Сопротивляйтесь!

Медиагуру Клэй Ширки запретил своим студентам пользоваться цифровыми устройствами в аудитории. Это решение он объяснил в очень любопытной статье, которую опубликовала в своем блоге The Washington Post.

Клэй Ширки преподает новые медиа в Университете Нью-Йорка с 1998 года. Все эти годы он разрешал студентам приносить и использовать девайсы. Во-первых, как-то нехорошо запрещать то, что изучаешь, во-вторых, ему было неловко выигрывать конкуренцию за внимание студентов запретом. Уж если ты профессор, так умей своей лекцией отвлечь юношу или девушку от девайса. Кроме того, он исповедовал laissez-faire attitude, то есть считал, что невидимая рука рационального выбора сама настроит разумный баланс внимания в аудитории. И вот после 16 лет борьбы и страданий он волевым решением ввел на этом «диком рынке» «государственное регулирование».

Дело в том, что, по мнению Ширки, с каждым годом обстановка в аудитории становилась все хуже. Он пытался анализировать: профессор вроде тот же, материал тот же (от себя добавлю, что материал даже обогащался — за эти годы Ширки издал две поворотные для отрасли книги и стал светилом мирового уровня). Изменились студенты? Клэй Ширки пришел к выводу, что проблема вызвана развитием самих девайсов и экосистемы интернета в целом.

Погонщик знает цель, но слон сильнее. Иногда они действуют слаженно, но если возникает конфликт, то побеждает обычно слон.

Девайсы стали удобными и всепроникающими. Как соперничать, если профессор предлагает тему «Влияние Крымской войны на распространение телеграфа», а Фейсбук предлагает сообщение «Твой бывший отметил тебя на фотографии»? Почувствуйте разницу, говорит Ширки. Мало того что контент неудержимо привлекателен сам по себе, так он еще вибрирует и пиликает. То есть просто физиологически невозможно не отреагировать и не взглянуть, что же там за фото. И все, студент потерян.

В конце концов Ширки осознал, что это изначально неравное состязание. Против него одного работает армия хорошо экипированных и высокооплачиваемых инженеров и дизайнеров, постоянно улучшающих привлекательные, то есть отвлекающие, характеристики Facebook, Wechat, Twitter, Instagram, Weibo, Snapchat, Tumblr, Pinterest, Mac, iOS, Windows, Android… Профессор признался сам себе наконец, что «невидимая рука» рационального выбора против этой армады не выстоит, надо проявить авторитаризм.

Ширки и раньше иногда ограничивал для студентов пользование гаджетами по особым случаям и замечал, что в аудитории как будто добавлялось свежего воздуха. Дискуссия становилась острее, и, что парадоксально, сами студенты испытывали облегчение. Думаю, многие замечали этот эффект: если вдруг выпадает внешний, насильственный повод на время лишиться доступа, люди склонны отмечать это свое состояние как особенное, достойное упоминания. Часто в позитивном свете — люди радуются отключению. Но ненадолго — ровно настолько, чтобы почувствовать разницу. Потом их тянет обратно — в тюрьму интересного.

Анализируя собственную рефлексию по поводу столь трудного решения, Клэй Ширки вспоминает метафору о слоне (эмоции) и погонщике (разум). Погонщик знает цель, но слон сильнее. Иногда они действуют слаженно, но если возникает конфликт, то побеждает обычно слон. Эта метафора помогла Ширки перестать думать о студентах как о людях, делающих осознанный выбор между соблазном эмоционального отвлечения и усилием интеллектуальной концентрации. Чем моложе человек, тем сильнее в нем слон, тогда как погонщик — совсем еще новичок. И наоборот: чем опытнее погонщик (рацио), тем послушнее слон (эмоции).

Многие из нас физически ощущают, что если в аудитории или группе собеседников кто-то вышел в сеть, то словно размыкается контур общего пространства.

Все эти инженеры и дизайнеры интернета только и заняты тем, чтобы заманить нашего слона, чтобы он разорвал поводья и сбросил погонщика. Причем они, в отличие от профессора, не требуют от студента никаких встречных обязательств. Они просто берут то, что удается отнять, — время.

Больше того, размышляет профессор Ширки, включение кем-нибудь девайса в классе вызывает эффект пассивного курения. Другие тоже отвлекаются на светящийся у кого-то монитор. В классе возникает ощущение, что, будучи на лекции, можно не быть на ней. Это действительно так — многие из нас физически ощущают, что если в аудитории или группе собеседников кто-то вышел в сеть, то словно размыкается контур общего пространства. Где-то рядом появляется дупло выветривания смысла в виртуальную бездну. Это дупло не дает смыслам накапливаться — ни в голове, ни в коллективе. А там, куда они выветриваются, они просто тают никчемной дымкой, там слишком разреженно.

Магнаты цифрового мира будут и дальше соблазнять и откармливать наших слонов. Ширки отмечает, что зреет и обратная тенденция — появляются приложения, обслуживающие движение сопротивления: ограничители уведомлений, глушилки видео и прочее. От себя добавлю, что эту тенденцию сопротивления демонстрирует и сам Ширки. Вослед Стиву Джобсу, который запрещал своим детям пользоваться айфоном. Вослед Мадонне, которая запрещала своим детям смотреть телевизор. Уж они-то знают, с чем имеют дело. Цифровой неолуддизм уже обсуждается специалистами медиа. Опрощение и толстовство найдут приют в заповедниках цифровой аскезы.

Еще несколько заметок на полях статьи Ширки.

1) Медиаграмотность — это тайм-менеджмент. В среде, где время — валюта, медиаграмотность станет главным физиологическим навыком.

2) Удобства порабощают. Хорошо налаженное удобство стремится занять все время, которое человек физически способен на него потратить. Поэтому дизайнеры экосистем нацелены не на качество передачи контента (на чем горят многие СМИ) и даже не на захват внимания. Они нацелены на наше удобство. Удобство — лучший капкан для времени, высвобожденного из реальной жизни.

3) Сопротивляйтесь. Результата особого не будет, но — сопротивляйтесь. Будущее неизбежно, настоящее обречено, но смиренное сопротивление добавляет хотя бы немного достоинства в суету темпоральной акселерации.

Понравился материал? Помоги сайту!