря говорил, что «Единая Россия» — партия жуликов и воров. Я вот живу здесь в Ленинградской области и вижу все это: у нас тут в соседней деревне люди живут в полной попе, газ только провели год назад, помойку не убирают, а глава администрации живет в двух-трехэтажной вилле, а еще у нее есть отдельный домик с бассейном. У нее там даже нормальная асфальтовая дорога проложена. Думаете, она это все на свою зарплату купила? Вряд ли.

Думаю, что в нынешней ситуации до пенсии толком и не доживем. В нашей стране по-другому никак. Они все хотят, чтобы быть как в Европе. А вы сделайте зарплаты и дороги как в Европе. А тут они решили обложить налогами все что можно. Путин сказал: не повышать налоги. А в итоге все выросло. На 16% вырос у ИП налог. Вот это правительство — оно конкретно противоречит указам Путина.

Президент? Думаю, что он все-таки может решить проблемы.

Дальнобойщики — не про политику. Зачем это вообще нужно обычному труженику?! Обычному труженику надо работать, получать зарплату, кормить семью. Вот и все, что нужно. Но если нас начинают конкретно загибать, мы должны смотреть на это? Мол, вот мы вам дарим деньги за то, чего нет и не будет. Не будет дорог. Сколько раз уже нас обманывали: обещали отменить транспортный налог, а в итоге не отменили. И как вот с этим (системой «Платон». — Ред.) — раз обманули, два. Они думали, что все по-тихому снова пройдет, наверное.

Трасса не принимает заносчивых и нехороших. Дорога всех уравнивает.

Недавно сын у меня родился. У брата уже четверо — а у меня пока один. Он еще мелкий, сиську сосет, ничего не понимает. Но, знаете, если он захочет сесть за руль и стать как я, то я не буду возражать. Это нормально. Я не вижу здесь ничего плохого. Понимаете, у нас самые разные люди. Есть академики, есть подводники, есть летчики за рулем. Вот у нас там военную часть расформировали, а людям деться некуда. И вот этот майор садится за руль. Или офицеры-подводники. Идут все. По сути, кому нужно зарабатывать.

Моя профессия — это моя жизнь. Я уже не могу себя представить без этого. Однажды я попытался «слезть». Была у меня Scania 124-я, продал ее. Сел за самосвал. Три месяца прокатался. Не выдержал. Потому что не могу я. Это как, знаете, попробовал один раз — и засосало. Это как моряки. Вот мой брат-моряк такой же.

Да, естественно, общаемся между собой. Обычно как? Соберется колонна, врубили рации — и говорим постоянно. Да обо всем обычно говорим. Мы друг с другом постоянно — и вне работы — отдыхаем, встречаемся. Есть у нас такая профессиональная привязанность, дружба. Понимаете, мы же машины не у дома ставим — там же воруют. Ставим все на стоянках. Общаемся. У нас, знаете, нет такого: если ты подойдешь к кому-то незнакомому в городе и начнешь говорить, на тебя подумают, что ты дурак. Не важно, знакомы вы или нет. У нас все равны. Не важно, на разбитом ты грузовике или новом, старый ты или молодой. Трасса, она не принимает заносчивых и нехороших. Понимаете, это в городе можно подрезать и обогнать. А дорога всех уравнивает. Там со всяким может случиться. Едет 40-тонный грузовик, и куда ему деваться. Понимаете, и последним готовы поделиться: не важно кто. Будешь стоять, ждать до последнего.

Нам говорят, что наша фура весит 50 тысяч тонн. Это надо на фуру поставить гигантский пароход, который не во все порты мира заходит. Как можно так врать в глаза?!

У нас есть межрегиональный профсоюз, его возглавляет такой человек — Александр Котов. Все справляются у него, как быть, что делать. Правда, я в него пока не вступил — только заявку подал. Чего раньше не вступал? Не могу ответить. Наверное, просто не понимал, что надо быть вместе. Вот понял в самый последний момент. Слушаем радио, смотрим центральные телеканалы — там ничего не рассказывают, вот и не знаем и не понимаем.

У всех одинаковая ситуация. Скажу вам больше. Как вот это вранье прямое премьер-министра и руководителей «Росавтодора» объяснить, что, мол, грузовик наносит ущерб как 50 тысяч автомобилей? Это, грубо говоря, надо на фуру поставить гигантский пароход, который не во все порты мира заходит. Нам говорят, что наша фура весит 50 тысяч тонн. Как можно так врать в глаза? За что я должен платить? За разбитые в хлам дороги?!

Думаете, мы ради интереса вышли покричать? Все это от безысходности. Вот представьте себе, что вам платят 5000 рублей зарплату, а налоги — 6000. Либо ты идешь на биржу труда, либо плати за километры. Я согласен: пусть они строят скоростные автомагистрали, всю эту инфраструктуру. Я готов платить, но не 3,5 рубля за километр.

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

Сегодня на сайте
«Чак сказал: “Она — секс-робот. Как мы можем сделать понятным для зрителя, что я с ней не сплю? Мы ведь только что познакомились”»Общество
«Чак сказал: “Она — секс-робот. Как мы можем сделать понятным для зрителя, что я с ней не сплю? Мы ведь только что познакомились”» 

Поразительный фильм Изы Виллингер «Здравствуй, робот» — об андроидах, которые уже живут с человеком и вступают с ним в сложные отношения. И нет, это не мокьюментари, а строгий док

10 декабря 2019920
Сирил Шойблин: «Может быть, вдвое больших денег стоит в один прекрасный полдень или на пару дней просто испытать чувство»Общество
Сирил Шойблин: «Может быть, вдвое больших денег стоит в один прекрасный полдень или на пару дней просто испытать чувство» 

Touch ID, ускорение, безопасность, скроллинг — жизнь в полном порядке. Есть ли у этого порядка цена, спрашивает режиссер фильма «Те, кому хорошо», который вы увидите на фестивале NOW / Film Edition

9 декабря 2019831
Пиа Хелленталь: «Когда ты смотришь на Еву, ты смотришь на самого себя. Она как зеркало, в котором каждый видит свое»Общество
Пиа Хелленталь: «Когда ты смотришь на Еву, ты смотришь на самого себя. Она как зеркало, в котором каждый видит свое» 

Героиня фильма «В поисках Евы» Ева Колле недавно стала Адамом. Сколько еще имен нужно сменить — ей и всем нам, — чтобы найти себя? Мы начинаем рассказ о фильмах фестиваля NOW / Film Edition

9 декабря 20191664