«Один из нас»: онлайн-премьера
«Нам нужна более глубокая революция идей — а не пластырь на зияющей ране»
Изабелла Эклёф, автор жесткого фильма «Отпуск», — о том, зачем ей нужно было так беспокоить зрителя
Виржиль Вернье: «Снимая кино, я хочу вернуть себе силу, показать, что мы не боимся»
Марк Дженкин: «Ну как обычно: обещают весь мир, а в итоге не получаешь ничего»
Большой разговор с Изой Виллингер, режиссером поразительного фильма «Здравствуй, робот»
Разговор с режиссером фильма «Те, кому хорошо» Сирилом Шойблином
Пиа Хелленталь: «Когда ты смотришь на Еву, ты смотришь на самого себя»
Что смотреть на новом фестивале NOW / Film Edition
The Now Now: 2018-й, 1968-й, 1848-й
Главное на втором фестивале «NOW»: путеводитель
Николаус Гейрхальтер: «Все знали, что изгородь не сможет остановить поток беженцев»
5 ноября, 21:00, атриум «Гаража»
Единственный игровой фильм фестиваля, фантазия на тему туарегского восстания 2012 года в Мали. В доступной для человека, неискушенного в путаных политических реалиях современной Африки, форме «Тимбукту» рассказывает о захвате группировкой «Ансар-ад-Дин» северо-востока Мали, в том числе и древнего центра исламской культуры — города Тимбукту. Исламистский режим (на захваченных территориях фундаменталисты-сепаратисты боролись со всеми проявлениями местной смешанной арабо-негритянской культуры, а также с курением и футболом) показан через трагедию одной туарегской семьи, всю первую половину картины расслабленно возлежащей возле чайника в буколической палатке среди песков. Хитросплетения национальных отношений в стране показаны на пальцах, малыми средствами. Вот рыбак из титульной народности бамбара убивает корову туарега, живущего на другом берегу пруда, а туарег в гневе убивает рыбака. А вот в город въезжают две «Тойоты»-тачанки под черными флагами — невеликая численность захватчиков не должна смущать зрителя, ведь и в действительности партизаны пустыни насчитывали от силы 300 бойцов.
Впрочем, и на примере такого частного, мелкомасштабного события, как захват глиняного города в центре Сахары сотней-другой кочевников, режиссер поднимает глобальные вопросы. Племенное движение, выступающее под черным флагом джихада, средствами кино трансформируется в натуральный ИГИЛ. В его рядах оказываются и негры, и арабы, и берберы, и те, кто говорит по-английски, и те, кто прибыл сюда из Франции. Эффект глобализации не ограничивается этим: патрульные, следящие за соблюдением запрета на музыку и футбол, оказываются заядлыми футбольными болельщиками (а один даже тайком покуривает), прибывшие откуда-то издалека традиционалисты с автоматами ничего не смыслят в местных традициях, которыми так восхищен режиссер Сиссако, окончивший, кстати, ВГИК. В трогательной старомодности кроется главный парадокс этого обманчиво простого фильма: зрителю тут предложено выбирать не между архаикой и современностью, но между двумя анахронизмами, один из которых — с «калашниковым», а другой — всего лишь с мобильным телефоном.
Василий Корецкий
После показа — обсуждение фильма при участии социолога Александра Бикбова, режиссера Лутца Грегора, политолога Вячеслава Морозова, исследователя глобальной колониальности Мадины Тлостановой.
Понравился материал? Помоги сайту!
