Ее Африка

Виктория Ивлева и Евгений Березнер — о новой выставке, войне, расизме и о том, что четвертой стены не бывает

текст: Таисия Круговых
2 из 3
закрыть
  • Bigmat_detailed_picture© Николай Кондаков
    Евгений Березнеркуратор «Африканских дневников», теоретик фотоискусства

    — Люди, занимающиеся фотографическими выставками, — это не кураторы, это режиссеры, которые строят свое неигровое кино. Фотографическая выставка — во многом тот же самый кинематограф, только с одной-единственной разницей: в кинематографе зритель статичен, а изображение динамично. На фотографической выставке они меняются местами! Здесь изображение статично, а зритель динамичен. И зритель передвигается вдоль рядов блоков построения фотографии и таким образом считывает и сюжет, и идею, и то эмоциональное наполнение, которое присутствует в этих фотографиях и которое как раз выявлено куратором-режиссером.

    — Сколько у вас было работ Виктории и как вы их отбирали?

    — Я скрупулезно и по нескольку раз смотрел Викины работы, количество которых определенно в несколько раз превосходит количество произведений, оказывающихся на выставке. Для меня было важно почувствовать два вектора идеи отбора фотографий. Во-первых, каким образом фотограф Ивлева смотрит на мир, само ее отношение к миру, который она снимает. И во-вторых, каким образом она отражает этот мир в своих произведениях, ее пластические способности и возможности в один кадр уместить три действующих лица, которые составляют любую фотографию: время, пространство и свет.

    © Виктория Ивлева / Предоставлено пресс-службой Центра Вознесенского

    — Как вы работали с пространством Центра Вознесенского?

    — Тут надо постучаться к нашим коллегам из театра, потому что любая площадка — это сцена, где фотографии — труппа, играющая определенный спектакль. Естественно, огромную роль играет то, как фотография оформлена, свет, который должен быть поставлен. И дальше задача режиссера-куратора — сложить фотографии в блоки, чтобы они уже были не словами — отдельными фотографиями, а предложениями, состоящими из слов-фотографий, которые в сумме дают визуальный текст.

    — Почему некоторые фотографии такого крупного размера?

    — Крупные размеры связаны с крупными планами лиц, которые становятся чем-то, что даже может напомнить иконы. Виктория очень хорошо чувствует состояние человека, которого снимает. Она начинает внутри вибрировать в унисон тому, что переживает человек, и она способна запечатлеть это в конкретном кадре.

    © Виктория Ивлева / Предоставлено пресс-службой Центра Вознесенского

    Это архетипичная фотография, которую мы между собой называем «Африканская Мадонна». По силе выразительности взгляда и по композиции она вызывает ассоциации с великими живописными произведениями. Да простят меня воцерковленные люди, эта фотография — изображение Богоматери.

    — Кто еще снимал в Африке, есть ли какая-то африканская иконография?

    — Существует много фотографий, связанных с военными конфликтами, есть фотографы, которые снимают диких зверей, портреты животных, крупные планы, но не думаю, что на них можно смотреть до бесконечности. Можно говорить о Египте (хотя это не совсем Африка), где есть серии с археологическими раскопками.

    — А к какому направлению можно отнести Викторию Ивлеву?

    — Она снимает несовершенство мира. Ситуации, когда жизнь человека превращается в страдание и когда человек требует сочувствия и помощи. На этой выставке вы понимаете одну простую вещь: оказывается, когда уже практически прошла первая четверть XXI столетия, на земном шаре есть континент, который по концентрации боли, страдания, ужаса, устройству жизни ничем не отличается от того, каким он был 200–300 лет назад. И что с этим делать, никто не знает. Это континент, еще на несколько лет вперед обреченный на страдания, на те условия жизни, которые нельзя называть человеческими. Я думаю, что многим вашим читателям известны гуманитарные деяния Вики, но помимо конкретных актов помощи она еще помогает людям своей фотографией. Вот это та самая помощь, которую Вика, как это ни парадоксально звучит, оказывает Африке.


    Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
Родина как утратаОбщество
Родина как утрата 

Глеб Напреенко о том, на какой внутренней территории он может обнаружить себя в эти дни — по отношению к чувству Родины

1 марта 202241599
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах»Общество
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах» 

Разговор Дениса Куренова о новой книге «Воображая город», о блеске и нищете урбанистики, о том, что смогла (или не смогла) изменить в идеях о городе пандемия, — и о том, почему Юго-Запад Москвы выигрывает по очкам у Юго-Востока

22 февраля 202236789