Дмитрий Курляндский: «Я как будто устроил себе землетрясение»

Дмитрий Курляндский — сооснователь группы «Сопротивление материала» и музыкальный руководитель «Электротеатра Станиславский» — один из российских композиторов, проводящих радикальные эксперименты на территории так называемой академической музыки. И его новый альбом «Город где», записанный вместе с поэтом Настей Родионовой, певицей Сашей Верхошанской и композитором Владимиром Горлинским, можно считать одним из них, хотя это по жанру — тихие песни, почти романсы, находящиеся где-то между эмбиентом, трип-хопом и IDM. COLTA.RU обратилась за комментариями к автору.

— Почему вы решили — как написано в пресс-релизе — «выйти на территорию альтернативной музыки»? Вы, один из героев новой российской академической музыки, — и вдруг занялись песнями под электронный звукоряд — музыкой неновой и неакадемической.

— Основная тема, которая волнует меня в музыке, в моей работе, — выход за пределы стереотипов, готовых моделей, постоянный пересмотр того, что есть музыка, что принято называть музыкой. Без такого пересмотра искусство (и не только — наша частная жизнь тоже) начинает стагнировать. Но в какой-то момент даже территория самого радикального поиска затвердевает, обрастает собственными моделями, собственной инерцией. Я почувствовал необходимость выбить из-под себя почву, выйти из себя, получить новый, неожиданный опыт. Можно сказать, что это поиск себя, который осуществляется через отказ от себя.

— Что было раньше в этом проекте — поэзия Насти Родионовой или вокал Александры Верхошанской?

— Текст для меня — первичный стимул. На самом деле я давно подумывал о возможности такого проекта. Но я никак не мог найти тексты, которые стали бы моим проводником, — с Настиными текстами у меня все срослось. А Саша — я давно знаю и слышу ее голос, мы вместе работаем в «Электротеатре Станиславский», так что я услышал Настины тексты именно в Сашином исполнении, они сразу зазвучали ее голосом.

— В проекте принял участие другой композитор — Владимир Горлинский. В чем был его интерес?

— Я попросил его сымпровизировать на материал первой песни — «Город где». Объяснил, чего бы мне хотелось, — и он записал свою импровизацию. Володя — очень близкий мне по духу и творческому складу человек: он так же ищет новые территории, новый опыт. Во многих песнях альбома я работал с сэмплами, которые извлек из его импровизации, — и только в восьмом треке его игра слышна в оригинале.

— Как давно вы занимаетесь, скажем так, экспериментами в области U-Musik? Есть ли у вас еще какие-то проекты в этой области — может, вы делаете ремиксы под псевдонимом, а мы и не знаем ничего?

— В 2016 году мы с композитором и саунд-артистом Андреем Гурьяновым образовали дуэт KGXXX. Свое направление мы обозначили как open dance music — где-то между IDM и экспериментальной музыкой. Периодически мы выступаем в рамках небольших фестивалей электронной музыки. Но было и несколько независимых проектов (например, в Электротеатре, в Новом пространстве Театра наций, в центре современной культуры «Смена» в Казани и пр.).

— Как этот проект сделан технологически — как вы делаете электронную музыку?

— Очень просто (и это одна из задач, которые я перед собой ставил) — все сделано на моем айпаде. Я использую довольно много программ, плагинов, строю из них сложные цепочки — по сути, это все живая электроника. Но не выхожу за пределы моего айпада. Потом, конечно, сведение и мастеринг на компьютере.

Автор — тот, кто законы жанра преодолевает, расширяет, трансформирует. А тот, кто им следует, — скорее аватар, чем автор: он обслуживает жанр, жанр его использует.

— Этот проект каким-нибудь образом расширил ваш композиторский опыт?

— Безусловно, расширил — это новая для меня территория. Я не чувствую себя на ней спокойно, комфортно, уверенно. Я здесь не защищен броней своих знаний и умений. Вот это ощущение для меня важно. Я как будто устроил себе землетрясение.

— Каким образом в этом проекте вы сформулировали для себя правила игры? Где для вас проходит граница между академической музыкой и «альтернативной»?

— Для меня, на самом деле, нет такой границы. Композиторское, авторское мышление применимо на любой территории. Есть жанры — симфония или соната, рэп или техно. Жанры диктуют свои законы. Автор — тот, кто эти законы преодолевает, расширяет, трансформирует. А тот, кто им следует, — скорее аватар, чем автор: он обслуживает жанр, жанр его использует. Мы произносим слово «рэп» — и уже приблизительно слышим, представляем, что это. Кто-то подтверждает наши ожидания — кто-то их взрывает, переворачивает. Мы ожидаем услышать что-то вроде Кендрика Ламара, но в меньшей степени Moor Mother, Death Grips или Clipping — они расширяют наши представления о жанре. Ламар — оправдывает. Ну, а слушатель сам решает, хочет он искать подтверждения своих ожиданий или выхода за их пределы. Чаще — первого. Не многие готовы и хотят меняться, изменение несет опасность.

— Есть ли какие-то фирменные черты, объединяющие этот проект и известнейшие из ваших «академических» вещей — скажем, «Носферату»?

— Безусловно, любое мое сочинение — вызов самому себе. На этом уровне «Носферату» и «Город где» — звенья одной цепи.

— Мне ваша электронная музыка по звуку напомнила глитч и клик-н-катс, направления, расцветшие в 2000-х, — Рёдзи Икеду, Маркуса Поппа и Matmos. Каковы ваши герои в электронной музыке?

— Я много слушаю электронику. Наиболее интересны мне поздние Autechre, Grischa Lichtenberger, Emptyset, лейблы Raster Noton, Stroboscopic Artefacts и пр. — все, что открыто эксперименту.

— Вы следите за тем, что происходит сейчас в U-Musik? И что, как вам кажется, в ней происходит? Есть ли в ней имена, явления, тенденции, которые вас интересуют и за которыми вы следите?

— Слежу в меру сил и времени. Ищу и жду того же поиска, выхода, о котором так много сказал уже. Нахожу в очень разных областях — к уже перечисленному могу добавить Dirty Projectors, David Sylvian, James Blake и даже FKA Twigs.

Понравился материал? Помоги сайту!