American Arthouse Film Festival

Сегодня, 13 декабря, в Москве начинается фестиваль американского артхаусного кино; показы пройдут в «Гараже» и ЦДК. Программа фестиваля столь же неоднородна, как и ландшафт американского инди. Примерно половина ее — крепкие «зрительские» фильмы, старательно выдержанные в сандэнсовском каноне: нервная, тревожная гей-драма «Пляжные крысы» (лето, наркотики, неон, вейп, безденежье, шумные друзья-дебилы и стыдливые поиски собственной сексуальности), стариковская медитативная элегия «Счастливчик», последняя роль Гарри Дина Стэнтона (Джармуш встречает Дэвида Линча — причем последний буквально заявляется в кадр, чтобы сообщить нам о бегстве своей черепахи), или черно-белый мамблкор «Вечные дети» (серия не слишком связанных друг с другом циничных скетчей, оставляющая в финале некоторое ощущение неловкости — как всякий затянутый анекдот). Но четыре фильма тут просто обязательны к просмотру.

«Золотые выходы» («Golden Exits»)

Режиссер Алекс Росс Перри

Новый фильм Алекса Росса Перри — в общем-то главный пункт программы фестиваля. Еще в прошлом своем фильме («Королева Земли») преодолевший мелкотемье мамблкора, Перри сейчас уже совсем превратился в маленького Бергмана. Впрочем, это слово — «маленький» — по-прежнему остается ключевым эпитетом для описания кино Перри. Маленькие коллизии сменились маленькими трагедиями, молодые когда-то герои уже пересекли рубеж сорокалетия — но так и остались мальчиками и девочками, пусть уже и седенькими. Именно в этот (маленький, расположенный на территории всего одного квартала) замкнутый мир стареющих хипстеров, согбенных усталым союзом с сильными женщинами, вторгается настоящая молодость — свободная от обязательств и отношений юная практикантка из Австралии (Эмили Браунинг), приехавшая помочь архивариусу-фрилансеру (Эд-Рок) с разбором документов его покойного тестя. Долгие дни наедине в тесной каморке без окон предсказуемо приводят сотрудников к неловкой пьяной сцене (стоит ли говорить, что вся сюжетная схема с чужаком, основательно встряхивающим, но не разрушающим сонный быт еле теплого брака героев, — это золотой канон мамблкора). Но ничего, кроме выразительной, тщательно прописанной неловкости, тут и не происходит: Перри видит глубочайшую трагедию своего социального класса не в потрясении основ нуклеарной семьи, но в самих ее живучести и непотопляемости.

«Колумбус» («Columbus»)

Режиссер Когонада

Неоднозначный, но любопытный дебют знаменитого мастера монтажных видеоэссе (сейчас Когонада — постоянный автор трейлеров новых релизов Criterion), деконструирующих фильмы великих в поисках скрытых рефренов, рифм и устойчивых визуальных структур. Киноманский бэкграунд и хорошая память на красивые кадры редко когда не вредят начинающему режиссеру — и Когонада не стал исключением. Снятый в американском Колумбусе, штат Индиана, — небольшом городе, полном памятников архитектуры модернизма, — «Колумбус» и сам больше похож на лаконичную инженерную конструкцию: бесчисленные арочки нарратива опираются на старательные упражнения в линейной перспективе, герои выполняют функцию населения, обитающего в богато декорированном формалистском пространстве. Фильм составлен из чередования кадров с глубинной мизансценой и лаконичных фронтальных композиций-tableauх, cюжет и диалоги несут функцию, скорее, вспомогательную, декоративную. Сам режиссер называет все это попыткой применить поэтику Одзу (предмет его давнего академического интереса) к современным обстоятельствам. Результат, скорее, огорошивает, но, как бы то ни было, «Колумбус» стал одним из главных событий прошедшего «Сандэнса».

«Непокой» («Unrest»)

Режиссер Дженнифер Бреа

Довольно душераздирающая история американской интеллектуалки, спортсменки и красавицы Дженнифер Бреа, заболевшей синдромом хронической усталости (это когда не можешь годами встать с постели, а свет и малейшие звуки причиняют тебе боль). Заболевание это, оказывается, имеет до сих пор не выясненную природу: упадок сил сопровождается состоянием иммунодефицита, более того — митохондрии всех клеток упорно отказываются синтезировать АТФ, оставляя тем самым организм без топлива. Но что именно запускает этот процесс — инфекция или стресс, до сих пор неизвестно. Расследуя самостоятельно свой случай, Бреа, естественно, тут же сталкивается с системой здравоохранения, не только американской — среди героинь фильма (а СХУ болеют преимущественно женщины) есть и англичанка, и датчанка. Так помимо естественнонаучной интриги и док-хоррора (почти весь фильм Бреа ползет по лестнице, лежит в полуобморочном состоянии прямо на улице или бьется в истерике) в фильме появляется тихая критика медицинских институций, по-прежнему выполняющих всюду не столько лечебные, сколько карательные или нормализационные функции (тут следует история датской пациентки, под полицейским конвоем увезенной из дома в психиатрическую клинику — без посещения терапевта и без права контактов с родителями, которые дерзнули слишком слабо, по мнению чиновников, освещать ее спальню).

«Экслибрис. Нью-Йоркская публичная библиотека» («Ex Libris: The New York Public Library»)

Режиссер Фредерик Уайзман

Трехчасовой колосс, выполненный в обычной для Уайзмана манере подробнейшей документации всех аспектов деятельности институции — то есть бесчисленных заседаний, мастер-классов, паблик-токов, ридинг-групп, перемежающихся уличными сценками, снятыми у стен библиотеки. Неочевидной интригой фильма можно считать вызов, брошенный цифровым веком устаревшему печатному медиа. Что же — библиотека с энтузиазмом принимает его, планируя оцифровку безмерного архива, усовершенствование допотопной системы навигации по фондам и открывая двери для великих лекторов — инфотейнмент, который не устареет никогда.

Понравился материал? Помоги сайту!