Журнал «Сеанс» устраивает на «Послании к человеку» конференцию «История кино как медиаархеология», в которой среди прочих умных и уважаемых людей (достаточно назвать Томаса Эльзессера, автора книг по истории и теории кино) примет участие и французский авангардист и пленочный алхимик Николя Рей. Недавно Рей был в России со своей последней на данный момент работой «Иначе, Молуссия», фильмом-иллюстрацией к одноименному роману-антиутопии философа Гюнтера Андерса. А теперь он расскажет о том, как устроена сеть независимых кооперативных кинолабораторий в Европе, и покажет свой фильм 2001 года «Советская власть плюс электрификация». Естественно, с оригинальной 16-миллиметровой пленки.
В самом конце 90-х Рей решился на довольно радикальный художественный жест — двухмесячный киновояж по маршруту Париж—Киев—Днепропетровск—Москва—Новосибирск—Кемерово—Братск—Якутск—Магадан с 8-миллиметровой камерой под мышкой. Это отважное даже по нынешним временам путешествие было инспирировано семейной историей Рея (его отец был инженером, добровольно участвовавшим в постройке электростанции в Магадане) и стало чрезвычайно любопытным комментарием на полях истории большой. Отправляясь по следам своего предка, представителя предыдущего поколения ангажированных французских интеллектуалов, автор — сам марксист, пытающийся мыслить диалектически, — погружает себя в сложный клубок противоречий. Странствуя по постсоциалистической России, довольно дикой, но уже расцветающей рекламой линолеума и сетчатых колготок, Николя пытается выяснить свои личные отношения с призраком коммунизма, вычтенным из знаменитой формулы.
К медиаархеологии «Советская власть плюс электрификация» имеет отношение самое непосредственное — все снято на просроченную советскую пленку «Свема», так что базис советской системы неразрывно связывается с самой фактурой киноизображения. Потом в подвалах парижской лаборатории L'Abominable путем длительных фотохимических манипуляций материал был переведен на 16-миллиметровую пленку и сложен в трехчасовое дневниковое эссе, состоящее из документальных съемок, аудиокомментария, записанного на диктофон во время поездки, и шепотом прочитанных за кадром текстов Ленина. Как и в «Молуссии», Рей тут работает на границе, точнее, на разрыве между текстом и изображением, вынуждая зрителя самому определять свою позицию, выстраивать связи между элементами фильма и находить свою точку зрения на то, что пробегает перед глазами. А пробегает оно медленно — снимал Николя со скоростью 8 кадров в секунду, экономя редкую пленку.
