Сцена из спектакля «Исследование ужаса»© Фонд Alma MaterГлавное — их выпустили, а не увезли из зала суда в наручниках. Дело «Седьмой студии» поставило всех перед выбором: радоваться тому, что отпустили, или гневаться на несправедливость приговора. Во мне и то, и другое. Все остальные дела — политического, как мы видим, характера — тоже важны.
Карантин сделал одинаково важными искусство и политику — и показал, что вписываться придется не только за «своих».
До карантина из событий в «нормальных» театральных пространствах была «Сказка про последнего ангела» Андрея Могучего в Театре наций. Рефлексия Могучего по поводу прошедшего времени с фигурами «исключенных» в центре композиции — самое сильное впечатление моего короткого сезона.
Событием вне театра как места стало «Исследование ужаса» Бориса Павловича (фонд «Альма Матер» и проект «Квартира»), герои которого, маргиналы 1920-х, с точностью барометров зафиксировали суть ужасного — или неопределенного — времени. Сам же тип игры, который практикуют актеры — участники «Исследования ужаса», открывает потенциалы драматического искусства.
На карантине занимались театроведением: с Еленой Ковальской в кружке по критике от «Театра.doc», в программах фестиваля «Точка доступа», в подготовке учебных планов к магистратуре ГИТИСа «Социальный театр», в придуманных лабораторией Theatrum Mundi сборниках. Благодаря этим занятиям и карантину как условию их осуществления (в жизни бы не успели ничего такого) мы очень сосредоточились — и как будто яснее, отчетливее увидели реальность. Будем в ней эффективно работать в нашей новой и страшной российской реальности.
