«Мгзавреби»: «Мы ведь мужчины»

Тбилисская группа «Мгзавреби» отмечает 10-летие новым альбомом «Iasamani» (что означает «Сирень»), который они представляют во время протяженного российского турне. Денис Бояринов поговорил с лидером группы Гиги Дедаламазишвили о новом альбоме, дружеских ритуалах, грузинском шоу-бизнесе и о том, как проносить гитары в самолет.

— Когда мы с тобой разговаривали по поводу выхода альбома «In Vino Veritas», ты сказал, что «Мгзавреби» — это группа друзей. Ничего не изменилось с тех пор?

— Нет, слава богу. С десятилетием группы добавилось только вот это: «А помнишь...» (смеется). Дружба есть дружба. С годами она становится только крепче. Мы говорим друг другу: «Спасибо, что мы вместе». Не каждый день, конечно, — мы ведь мужчины. Короче, я благодарен ребятам, что у нас есть дружба.

— Все-таки вы видите друг друга чаще, чем жен и детей. Неужели никогда не возникали конфликтные ситуации?

— Серьезных конфликтов у нас не бывает. Я чаще всего слышал об историях, что гитарист ушел из группы, потому что ему не давали играть красивые соло. У нас в группе таких амбиций у участников нет. Если мы и ссоримся, то из-за того, кто сядет на переднее сиденье. Мальчиковые мелочи.

— В больших российских группах вокалист летает бизнес-классом, а остальные участники — экономом. Как поступают в этом случае «Мгзавреби»?

— У нас такого нет. Я бы хотел, чтобы у нас был хотя бы один бизнес-класс — для багажа. Каждый раз в аэропорту у нас испытание — мы прячем гитары, потому что их не дают нам пронести в салон (смеется).

— А как ты их прячешь?

— Рассказать? (Смеется.) У меня две большие гитары, но на регистрацию я прихожу с маленькой сумкой. Беру бирку для ручного багажа. Потом надеваю ее на гитару и иду в самолет. Если начинают спрашивать — говорю, что мне разрешили взять гитару в салон. «Посмотрите: вот бирка!» (смеется). Но это не всегда помогает, и начинается: «Мужчина, сдайте гитару в багаж!» — «Но это же моя гитара! Как я ее сдам? Там холодно!» — «Не холодно». — «Там ее будут бросать!» — «Не будут». Как не будут?! Во всех аэропортах бросают. Если бы я работал в аэропорту, то я бы тоже бросал. Хотя нет, гитару бы не бросал (смеется).

Если мы и ссоримся, то из-за того, кто сядет на переднее сиденье.

— Есть ли у группы «Мгзавреби» какие-то дружеские ритуалы — может быть, вы вместе раз в год ходите в баню?

— Мы молимся перед концертом — это помогает сосредоточиться. Молимся и выходим на сцену.

А еще 24 октября, когда мы сдали альбом — в последние полчаса до дедлайна, я позвонил нашему флейтисту Гуге, который ехал к нам в студию. Говорю: «Гуга, все! Закончили. Возьми шампанское и приходи!» Я вообще не очень люблю шампанское. Это по особым поводам: Новый год — шампанское, родился ребенок — шампанское, закончили альбом — шампанское. Приходит Гуга с бутылью, в которой что-то черное налито. Я спрашиваю: что это? Где шампанское? «Какое шампанское, — отвечает Гуга, — у меня в машине валялся портвейн домашний». Так что теперь у «Мгзавреби» новая традиция: закончили альбом — должны найти в машине домашний портвейн (смеется).

— Кстати, о новом альбоме. По моим ощущениям, в нем стало больше звука — он стал разнообразнее по звучанию.

— Мы старались.

— Мне послышалось или там звучит ханг?

— Это не ханг, это глюкофон. Он похож на ханг, но поменьше, и его, кстати, в Москве делают. Ты знаешь историю про ханг? Что надо доказать, что ты его достоин? По крайней мере, раньше так было. Один наш друг очень хотел ханг. Поехал за ним к мастеру в Австрию. Доказывал ему, что он достоин ханга: читал ему стихи, показывал фото своих детей, рассказывал, что дети читают. Доказал — и только после этого ему дали разрешение купить ханг (смеется).

