Кантемир Балагов стал известен два года назад после «Тесноты»: яркий дебют выпускника сокуровской мастерской получил печать одобрения от Каннского фестиваля и покорил решительно всех сочетанием неожиданной профессиональной компетенции и живой энергии, редкой для российского кино. С тех пор режиссер, которому по-прежнему нет тридцати, перешел к продюсеру Роднянскому, а его эстетика, соответственно, обросла бюджетом, достаточным для костюмного фильма, масштабными темами и высокими ожиданиями. «Дылда» — большой стиль арт-кино: сценарий о двух фронтовичках в послеблокадном Ленинграде хорошо придуман, заходит на территории, о существовании которых большинство российских режиссеров и не догадывается, ну и поставлен этот сюжет Балаговым не без блеска. Правда, то и дело ловишь себя на том, что следишь не за переживаниями героинь, а за цветами реквизита и синтаксисом реплик. Это очень умышленный фильм, и это слишком заметно: обычно так и выглядит вторая работа успешного дебютанта (см. случай «Заката» другого каннского фаворита Ласло Немеша).
