1 декабря 2021Общество
12201

«Я тоже мертв, я умер совсем недавно». История Акрама Айлисли

Известный азербайджанский писатель, живой классик национальной литературы стал изгнанником в родной стране. Историю Акрама Айлисли рассказывает Томас де Ваал

текст: Томас де Ваал
Detailed_picture© Из личного архива Акрама Айлисли

Текст был впервые опубликован по-английски на сайте openDemocracy.net. Мы благодарны коллегам за возможность познакомить читателей Кольты с его русским переводом.

 Автор текста — Томас де Ваал, известный британский журналист, специалист по Кавказу.

Каждый день пожилой писатель сидит в своей квартире в нескольких кварталах от Каспийского моря и читает, но понемногу — у него плохое зрение.

Он предпочитает фантастические и сатирические романы, например, «Дон Кихота» и «Мастера и Маргариту». Только что он закончил собственный перевод другого своего любимца — Салмана Рушди.

Хотя он может выйти из своей квартиры и спуститься вниз, чтобы полюбоваться серо-голубым морем, его физический мир ограничен этими улицами.

Действительно, жизнь этого писателя сейчас напоминает сюрреалистическую сказку его излюбленных авторов. В свои 84 года Акрам Айлисли — изгой. Он не может покинуть Баку или посетить родную деревню. Он изолирован от старых друзей, от членов семьи и от читателей. Его книги были сожжены и изъяты из библиотек, из театров и из школ Азербайджана. В основном, по его словам, у него остается только жизнь его разума.

«Уже много лет я спасаюсь от грязи внешнего мира только литературой», — написал мне Айлисли по электронной почте в августе этого года. «В ней теперь для меня больше воздуха, чем во всем городе Баку, где я прочно заперт под замком и не имею права выехать даже в самые близлежащие районы моей толерантной и свободолюбивой родины».

Если тактика азербайджанского правительства заключалась в том, чтобы отрезать Айлисли от мира, то это в значительной степени удалось. В 2016 году писатель, которому было 78 и у которого уже тогда было слабое здоровье, готовился к полету, чтобы выступить на литературном фестивале в Венеции. Но в аэропорту Баку его задержали азербайджанские полицейские якобы за нападение на пограничника.

За пять лет прокуроры так и не смогли обосновать это странное обвинение (что технически означает, что дело должно быть закрыто), но проездные документы и удостоверения личности Айлисли по-прежнему конфискованы.

Падение Айлисли, бывшего народного писателя Азербайджана, произошло в одночасье в 2013 году. Протестующие сожгли его чучело и установили символический гроб возле его жилого дома в Баку. Во втором по величине городе Азербайджана, Гяндже, толпа развела костер и бросила в него его книги. Его жена была уволена с работы, до этого она трудилась директором детской библиотеки. Один из двух его сыновей тоже потерял работу и уехал из Азербайджана.

В чем же преступление Айлисли? Он нарушил главное табу современного Азербайджана, опубликовав роман «Каменные сны».

Отчетливый голос

С конца 1980-х Армения и Азербайджан были охвачены конфликтом, не менее токсичным, чем израильско-палестинский. В начале 1990-х боевые действия за спорную горную территорию Нагорного Карабаха унесли 20 тысяч жизней и заставили более миллиона человек покинуть свои дома. Каждая республика была почти полностью зачищена от населения другой.

Официальный дискурс не допускает полутонов. В Азербайджане Армения репрезентируется исключительно как агрессор и как оккупант азербайджанских земель. Армяне, в свою очередь, постоянно обвиняют азербайджанцев в «геноциде» и варварстве. В действительности, как и в большинстве этнических территориальных конфликтов, обе стороны совершали преступления, начиная с погрома, в ходе которого были убиты мирные армянские жители в азербайджанском городе Сумгаит в 1988 году, и заканчивая массовым убийством азербайджанских граждан у села Ходжалы в 1992-м.

