26 июля 2017Кино
1025

Из замка в замок

«Верой и правдой» Андрея Смирнова на крыше Дома Наркомфина

текст: Айрат Багаутдинов, Максим Семенов
Detailed_picture© «Мосфильм»

Второй кинопоказ и лекция программы «Кино глазами инженера»: на крыше Дома Наркомфина можно будет посмотреть многострадальный фильм Андрея Смирнова о превратностях судеб проектов советских архитекторов (после сражения с цензурой Смирнов на тридцать лет ушел из кинорежиссуры). Перед кино — лекция о развитии массового жилищного строительства в СССР, вводящая в контекст экранных перипетий. Зарегистрироваться на показ можно здесь.

Архитектор Владимир Минченко (Александр Калягин) ходит именинником. Вскоре по его проекту в Москве выстроят высотный дом. Величественный, как «салют на День Победы», соединяющий в себе достижения современности с лучшими традициями прошлого, не дом, а дворец на века. Как подчеркивает сам Минченко, «сочетание величавого спокойствия со стремительной динамикой воплощает в архитектуре здания подвиг советского народа-победителя…» Это вам не американские небоскребы — уродливые дети частного землевладения и вечных происков капитала.

Проект Минченко нравится всем. Тем более что сам Иосиф Виссарионович похвалил работу архитектора и даже предложил несколько гениальных поправок: кафе на первом этаже нужно заменить на детский сад, а в сквере вместо лип посадить яблони. Но поправки — это мелочи, главное, что с возведением высотки имя Минченко навсегда будет вписано в историю мировой архитектуры.

Человек предполагает, а Бог располагает. Совсем скоро Иосиф Виссарионович сойдет с исторической сцены, а вместе с ним в прошлое уйдут многочисленные «коровники в амурах, райклубы в рококо». В 1955 году выйдет знаменитое партийное постановление о борьбе с излишествами в архитектуре, дом-дворец Минченко будет сочтен нецелесообразным, а архитекторы начнут проектировать дома-коробки, цель которых — решить давно назревший в СССР жилищный вопрос.

Хорошо известно, что картина «Верой и правдой» была изрезана цензурой, после чего Смирнов на 30 лет ушел из режиссуры (его следующий художественный фильм, историческая драма «Жила-была одна баба», вышел на экраны только в 2011 году). Впрочем, эпос из жизни советских архитекторов вовсе не кажется режиссерской удачей. Тяжеловесный, вдумчивый и местами несколько иллюстративный, он напоминает толковую статью из старого номера «Правды». Одна эпоха сменяет другую, меняются костюмы и архитектурные моды, а земля пребывает во веки. Архитекторы смиряют гордыню и подчиняют полет фантазии требованиям насущного момента, но все-таки творят; рядовые советские граждане селятся там, где им положено.

Сейчас, пожалуй, явственнее чувствуется некая антисоветская составляющая происходящего на экране. Фактически перемены в архитектуре происходят исключительно по воле сидящего в Кремле руководства. Вот и герой Леонова, крупный начальник при Сталине, впоследствии значительно пониженный в должности, замечает, что его отставка, как и его назначение, — дело случайности и что кто на каком ответственном месте ни сидит — в целом ничего не меняется. На этом фоне Минченко, перековывающийся из автора помпезных дворцов в убежденного борца с украшательствами, периодически напоминает не вдохновенного зодчего, а обычного приспособленца.

Однако при всем этом Смирнов умеет показать красоту блочных микрорайонов, а сцены переезда жителей коммуналок в новенькие пятиэтажки приобретают неожиданную актуальность в эпоху реновации жилья. Пока архитекторы показывают друг другу образцовые и экспериментальные квартиры, а также рассуждают об экономии каждого сантиметра, простые граждане понимают, что жить в тесноте и с низкими потолками не очень приятно. С другой стороны, это все-таки лучше, чем комната в коммуналке, пусть даже и с дружными соседями.

Что же — говорят, что качество возводимых по программе реновации домов будет выше, чем у советских пятиэтажек.

