18 февраля 2020Академическая музыка
3760

Соло доброй разбушевавшейся колдуньи на ханге

Эвелин Гленни и трио HLK в Большом зале Санкт-Петербургской филармонии

текст: Никита Величко
Detailed_picture© Стас Левшин

При нынешней фрагментации культуры неясно, нуждается ли в представлении Эвелин Гленни. Во вступительном слове Владимир Фейертаг, специалист по джазу (не профиль Гленни), со сцены Большого зала филармонии заявил: «Это все очень далеко от нас. И если наша сегодняшняя героиня, которая появится на сцене, — это очень известная величина в Европе, то мы за некоторое время, открыв интернет, узнаем, кто это и что это».

Шотландская перкуссионистка Гленни между тем уже не раз была в России: выступала и в Москве, и в Петербурге — даже в том же Большом зале филармонии, пусть и в 2013 году. Да что там выступала — она работала с Бьорк, Фредом Фритом и Стингом, играла на церемонии открытия летних Олимпийских игр в Лондоне, получила «Грэмми» и больше ста международных наград, ее титул — дама-командор ордена Британской империи… Эвелин Гленни называет главной целью в жизни ни больше ни меньше как научить мир слушать.

© Стас Левшин

В детстве она стала жаловаться на боль в ушах после езды на велосипеде против сильного ветра. В восемь лет поняла, что воспринимает речь иначе, чем другие, а к двенадцати привыкла пользоваться слуховым аппаратом. Ей пришлось научиться воспринимать слушание как «особую форму прикосновения». «Я могу ощущать музыкальный звук через ноги, нижнюю часть тела и через руки; могу распознавать ноты, когда нажимаю педаль, в соответствии с тем, какая часть ноги чувствует вибрации, насколько долго и как я ощущаю эти вибрации в теле». Об этом она рассказывает в автобиографии «Good Vibrations», которую выпустила в 24-летнем возрасте. Гленни, впрочем, против экзотизации — говорит, если публике интересно только то, как может глухой музыкант играть на перкуссии, значит, это ее провал как музыканта.

© Стас Левшин

Кого точно следует представить, так это соотечественников Гленни — трио HLK, вышедшее на сцену после Фейертага. Группа, названная по первым буквам фамилий участников — Ричард Хэрролд (фортепиано и Moog), Энт Лоу (восьмиструнная гитара) и Ричард Касс (ударные), — образовалась на почве совместной любви к определенному уровню исполнительской сложности и экспериментаторства. Среди влияний HLK называют как Баха и Лигети, так и электронщика-мультиинструменталиста Squarepusher. Альбом у них пока вышел один, он называется «Standard Time», и что следует как из его прослушивания, так и из интервью британского трио: HLK — рабы ритма. Полиритмия, ритмические аллюзии, необычные рисунки и вставки в самых неожиданных местах — все это HLK с упоением продемонстрировали в первой же сыгранной ими композиции — американской классике 1936 года «The Way You Look Tonight», совершенно неузнаваемой в их версии.

© Стас Левшин

Гленни присоединилась на втором, тоже альбомном, номере — двухчастной «Extra Sensory Perception», заняв полсцены справа в окружении маримбы, вибрафона, литавр, ханга, ударной установки и только она знает, каких еще инструментов (всего их в ее коллекции больше 2000). После недолгой переклички вибрафона Гленни и клавиш Хэрролда вступили Касс и Лоу — и грянул гром (любимая метафора Гленни, упомянутая ею и в фильме на «Культуре», и в лекции на TED много лет назад). Гром — ее стихия, во время буйства которой длинноволосая седая исполнительница в очках напоминала разбушевавшуюся колдунью, пусть и добрую.

Финальные в первом отделении «Smalls» («Мелочи») на основе «Blue in Green» — еще одна трудно распознаваемая интерпретация, во время которой группа решила показать совместное исполнительское мастерство. И странное дело: все было будто четко и безупречно, но транслировать со сцены нечто эмоционально осмысленное музыкантам удавалось только в отдельных связках — космическом вступлении Гленни и Лоу или когда Гленни аккомпанировала встреченному аплодисментами тревожному соло Хэрролда. Когда же все играли вместе, за техникой бессвязно терялся смысл, и на лицах публики читалось, скорее, снисхождение.

© Стас Левшин

Лучшим моментом концерта стало завораживающее соло Гленни на ханге сразу после перерыва. Она играла под аккомпанемент записи «Orologeria aureola», сочиненной при участии Филипа Шеппарда, и интереснее всего вышло (вероятно, случайно), когда она начала стучать точно вместе со словами Владимира Фейертага, вернувшегося на сцену объявить композиции второго отделения. Следом Гленни и Касс аффективным ударным диалогом открыли композицию «Dux», в предфинальной части которой Касс выдал сложнейшее пятиминутное барабанное соло. Но что в «Dux», что в двух заключительных «Концертино для Билла» и «Жиге» (первая на основе «All Blues» с «Kind of Blue», вторая на основе жиги из Первой сюиты для виолончели соло Баха, и в обоих случаях это несущественно, потому что не узнать) важнейшей была грань между непредсказуемостью и дисциплинированностью, на которой музыканты не всегда успешно балансировали.

© Стас Левшин

Ведь очевидно, что заковыристые деконструкции классики были отточены до изнеможения. Что взрывы структур хорошо спланированы и что для «импровизации» — а HLK подаются как «импровизационное трио» — места было не так уж много. Неожиданности чаще были от ума и потому восторга не вызывали, особенно когда все участники HLK с Гленни играли совместно. Но когда по отдельности — совсем другое дело: тогда они наслаждались и собой, и внимательно слушающей публикой, и переливающейся светом филармонией. Может, им лучше друг без друга.

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

Сегодня на сайте
Наше нынешнее состояние похоже на «принудительный аутизм»Общество
Наше нынешнее состояние похоже на «принудительный аутизм» 

Сегодня, во Всемирный день распространения информации об аутизме, вы можете помочь фонду «Антон тут рядом». Почему это важно именно сейчас — объясняет Любовь Аркус в маленьком тексте и маленьком фильме

2 апреля 20201586