И тем не менее в течение длительных периодов своей истории армяне и азербайджанцы гармонично сосуществовали друг с другом, у них много общего в культуре и в традициях. Все это знают, но очень немногие в обеих странах осмеливаются сказать об этом вслух. У Айлисли в этом смысле самый ясный, отчетливый голос.

Чуть более года назад, 27 сентября 2020 года, армяно-азербайджанский конфликт был возобновлен, и таким образом был положен конец несовершенному перемирию, которое продлилось 26 лет.

За 44 дня азербайджанская армия при военной помощи Турции восполнила поражения и потери, понесенные страной в 1990-е. Азербайджанцы отвоевали земли, которые десятилетиями находились под армянским военным контролем. В результате, тысячи армян Карабаха бежали перед азербайджанским наступлением, пока в ноябре не вступило в силу новое перемирие, заключенное при посредничестве России.

Перемирие

Из этих событий Азербайджан извлек для себя гуманитарную выгоду: его победа потенциально позволит сотням тысяч граждан, переселенных в 1990-е, вернуться домой. Но человеческие жертвы были огромны. Погибло более 7000 человек, большинство из них — молодые солдаты, которые еще даже не родились, когда шла первая карабахская война.

Ненависть разжигалась в новом поколении азербайджанцев, а вместе с ней и укреплялась травма, с каждым сообщением о новых казнях заключенных и о бомбардировках школ.

Армянские и азербайджанские соцсети в подавляющем большинстве стали платформами для ненависти и дезинформации.

В начале еще были надежды, что завершение новой войны может привести к серьезным политическим переговорам, к мирному соглашению, а затем к примирению государств друг с другом. Но официальный Азербайджан не слишком благодушно настроен по отношению к побежденному сопернику.

После прекращения огня в ноябре 2020 года Азербайджан по-прежнему держит в плену десятки армянских военных и отдает их под трибунал, несмотря на международные призывы к их освобождению. Не прекращается и презрительная антиармянская риторика.

Любым миротворцам здесь не место. Голос Айлисли в этом шуме был заглушен, хотя писатель все еще надеется, что его книга «Каменные сны» оказала некоторое влияние на ситуацию. По его словам, «публикацией “Снов” я спас многих армян от ненависти к азербайджанцам. Этим я горжусь и буду гордиться всегда».

Путь из деревни

До 2013 года в биографии Акрама Айлисли — всего несколько намеков на то, что писатель займет в будущем такую позицию.

Он родился в 1937 году как Акрам Наибов. Его отец, солдат Красной Армии, умер, когда Айлисли было всего пять лет, будущий писатель вырос в бедности. Его родная деревня называется Айлис, она в Нахичевани, отдаленном эксклаве Азербайджана, который граничит с Арменией, Ираном и Турцией. Став писателем, он взял себе псевдоним Айлисли («Акрам из Айлиса») — в честь своей родины.

«Тут важно понимать, что он вырос в деревне, — объясняет мне Шура Буртин, российский журналист, который поддерживал Айлисли и как писателя, и как миротворца. — А это совсем другой мир». Буртин предполагает, что именно скромное сельское прошлое наделило Айлисли тем отличительным качеством «ясности», как моральной, так и художественной.

Родная деревня Айлисли — это «значимый персонаж во всех его книгах», соглашается переводчица Айлисли на английский Кэтрин Янг. Она сравнивает постоянное появление родной деревни в прозе Айлисли с литературной стратегией Фолкнера, который использует одну локацию, чтобы быть «одновременно и локальным, и глобальным в масштабах того, о чем он пишет».

Айлисли учился в Москве в 1960-х во время «оттепели». Он входил в группу писателей-выходцев из деревень, которые писали о сельской жизни, нарушая диктат соцреалистической литературы с ее шаблонными героями. Его ранние произведения, особенно цикл повестей «Люди и деревья», чье действие происходит в Айлисе, принесли ему сотни тысяч читателей, его вещи были изданы и на его родном азербайджанском, и на русском. Айлисли единолично «создал лиризм азербайджанской прозы», говорит азербайджанский историк Джамиль Гасанлы.

