РазногласияГородки: Кизел, Чикаго, Великий Новгород, Москва
Глеб Напреенко и Александра Новоженова начинают новый номер «Разногласий» с приглашения к урбанистическому исследованию: от шахтерских протестов к делу 6 мая
31 октября 20164437
© Новая ОпераТа же команда, что год назад выпустила в «Новой опере» удачную «Саломею» Рихарда Штрауса, теперь сделала еще более удачного «Фауста» Гуно. Такого почти не бывает, но в данном случае спектакль хорош со всех сторон. Он красивый, умный, в нем отменные солисты, великолепные хор и оркестр.
Уже привычно радует главный дирижер театра Ян Латам-Кёниг, из-под рук которого выплескивается сочная и захватывающая музыка. Недаром ее так любил Булгаков, смотревший оперу много раз. Фаустианству писателя в новом спектакле, придуманном режиссером Екатериной Одеговой и драматургом Михаилом Мугинштейном, отвешен элегантный поклон. Прямых аналогий между Гретхен и Маргаритой, Фаустом и Мастером, Мефистофелем и Воландом искать не надо. Но перечитать Булгакова перед походом на оперу Гуно стоит.
В руках главной героини — желтые цветы, в руках повелителя тьмы — трость с черным набалдашником в виде головы пуделя, рядом суетится вертлявый бессловесный попутчик в тесном костюмчике. Не обходится без фокуса с отрезанной головой — привет Берлиозу, чьего альтернативного «Фауста» недавно поставили в Большом театре. Рыжеволосая соседка Маргариты Марта вдруг оказывается невозмутимой ведьмой Геллой со шрамом на шее, а в качестве кота Бегемота в свиту Мефистофеля добавляют мальчишку в черном бархатном костюмчике.
© Новая ОпераНо все это просто мило и весело. А самая смыслонесущая цитата из Булгакова — «платок Фриды», которым та задушила своего ребенка и который теперь в спектакле с бесконечной неизменностью несут и несут детоубийце Маргарите, сходящей с ума на своей кровати. Тут уже не до шуток.
Вообще это легкое переключение с игривого на серьезное — очень симпатичное умение молодой постановщицы, у которой есть еще два приятных качества: музыкальность и зрительная точность. В ее работе хорошо слышно музыку, она дает музыке досказать все, что той надо, не перебивает ее. А Маргарита, например, в это время просто неподвижно сидит, по-черняковски уставившись в одну точку.
© Новая ОпераСценография спектакля, автор которой — еще одна молодая дама Этель Иошпа, — его отдельная ценность. При открытии занавеса после первого антракта зал, как в старые добрые времена, даже встречает картинку аплодисментами. На сцене — сад у дома Маргариты, гнутые мостики через ручей, замок вдалеке. При этом вся эта красота не настаивает ни на своей иллюзорной всамделишности, как в прежнем театре, ни на продвинутой технологичности, как в нынешнем. Напротив — подчеркивается ее рукотворность, самодельность. Деревья будто вырезаны ножницами из бумаги, яркие бравые солдатики, с которыми неосмотрительно уходит на войну брат Маргариты, будто вынуты из коробки с детскими эко-игрушками (тут потрудилась и художница по костюмам Светлана Грищенкова); крутящиеся карусели, прялки, колеса винтажного кинопроектора и велосипеда (дополнительная сквозная визуальная тема спектакля) — этакий hand-made с воскресного рынка в саду «Эрмитаж», окружающем «Новую оперу»; шикарные черные крылья, поднимающиеся за спиной Мефистофеля на веревочках в момент соблазнения Фаустом Маргариты, хочется погладить, как пузо кота.
© Новая ОпераНа «Вальпургиеву ночь» безбалетный театр не стал замахиваться, эта сцена попала в список сокращений. Зато наградил слушателей сильным набором певцов. Даже небольшая партия неудачливого Маргаритиного воздыхателя Зибеля, написанная для женского меццо, в исполнении Анны Синицыной звучит так, что заслушаешься. Маргариту хорошо поет и играет Елизавета Соина. Впору завидовать театру, у которого есть такой голосистый тенор для партии Фауста, как Хачатур Бадалян, если бы его не затмевал бас Евгений Ставинский в качестве неотразимого Мефистофеля-Воланда. Он вышел и голосом, и повадкой. Финал спектакля он царственно наблюдает с бокового балкона над сценой, и, судя по его победному виду, прощения и вознесения Маргариты не предполагается, хотя удаляющийся в темноту хор и поет: «Спасена!» Но тут уж окончательного ответа про «часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо», занимавшую умы Гете, Берлиоза, Гуно, Булгакова и много еще кого, вряд ли стоит ждать.
Поцелуй Санта-Клауса
Запрещенный рождественский хит и другие праздничные песни в специальном тесте и плейлисте COLTA.RU
11 марта 2022
14:52COLTA.RU заблокирована в России
3 марта 2022
14:53Из фонда V-A-C уходит художественный директор Франческо Манакорда
12:33Уволился замдиректора Пушкинского музея
11:29Принято решение о ликвидации «Эха Москвы»
2 марта 2022
18:26«Фабрика» предоставит площадку оставшимся без работы художникам и кураторам
Все новости
РазногласияГлеб Напреенко и Александра Новоженова начинают новый номер «Разногласий» с приглашения к урбанистическому исследованию: от шахтерских протестов к делу 6 мая
31 октября 20164437
ОбществоВ этой главе Бешлей сталкивается с семьей одного священника, узнает его тайну и понимает, что у настоящего милосердия нет границ
31 октября 20162106
Современная музыкаМузыка для Хэллоуина: дьявол, лешаки, богиня секса и черная магия в диких хитах русского тяжелого рока
31 октября 20161867
РазногласияГангстеры-активисты, городские парки, сегрегация и комьюнити-арт глазами доктора искусствоведения из Чикаго
28 октября 20163126
Театр
Медиа
РазногласияСоветское наследие смягчает постсоветскую сегрегацию или заложило ее основы? Где острее стоит проблема? Кто что может сейчас исправить? Мнения исследователей
28 октября 20168193
РазногласияВ поисках альтернатив российскому урбанизму 2010-х историк архитектуры Дарья Бочарникова обращается к одному советскому проекту времен оттепели
27 октября 20164667
Современная музыкаДуэт книжного «репа» о политике в клубе, траншее между музыкантами и зрителем, русском рэпе, вегетарианстве и боксе
27 октября 20166946
Искусство
Академическая музыка