20 апреля 2015Академическая музыка
862

Важнейшее из искусств

«Золотая маска» — о возросшей роли музыки в нашей жизни

текст: Екатерина Бирюкова
Detailed_picture© Михаил Метцель / ТАСС

Церемония вручения «Золотой маски» — 2015, поставленная Ниной Чусовой на сцене театра Станиславского и Немировича-Данченко с деликатным участием его оркестра, прошла с минимальными оперно-оформительскими излишествами (ария Шамаханской царицы в исполнении мариинской колоратуры Ольги Трифоновой — да в общем-то и все), но при этом как-то очень акцентировала возросшую роль музыки в нашей жизни. Все наиболее запомнившиеся моменты так или иначе связаны были именно с ней. Я бы выделила три.

Ну, во-первых, яркая мизансцена, самозародившаяся вокруг министра Мединского. Правда, среди публики раздавались потом шутливые похвалы режиссерской удаче Чусовой, но все же затяжной гром оваций и свистов, разразившийся в зале после отчетливого девичьего выкрика «Верните “Тангейзера”!», был скорее спонтанной реакцией на фоне событий последних двух месяцев, взбаламутивших все театральное сообщество. Долгожданной и радостной, как майская гроза. Как-то с самого начала вечера, когда на любое вкрапление в речи выступавших таких понятий, как суд, цензура, свобода и даже опера, зал охотно реагировал горячими аплодисментами, к этому шло. И вот наконец наступило. Где-то ближе к концу церемонии премию «За поддержку театрального искусства в России» вручал Мединский. А неслышным, но неотвратимым фоном при этом звучала опера Вагнера.

Что и говорить, министр на масочной церемонии был иезуитски обложен со всех сторон врагами. Прямо перед ним сцену покинул режиссер Михаэль Тальхаймер, на немецком языке сказавший все, что он думает о свободе творчества (и на следующий день его процитировали западные информагентства, упомянув также об одобрительной реакции зала). Перед тем Ингеборга Дапкунайте очаровательно и колко напомнила о мольеровском «Тартюфе», запрещенном 350 лет назад под влиянием религиозной организации «Общество Святых Даров». И где теперь то «Общество», а где «Тартюф»? Рядом с министром на сцену придумали поставить актрису Дарью Мороз, которая, между прочим, — жена режиссера Богомолова. Да и название вручаемой премии в руках человека, сумевшего в одночасье расшатать два вполне процветающих оперных театра страны — Новосибирский и Михайловский, — выглядело как-то издевательски.

Второе запоминающееся событие — решение музыкального жюри, возглавляемого бывшим директором Латвийской национальной оперы режиссером Андрейсом Жагарсом, о неприсуждении премии в номинации «Работа композитора в музыкальном театре». Вариантов у жюри было два, причем оба имени — вполне громкие. Культовый соратник Питера Гринуэя Майкл Найман досочинил музыку к перселловской «Дидоне» для проекта «DIDO» театра «Новая опера». А едва ли не самый востребованный из отечественных композиторов среднего поколения Дмитрий Курляндский написал «Носферату» для Перми, и ее московский показ пробудил ностальгические воспоминания о временах Шнитке, когда на современную музыку было не попасть. Не надо, конечно, списывать со счетов притягательную харизматичность стоявшего за пультом Курентзиса, но работа Курляндского — это совершенно очевидный, мощный и бескомпромиссный прорыв куда-то за привычные границы искусства, к которому жюри, как выяснилось, оказалось готово гораздо меньше собравшейся на церемонии публики (что таить, ставки были сделаны именно на Курляндского). Итак, ни один из номинантов музыкальному жюри или большинству его членов (достаточно 2/3 голосов, чтобы принять решение о неприсуждении премии) не полюбился. И в результате маленькая, но очень важная, не так давно заведенная «Маской» и еще толком не вставшая на ноги композиторская номинация была обезглавлена, и от этого решения веет каким-то непростительным инфантилизмом. Громкое и совсем не равнодушное «ах» зала было выразительным ответом на пустой конверт.

Ну и третье событие — самое простое, понятное и приятное: безоговорочная победа пермской «Королевы индейцев». Пять «Масок», включая особо ценный «Приз критики», который обычно уходит драматическому спектаклю. Вроде это и не событие никакое, а констатация очевидного факта. Но, знаете ли, бывают такие времена, что признание белого белым, а черного черным — тоже большая радость.

















Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
ПрорубьColta Specials
Прорубь 

Крещенское купание в глубокой русской провинции глазами фотографа СЕРГЕЯ ПОТЕРЯЕВА

21 января 20131067
Общество
Александр Лебедев: «Березовский в 2003 году говорил: “Нас всех лейтенанты расстреляют, а Лебедева — лично Путин”»Александр Лебедев: «Березовский в 2003 году говорил: “Нас всех лейтенанты расстреляют, а Лебедева — лично Путин”» 

За драку с девелопером Полонским банкира и владельца «Новой газеты» обвиняют по тем же статьям, что и Pussy Riot. ОЛЕГ КАШИН расспросил подсудимого-миллиардера обо всей его жизни

18 января 20131595
«Светослед»Colta Specials
«Светослед» 

Последнее поколение мастеров народных промыслов Русского Севера на уникальных фотографиях 70—80-х годов ХХ века

17 января 20131801
Как тракторист полюбил тракториста. ПоследствияОбщество
Как тракторист полюбил тракториста. Последствия 

Месяц назад COLTA.RU опубликовала историю любви двух белорусских трактористов. Ее нашла и записала АЛЕНА СОЙКО. Здесь она рассказывает о бурной реакции на этот текст. А у редакции есть новость: Валерий и Сергей, возможно, станут героями документального фильма

29 октября 20121511
Тролль годаColta Specials
Тролль года 

COLTA.RU предлагает выбрать из множества «известных троллей», проживающих на территории РФ, самого главного

17 октября 20121301
День котика. Котик и небытиеМедиа
День котика. Котик и небытие 

Елена Костылева встретилась за чашкой чая с петербургскими антропологами Марией Пироговской и Ильей Утехиным, чтобы осудить легкомыслие редакции COLTA.RU и нанести по котикам академический удар, от которого они уже никогда не смогут оправиться

11 октября 20121290