Сострадание

Кэтрин Янг отмечает, что писатель рано проявил себя как человек, отвергающий традиционно патриархальные традиции Кавказа. Он, потерявший отца в самом детстве, воспитан был женщинами, и самые сильные персонажи в его произведениях — тоже женщины.

Свою роль сыграла и тревожная топография, и трагическая история Нахичевани, родины Айлисли. Ее высокие горы спускаются к широкой реке Аракс, которая на протяжении тысячи километров протекает между четырьмя странами.

В начале XX века в Нахичевани проживало смешанное армяно-азербайджанское население. Между 1915 и 1916 годами армяне Османской империи были убиты или депортированы в ходе геноцида, самого жестокого злодеяния на протяжении всей Первой мировой войны. После распада Российской империи армяне и азербайджанцы вступили в обоюдный конфликт. Независимые государства Армения и Азербайджан недолгое время сражались за Нахичевань. После этой войны союзные державы попытались сделать регион нейтральным протекторатом. В 1921 году большевики включили Нахичевань в состав Советского Азербайджана.

В селе Айлис, которое армяне называют Агулис, когда-то было с десяток армянских церквей и многочисленное армянское население, среди которого было много азербайджанцев-мусульман. Все изменилось в декабре 1919 года, когда азербайджанцы и турецкие ополченцы уничтожили большинство армянских жителей деревни.

Детство Айлисли прошло на фоне сгоревших руин армянской церкви Айлиса, но мало кто говорил о том, что произошло. Исключением была его мать. «Всю сознательную жизнь я носил в себе сострадание к армянам, потому что в самом раннем детстве моя мама, глубоко верующая мусульманка, почти каждый день рассказывала мне о нечеловеческих ужасах, которые турки творили в Айлисе в 1919 году», — написал мне Айлисли.

В эпоху Горбачева эта память неожиданно снова стала актуальной, когда армяне и азербайджанцы возобновили свои старые споры, и когда вновь вспыхнуло насилие. В 1989 году Айлисли написал открытое письмо своему коллеге Сергею Баруздину, редактору журнала «Дружба народов», осуждая новый национализм и выступая за диалог. В письме Баруздину он признавался, что чувствует «удушающее одиночество», поскольку его позицию разделяли лишь немногие армянские или азербайджанские интеллектуалы.

Письма президенту

После обретения Азербайджаном независимости Айлисли пошел на сотрудничество с новым режимом. В 2005 году он был избран в парламент как депутат от родного района. В письме, отправленном мне, он отвечает на популярные обвинения, что он продал себя, он рассказывает, что и до, и во время своего пребывания в парламенте он не раз писал Гейдару Алиеву, с 1993 года президенту Азербайджана, и его сыну и преемнику Ильхаму Алиеву, выступая против нарушений прав человека и систематического уничтожения армянских исторических памятников в Нахичевани.

Историк Джамиль Гасанли, который впоследствии стал одним из лидеров азербайджанской оппозиции, был депутатом парламента в то же самое время. Гасанли вспоминает, что однажды, во время перерыва в заседаниях, он застал Айлисли в крайне удрученном состоянии. «“Что-то случилось?” — спросил я. Айлисли мне ответил: “Знаешь, наше правительство мертво, наш парламент мертв, интеллигенция мертва, мы тоже мертвы”. Я попытался немного его подбодрить: “Но вы один из самых живых людей в стране”. Он засмеялся и сказал: “Я тоже мертв, я умер совсем недавно”».

Все это время Айлисли тайно работал над книгой «Каменные сны». А в 2012 году разразился новый скандал, побудивший Айлисли к действию.

