Танцы онлайн

Пять перформансов, которые познакомят с важными проблемами современной хореографии

текст: Анна Козонина
3 из 6
закрыть
  • Эталон танца-нетанца

    К середине 1990-х, прежде чем задумать «Последний спектакль», французский хореограф Жером Бель создал две знаковые работы: «Имя, данное автором» и «Жером Бель». Правда, ни в первой, ни во второй не было ни одного танцевального движения. Для мира европейского танца такой подход к хореографии был в новинку: все-таки в то время хореографы еще сочиняли танцы — повествовательные или абстрактные — и работали по большей части в логике театрального зрелища. Бель же со своими перформансами стал родоначальником направления «концептуальный танец», или «нетанец».

    Хореографы этой волны взглянули на тело и танец критически. Они не создавали, а, скорее, деконструировали танцы, пытаясь показать их встроенность в социальные, политические, культурные, исторические, искусствоведческие контексты, политики репрезентации, отношения с институциями. Это, пожалуй, пик авторефлексивности танца и его разотождествления со своим главным медиумом — человеческим телом в движении. А еще — с характеристиками, которые приписывались танцу в модернистской парадигме: экспрессией, грацией, театральностью, виртуозностью.


    Jérôme Bel — «The Last Performance» (1998)

    Показательный пример — «Последний спектакль» Беля. В нем хореограф попытался создать полную противоположность модернистскому танцевальному представлению. В то время как от его коллег все еще ждали оригинального и аутентичного материала, Бель имел дело с копированием, цитированием, отказом от эстетики, с репродукцией и переработкой. Движения для своей работы он позаимствовал у Сюзанн Линке — звезды немецкого танцтеатра, которая наравне с Пиной Бауш продолжала в своем творчестве линию довоенного экспрессивного танца. Центральная часть работы Беля представляла собой четырехкратное повторение фрагмента из пронзительного соло Линке «Превращение» («Wandlung» (1978)): сначала его исполняла танцовщица Клер Энни, а за ней, облаченные в такие же белые сорочки, — сам Бель и еще двое танцовщиков-мужчин. В конце соло появлялось еще раз — только теперь за черной шторой, так что танец случался лишь в сознании зрителей. Так Бель размышлял о базовых для современного искусства и перформанса вопросах: о копии и оригинале, возможности воспроизводства перформанса, проблемах идентичности, агентности зрителя. С 2004 года Бель и вовсе заменил спектакль лекцией, в которой рассказывал о теоретических и концептуальных основаниях работы.


    Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
Родина как утратаОбщество
Родина как утрата 

Глеб Напреенко о том, на какой внутренней территории он может обнаружить себя в эти дни — по отношению к чувству Родины

1 марта 202228046
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах»Общество
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах» 

Разговор Дениса Куренова о новой книге «Воображая город», о блеске и нищете урбанистики, о том, что смогла (или не смогла) изменить в идеях о городе пандемия, — и о том, почему Юго-Запад Москвы выигрывает по очкам у Юго-Востока

22 февраля 202226989