Сорок минут из жизни небольшого дома в горах, кажется, Грузии. Там в окружении фауны (корова, кошка, собака и проч.) живут Муса, его молодая жена Арина Андреевна (так зовет ее муж) и ее дочь. Муса — почти карикатурный горец с седой бородой и огромными руками — по утрам доит корову, ворчит на жену из-за того, что та куда-то подевала сумку, сюсюкает с собакой, а иногда просто дурачится в компании падчерицы, а то и вовсе один. Арина Андреевна — девушка явно городская — варит кофе (который Муса тут же выливает на землю), стирает белье и гуляет с ребенком. Ребенок гоняет прутиком гусей. Собака лает, кошка клянчит еду. В общем, ничего экстраординарного.
Режиссер намеренно умалчивает о бэкграунде своих героев: как Арина, например, в этот дом попала (где-то в финале будет вскользь упомянуто, что первое время она пыталась отсюда сбежать), где отец ее дочери и куда Муса увозит по утрам две банки свежего молока? Внешнего мира тут словно бы нет вообще, а на всей планете есть только этот дом и бесконечные горы вокруг. На место действия смутно намекают условно кавказский акцент Мусы и горы, а на время — редкие атрибуты современного мира вроде планшета или старенького «Мерседеса». Даже времена года здесь меняются в каком-то хаотичном порядке — то ли в силу специфического климата, то ли по воле автора.
Герои живут жизнью, в которой нет места ничему, кроме бытовых забот, мелких ссор по пустякам и праздных разговоров на веранде — например, о том, что пришел теплый циклон и неплохо бы при случае спуститься к морю. Оттого, пожалуй, кино это и смотрится на одном дыхании и вызывает какую-то идиотическую радость, хотя ничего особенного в нем не происходит, — потому что показывает оно жизнь, почти невозможную в современном информационном обществе, такую, о которой модно мечтать, но на которую никто никогда не решается — возможно, потому, что довольно скоро от такой идиллии захочется сбежать обратно в грохот города.