В 2004 году на учебных курсах НАТО в Будапеште молодой азербайджанский офицер Рамиль Сафаров зверски убил армянского сокурсника Гургена Маргаряна и получил длительный тюремный срок. Но восемь лет спустя, в 2012 году, в результате сделки между Венгрией и Азербайджаном Сафаров был возвращен на родину — только для того, чтобы его помиловали, освободили, а большая часть азербайджанского истеблишмента превозносила его как «героя».

После этих гротескных событий на Азербайджан обрушилась международная критика, и Айлисли, очевидно, решил, что его голос, голос несогласного, тоже должен быть услышан. В конце 2012 года он отправил «Каменные сны» в Москву, для публикации

Инакомыслящий

Действие романа происходит в 1989 году, в момент эскалации армяно-азербайджанского насилия. Главный герой, актер по имени Садай Садыглы, как и Айлисли, родом из села Айлис; однако, в отличие от автора, герой противостоит насилию не одними только словами. Толпа избивает его за защиту армянина, и он попадает в больницу в состоянии комы. Из флэшбеков мы узнаем, что Садыглы был издавна до одержимости потрясен массовым убийством армян в Айлисе в 1919 году и в конце концов в качестве жеста искупления решил стать христианином. Его скептически настроенная жена упрекает его в том, что он забыл о страданиях своих соотечественников-азербайджанцев.

В Азербайджане публикация романа — или сообщения о нем, поскольку мало кто читал русский текст, — была подобна взрыву. Айлисли был объявлен предателем всеми, начиная с президента страны, и лишен всех государственных литературных премий и специальной пенсии.

«Раньше он не был бойцом, но он вдруг нашел в себе смелость совершить этот поступок», — говорит Шура Буртин. Похоже, Айлисли почувствовал, что он должен наконец выразить несогласие с тем путем, который выбрала его страна.

Автор говорит, что гордится тем, что «Каменные сны» вызвали такой шум, но что его текст был неправильно понят. «Мне крайне обидно еще за то, что в своих рассуждениях о моем романе даже писатели почему-то не замечают или не хотят замечать особенности психологического состояния его главного героя — легко ранимого и высоконравственного человека, находящегося на грани психического расстройства». В самом тексте автор сравнивает его с Дон Кихотом, готовым яростно защищать людей.

Порицание и прославление

Книгу «Каменные сны», которую в Азербайджане проклинали, в Армении, наоборот, прославляли — и, по мнению некоторых, она и там была неправильно понята. Армянский писатель и журналист Марк Григорян говорит, что большая часть представителей армянской общественности — а лишь немногие из них даже просто читали книгу — сделала вывод, что азербайджанский писатель извинился, то есть доказал справедливость дела армян.

«Я думаю, что “Каменные сны” — это больше о разговоре героя с Богом», — говорит Григорян, который видит в книге гораздо более глубокую рефлексию писателя над тем, почему зло постигло его регион.

Смелый призыв Айлисли состоял в том, чтобы поставить армяно-азербайджанский симбиоз на более высокий уровень, чем проект построения нации в каждой из обеих стран. Этот призыв был услышан, но в основном остался без ответа. «Книга адресована [армянским] интеллектуалам, и я думаю, что интеллектуалы поняли это послание — эта книга взывает к тому, что нужен кто-то, писатель с армянской стороны, готовый на нее откликнуться», — замечает Григорян. Некоторые попытались, говорит он, но Армении не хватает автора с таким же сочетанием литературного таланта и репутации «совести нации». (Писателем, который ближе всего подходил под эти критерии, был современник и друг Айлисли, Грант Матевосян, но он умер в 2002 году).

По словам Айлисли, у него нет желания оправдывать армян за их действия в рамках конфликта. «Они поступили преступно и глупо, когда захватили целых семь районов вокруг Нагорного Карабаха, — написал он мне. — И это им дорого обошлось».