А в Москве, оказывается, какие-то ребята начали делать инструмент, похожий на ханг, — из газовых баллонов. Нашему гитаристу такой подарила жена. Он стал играть на нем и записывать видео. Я увидел — звоню ему. Спрашиваю: в какой тональности? До мажор. Бери в студию!

Я мог бы написать о новом альбоме... ну, не «Войну и мир», но что-нибудь объемное.

Мне хотелось, чтобы в альбоме не было ни одной лишней песни. Чтобы в каждой что-то было. И хотелось, чтобы песни звучали по-разному. Не знаю, как получилось, — я субъективен. Вообще я много думал об этом альбоме… Я мог бы написать о нем... ну, не «Войну и мир», но что-нибудь объемное. Но начнешь рассказывать и думаешь: а зачем надо объяснять, что ты хотел сделать? Слушатели сами должны.

— А если коротко изложить хотя бы одну главу?

— Например, на альбоме есть колыбельная на грузинском языке, и нашей задачей было сделать такую песню, чтобы слушатель, не знающий языка, сразу понял, что это колыбельная, а не песня о чем-то другом.

Этот альбом мы делали так же, как первый: песни — мои, стихи — мои и Миши, который на перкуссии играет. Клавишник Давид — за пультом. Записывали на той же маленькой студии и те же люди, что и 10 лет назад. Как-то символично вышло.

Мы могли бы пойти в большую студию — была возможность. Но не хотелось. Мы работали когда хотели — с утра до ночи. Докупали и доставали необходимое оборудование. Старались получить хороший звук. Но я много думал и о том, что не надо зацикливаться на качестве звука. Главное, чтó ты поешь. А не как.

— Почему альбом называется «Сирень»?

— Это первая песня на альбоме. Он начинается и заканчивается благодарностью людям, которые нам помогали. Первая фраза «Сирени»: «Привет, как дела? Спасибо, что ты есть, и спасибо, что ты со мной. Мы не боимся времени. Мы были всегда вместе и вместе пели песни. Ты помнишь, мы пели такую песню...» — и дальше начинается песня.

Для нашей группы сирень — это символ, это нечто большее, чем просто цветы. Моя мама очень любит сирень. Мой дедушка на первом свидании подарил моей бабушке сирень. Я помню, как он приносил большие букеты сирени и пахло на весь дом.

На этом альбоме много благодарностей нашим предкам — дедушкам и бабушкам, которым мы всем обязаны. В одной из песен есть такая фраза: «Я — виноград, посаженный предками». Это очень символично, ведь виноград и любое дерево не растут за один день. Дед посадил дерево, а внуки собирают плоды. Например, в моем районе есть парк, но нам нравится называть его «лес». Мы там часто гуляли с дедушкой. В последние свои годы он посадил там ряд деревьев. Он умер, царствие ему небесное, но сейчас, когда мы с женой и дочкой гуляем в лесу, мы знаем, что здесь растут дедушкины деревья.

— Когда мы с тобой разговаривали в прошлый раз, ты сказал, что в Грузии нет шоу-бизнеса. Он не появился за это время?

— Нет — страна маленькая. Но в этом году в Грузии было много концертов и фестивалей, на которых выступали артисты из других стран. Потому что Министерство культуры выделило деньги и сказало, что надо сделать по всей Грузии 150 концертов. Мы дали около 10 сольных концертов в Батуми, Кахетии, Тбилиси. К нам привезли Робби Уильямса, Квинси Джонса, Кристину Агилеру и Maroon 5. Этого бы не произошло без поддержки государства. В этом плане что-то меняется.

— У группы «Мгзавреби» не появилось конкурентов?

— У нас конкурентов нет. У нас есть поющие знакомые (смеется).

«Мгзавреби» выступают в России:

• 19.11.2016 — Москва, Bud Arena

• 22.11.2016 — Нижний Новгород, Milo Concert Hall

• 24.11.2016 — Тула, Тульская областная филармония

• 25.11.2016 — Санкт-Петербург, A2 Green Concert

• 26.11.2016 — Пермь, «Типографiя»

• 27.11.2016 — Екатеринбург, Дом печати

• 29.11.2016 — Челябинск, «The Ночь»

• 30.11.2016 — Тюмень, Maximillians

• 02.12.2016 — Ростов-на-Дону, «Бухарест»

• 04.12.2016 — Краснодар, Arena Hall

Понравился материал? Помоги сайту!