© «Мосфильм»
Дом Наркомфина

Решая проблему расселения рабочих в Москве и строительства новых городов, в 1920-е в стране начинают разрабатывать идею массового жилья. Из трех противоборствующих тенденций — города-сада, дома-коммуны и жилого массива — побеждает последняя. Однако Дом работников Народного комиссариата финансов останется примером экономичного, но уникального по архитектуре и планировке жилья.

Архитектор Моисей Гинзбург предлагает идею дома переходного типа. У него есть жилой блок, где размещаются ячейки. Площадь большинства из них — 36 квадратных метров. Эти ячейки должны были быть оборудованы маленькими кухоньками. В общем, хотите жить в своем замкнутом мирке — пожалуйста!

А хотите — к вашим услугам коммунальный блок, где по первоначальному проекту должны были разместиться спортзал и столовая. В дальнем углу участка возник хозяйственный блок с прачечной и сушилкой. А в центре участка должен был расположиться детский сад. Таким образом, Гинзбург не кнутом, а пряником хотел подвигнуть советского человека строить коммунальный быт! В сегодняшних терминах такое строительство называлось бы «жилым комплексом с развитой инфраструктурой».

Гинзбург и его команда искали самые оптимальные, дешевые планировки квартир. Так они придумали типовые квартиры, или, как тогда говорили, ячейки типа А, B, C, D, E, F. В ячейке типа F прихожая находится на первом уровне, гостиная — на втором и, наконец, на третьем — спальня. Квартиры как бы обнимают общий коридор, что приводит к экономии пространства в доме. Это сделало ячейку F самой дешевой.

В целом эксперимент Гинзбурга был очень удачным. Ему удалось создать дешевое жилье, но с интересными планировкой и архитектурой. К сожалению, к тому моменту, когда он завершил эксперименты, конъюнктура в стране резко поменялась — Сталину нужна была архитектура не демократичная, а имперская, прославляющая советский режим и вождя. Экспериментальных домов с ячейками F было построено всего шесть — в Москве, Саратове и Екатеринбурге, а сохранилось четыре.

Фильм «Верой и правдой», который мы покажем на крыше Дома Наркомфина, рассказывает о начале строительства хрущевок. Но один из героев фильма живет именно в этом здании — таким образом, режиссер Андрей Смирнов расширяет свой обзор темы массового жилья, охватывая весь советский период. Так что и мы перед фильмом прочтем небольшую лекцию об эволюции массового жилищного строительства в СССР.


Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
ПрорубьColta Specials
Прорубь 

Крещенское купание в глубокой русской провинции глазами фотографа СЕРГЕЯ ПОТЕРЯЕВА

21 января 20131046
Общество
Александр Лебедев: «Березовский в 2003 году говорил: “Нас всех лейтенанты расстреляют, а Лебедева — лично Путин”»Александр Лебедев: «Березовский в 2003 году говорил: “Нас всех лейтенанты расстреляют, а Лебедева — лично Путин”» 

За драку с девелопером Полонским банкира и владельца «Новой газеты» обвиняют по тем же статьям, что и Pussy Riot. ОЛЕГ КАШИН расспросил подсудимого-миллиардера обо всей его жизни

18 января 20131568
«Светослед»Colta Specials
«Светослед» 

Последнее поколение мастеров народных промыслов Русского Севера на уникальных фотографиях 70—80-х годов ХХ века

17 января 20131754
Как тракторист полюбил тракториста. ПоследствияОбщество
Как тракторист полюбил тракториста. Последствия 

Месяц назад COLTA.RU опубликовала историю любви двух белорусских трактористов. Ее нашла и записала АЛЕНА СОЙКО. Здесь она рассказывает о бурной реакции на этот текст. А у редакции есть новость: Валерий и Сергей, возможно, станут героями документального фильма

29 октября 20121406
Тролль годаColta Specials
Тролль года 

COLTA.RU предлагает выбрать из множества «известных троллей», проживающих на территории РФ, самого главного

17 октября 20121255
День котика. Котик и небытиеМедиа
День котика. Котик и небытие 

Елена Костылева встретилась за чашкой чая с петербургскими антропологами Марией Пироговской и Ильей Утехиным, чтобы осудить легкомыслие редакции COLTA.RU и нанести по котикам академический удар, от которого они уже никогда не смогут оправиться

11 октября 20121244