Обретя новый голос, Айлисли создал не только «Каменные сны». Он написал роман «Грандиозная пробка» — прямую политическую сатиру, в которой мало пасторального лиризма, свойственного другим его произведениям. Главный герой романа, хваткий чиновник по имени Элбей, попадает в немилость к всесильному «Хозяину», лидеру постсоветской республики под названием Аллахабад, и теряет все.

«Грандиозная пробка» была опубликована небольшим тиражом всего в 50 экземпляров, чтобы проверить реакцию друзей, но один из экземпляров попал в руки всевидящих властей.

Некоторые комментаторы предположили, что на самом деле именно эта книга в глазах азербайджанского руководства была более тяжким грехом, чем «Каменные сны». В «Пробке» Айлисли обнажает коррупцию и беспринципность во внутренних кругах авторитарного режима.

Он не щадит никого. Например, о певце, спонсируемом государством, он пишет в книге: «Невозможно было усомниться в его любви к Великой партии Аллахабада, любви, которая стоила по меньшей мере пятнадцать тысяч долларов». Эту сумму певец получает наличными в запечатанном конверте каждый раз, когда исполняет песни, прославляющие вождя.

Возрождение памяти

Новый армяно-азербайджанский конфликт привел к еще большей изоляции Айлисли, хотя вопрос Нагорного Карабаха остается неразрешенным, и альтернативный голос, подобный голосу писателя, необходим, как никогда.

Но Айлисли не питает иллюзий по поводу собственной изоляции властями. Он говорит, что они ждут, когда он умрет. «У них есть заранее продуманный план держать меня в таком положении до конца моей жизни, и в этом я давно уже нисколько не сомневаюсь», — написал он мне.

Запрещенный автор, книги которого были сожжены, Айлисли рискует попросту быть забытым. PEN International проводит кампании в его защиту, но он остается писателем в стране, которую мало кто знает, он не говорит по-английски и не стремится к публичности. Тем не менее у людей есть желание читать его и слушать.

Онлайн-мероприятие, организованное Институтом Гарримана при Колумбийском университете в декабре прошлого года, привлекло сотни участников, многие из которых — молодые люди, которые жаждут услышать человека, так радикально порвавшего с догмами национализма, характерными для конфликта. Но Айлисли, убежденный технофоб, признает, что это выступление в прямом эфире далось ему с трудом. Он бегло отвечал на вопросы в течение часа, но, казалось, с облегчением закурил, пока модераторы собирали вопросы во время перерыва.

В Азербайджане мало кто поддержал его публично. Айлисли рассказал мне, что в его поддержку выступали в основном представители старшего поколения российских писателей-либералов, среди которых, в частности, Борис Акунин, Андрей Битов и Виктор Ерофеев.

Кэтрин Янг, его переводчица, восторгается ранними работами Айлисли и хочет, чтобы они были опубликованы по-английски. Несомненно: чем больше людей прочитают его книги, тем скорее они поймут, что он не только гражданский активист, но и замечательный писатель с 50-летним стажем. Тем больше он приобретет читателей и сторонников.

Когда слушаешь Айлисли, создается впечатление, что конфликт наложил на Кавказ и его жителей какие-то злые чары, что они потеряли разум.

«Много хорошего было у нас, когда мы были вместе. Но об этом почему-то все решили молчать. Как будто произошла некая мистическая катастрофа: у людей разом пропала память. Именно память движет нами во всех наших поступках. А теперь жить без памяти как будто нравится всем», — говорит он тем людям, которые готовы его услышать.

Перевод Олега Лихтаровича


Понравился материал? Помоги сайту!

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

Сегодня на сайте
Разумные дебаты в эпоху соцсетей и cancel cultureОбщество
Разумные дебаты в эпоху соцсетей и cancel culture 

Как правильно читать Хабермаса? Может ли публичная сфера быть совершенной? И в чем ошибки «культуры отмены»? Разговор Ксении Лученко с Тимуром Атнашевым, одним из составителей сборника «Несовершенная публичная сфера»

25 января 20222093