ТеатрУдаленное время
© Анна Молянова / Геликон-операВот все и объяснилось. Принц Калаф, оказывается, всю дорогу представлял себе стройную модель в белом платье, ради которой он готов был потерять голову в прямом и переносном смысле. Она постоянно мельтешит у него перед глазами, дергается и заламывается своим тонким станом, но только открывает рот, а не слышно, что поет. Поет другая, устрашающего вида, с могучим, как и положено в этой партии, голосом и просвечивающей из-под юбки коллекцией черепов предыдущих претендентов-женихов. Вторая, настоящая, Турандот мечется на нижнем этаже декораций, а на глаза Калафу показывается только в последнюю минуту. И тогда он в ужасе понимает, что натворил: хорошую, любящую девушку Лиу проглядел и обрек на самоубийство, а сам благодаря своим болезненным мужским фантазиям получил вот это вот гневливое чудище.
Худрук театра «Геликон-опера» и постановщик спектакля Дмитрий Бертман на предпремьерной встрече с журналистами намекал, что только певицы его театра смирятся со столь неприглядной трактовкой одной из самых роскошных оперных героинь — поэтому приглашать кого-то со стороны не имеет смысла. Также он без обиняков поведал все, что думает о человеческих качествах композитора Пуччини, которые, впрочем, не умаляют достоинств его музыки. Однако красивой сказки с хеппи-эндом не обещал. Какой уж тут хеппи-энд.
© Анна Молянова / Геликон-операКак известно, Пуччини умер, не успев дописать свою последнюю оперу «Турандот». Существует несколько традиций ее исполнения, самая распространенная — со счастливым финальным дуэтом Калафа и усмиренной Турандот, написанным Франко Альфано на основе черновиков автора. Но геликоновская команда выбрала другой вариант — остановиться там, где остановился Пуччини, то есть после смерти влюбленной в Калафа рабыни Лиу. И, надо признать, никакой недосказанности в истории, рассказанной Бертманом, при этом не возникает.
«Турандот» — самая масштабная постановка за всю историю «Геликона», ставшая возможной благодаря, во-первых, новому залу и новой яме, в которой умещается пуччиниевский оркестр, а во-вторых — солидному гранту Минкульта (на его сайте значится сумма 12,69 млн рублей). О бурном андеграундном прошлом крошечного театра в Доме медика надо забыть. Проект идет под величавым грифом «Евразийская опера» и выглядит соответствующе.
© Анна Молянова / Геликон-операКанадская дизайнерша китайского происхождения Камелия Куу смешала дозированное количество экзотики из Поднебесной с новыми технологиями и огромной зловещей луной из триеровской «Меланхолии». Луна иногда превращается в крутящееся лезвие, светящиеся шары в руках, как всегда, активно танцующего геликоновского хора (хореограф — Эдвальд Смирнов) оттеняют общий темный колорит (мастер по свету — еще один импортный гость Томас Хазе), свои убийственные загадки Турандот выкрикивает сквозь три водопроводных люка. Идея понятна, но вообще с круглыми предметами на сцене некоторый перебор.
Самая важная составляющая этого проекта — его музыкальный руководитель, народный артист СССР Владимир Федосеев, в год своего 85-летия наконец дебютировавший в России в качестве оперного дирижера (таковым его давно знает публика Цюриха, Вены, Флоренции, Парижа и Милана). Не без киксов, но оркестр играл увлекательно и даже с шармом, хор и ансамбли на его фоне звучали жидковато.
© Анна Молянова / Геликон-операСолисты для этой супероперы голосов-тяжеловесов все найдены в своей труппе, гордо сообщает театр, причем не по одному разу, обучено несколько составов. Прессе показали тот, где Калафа поет никому не известный Виталий Серебряков; это его третья оперная партия в карьере. Поет звонко, но не всегда уверенно. Было за него страшновато, однако финальное «си» в теноровом хите «Nessun dorma», после которого зал обрушивается громом оваций, было взято убедительно. Что касается женских партий, то заглавная героиня из-за своего раздвоения (бронебойно пела Елена Михайленко, демонстрировала талию и длинные ноги Ксения Лисанская) парадоксальным образом оказалась не главной. Ее затмила Лиу в нежном исполнении Юлии Щербаковой.
В общем, такой вот добрым молодцам урок. Не ошибайтесь, как Калаф.
Поцелуй Санта-Клауса
Запрещенный рождественский хит и другие праздничные песни в специальном тесте и плейлисте COLTA.RU
11 марта 2022
14:52COLTA.RU заблокирована в России
3 марта 2022
14:53Из фонда V-A-C уходит художественный директор Франческо Манакорда
12:33Уволился замдиректора Пушкинского музея
11:29Принято решение о ликвидации «Эха Москвы»
2 марта 2022
18:26«Фабрика» предоставит площадку оставшимся без работы художникам и кураторам
Все новости
Театр
ОбществоКарабах — и далее везде. Кирилл Кобрин о постколониальном мире, который выскочил из разболтавшихся скреп холодной войны, чтобы доигрывать свои недоигранные войны
6 ноября 2020730
Современная музыка20-летняя певица и автор песен из ЮВАО — о вхождении в шоу-бизнес, напускной толерантности, моде на ЛГБТ и других приметах своего поколения
5 ноября 20205277
Colta SpecialsМарина Давыдова о том, как глобальный раскол превратился из идеологического в эстетический
4 ноября 2020727
КиноВладимир Захаров о новом фильме Хон Сан Су «Женщина, которая убежала» и о кинематографической вселенной режиссера вообще
3 ноября 2020977
ОбществоПолина Аронсон и Жюдит Дюпортей о том, почему Алиса и Сири говорят с нами так, как они говорят, — и о том, чему хорошему и дурному может нас научить ИИ
3 ноября 20202302
ОбществоО том, как в политических целях алгоритмы разлучают людей, а корпорации лишают пользователей соцсетей всякой власти и что с этим делать, с учеными Лилией Земнуховой и Григорием Асмоловым поговорил Дмитрий Безуглов
3 ноября 20201467
Театр
Кино
ОбществоТомас Бьоркман, один из авторов книги «Скандинавский секрет», рассказывает, как Швеция пришла в ХХ веке к неожиданному успеху. В его основе была забытая идея народных университетов
2 ноября 20201588
Colta Specials
She is an expert