Женщина ставит оперу в поле

Ася Чащинская, Капа Цветкова-Плотникова, Евгения Беркович и Екатерина Василева — о своих проектах на «Архстоянии»

 
Detailed_picture© Архстояние

26—28 июля в арт-парке Никола-Ленивец Калужской области развернется очередное «Архстояние» — фестиваль ландшафтных объектов. В этом году его особый акцент — взаимодействие природы с новейшим оперным театром. Лаборатория «коOPERAция», возглавляемая режиссером Екатериной Василевой, подготовила пять постановок, в которых встретятся друг с другом работы современных композиторов и драматургов, танец, перформанс, 3D-проекция, арт-объекты и ландшафты Николы-Ленивца. COLTA.RU попросила женскую часть постановочной команды рассказать о травах, звездах и косогорах.

Ася Чащинская, режиссер
(опера «feux follets | блуждающие огни»)

Традиция для женщин уезжать в деревню, чтобы ставить оперу в поле, зародилась в России еще в XIX веке.

Жил-был композитор и музыкальный критик Александр Серов: не тот, который поет про «я тебя тоже лЮблю», а тот, который заставил всех отечественных музыковедов страдать от слова «симфонизм». Был у него сын — известный живописец Валентин Серов: тот, у которого девочки с персиками и женщины с быками. Так вот. В этой схеме есть еще один элемент — жена и мать.

Валентина Серова (которая, видимо, не особо задумывалась, придумывая имя сыну) была музыкальным журналистом, пианисткой и композитором. Так вот, получается, Валентина Семеновна была не только первой в России известной женщиной-композитором, но и женщиной-режиссером. В 1896 году Валентина Серова уехала в село Рождествено, где собрала местные силы и поставила оперу мужа «Вражья сила». Спектакль шел на поляне, огороженной тканями. Так что, видимо, эта женщина еще и стала первопроходцем в жанре site-specific. Точнее — countryside-specific.

Не прошло и полутора веков, как эстафету по постановке оперы in the middle of nowhere снова перенимают женщины. Екатерина Василева создает масштабный оперный опенэйр-фестиваль в районе деревни Никола-Ленивец. Там будут впервые исполнены пять современных опер. Знаете, недавно известный нейробиолог Татьяна Черниговская сказала: «Вся история открытий говорит о том, что они всегда делаются на чужих полях, иногда — на полях в буквальном смысле». Вот-вот, и мы тоже отправляемся в поля, чтобы что-нибудь открыть про оперу или про самих себя.

Мой спектакль будет в районе «Маяка». Опера «Блуждающие огни» Адриана Мокану, либретто Даны Жанэ. Герои оперы — Муж и Жена — потерялись на зачарованных берегах, так что «Маяк» подходит для такого спектакля как нельзя лучше. «Блуждающие огни» — это история о взаимоотношениях мужчины и женщины, а также о восприятии. Поэтому частью визуального повествования станет игра с расстоянием: между первым планом и дальним — сорок метров. Тогда можно будет говорить о том, что Муж и Жена действительно отдалились друг от друга.

Атмосферная музыка Адриана Мокану, мистический реализм от либреттистки Даны Жанэ, потрясающие артисты из театра голоса «Ла Гол», перформеры RadiSveta, художник Мария Чернышева, ГАМ-ансамбль и многие другие — над спектаклем трудится более полусотни человек. Ставить современную оперу на открытой местности с такими расстояниями — это технически крайне непростая задача. Но все усилия того стоят: ведь опыт, который может дать это пространство, нельзя получить где-либо еще. Вокруг будут все стихии: река и легенды о духах воды, трава и земля, фонари и огни, ветер и опера. Музыка и ночь.

Зрителя мы помещаем в особую точку — на косогор. С этого места все прекрасно просматривается. Перед глазами зрителей — река, лес, поле и деревянный «Маяк»; за спиной — настоящие храм и кладбище; звездное небо над головой и нравственный закон внутри нас.

«Блуждающие огни» будут показаны только 27 июля после заката.

Капа Цветкова-Плотникова, режиссер
(опера «WWW — World Wooden Web»)

Наш проект — буквально, я бы даже сказала, опера поля.

Для меня предложение лаборатории «коOPERAция» было вызовом пересмотреть жанр: немного препарировать, немного расчленить и собрать в другом порядке. Как призма для этого и параллельная отдельная тема возникла идея дать голос растениям.

Следуя канонам, правилам, стереотипам оперного массива, мы говорим о любви и смерти.

Только совсем о другой любви и другой смерти.

Опера — это особый жанр междисциплинарного искусства, который сильно сосредоточен на мире человеческих эмоций, страстей, стереотипов, политики, традиций. Это сформировавшийся плотный жанр — апогей искусственности, квинтэссенция человеческих качеств. Это совершенная общая форма искусства, которая существует в четырехмерном пространстве, включает в себя все чувства и поднимает временнЫе вопросы. Мы рассматриваем это сквозь мир природы, существующий совсем в других временных категориях, где одно слово произнесено в день, смерти нет, а любовь бесконечна. Меня также интересует феномен «трудностей перевода» и присвоения понятий. Когда мы вступаем в контакт с природой, мы ожидаем этого сходства моделей и последовательности вещей через нашу логику, навязываем истории, которые на самом деле являются противоположностью реальности.

Мы используем пять типов сенсоров и сигналы, полученные с них, переводим в текст, звуки и визуальный ряд.

Конечно же, это напрямую вопрос перевода: мы получаем реальные данные и их интерпретируем, но наша интерпретация все же человеческая и имеет долю наслоения, которое может кардинально смещать смысл и посыл. Например, мы «вкладываем слова в их уста», «кормим» определенный текст, который уже импульс с растения формирует и «выбирает». Звуковая материя более близка к реальности, так как мы используем усиленный электросигнал, дающий нам белый шум, с которым мы работаем.

Это очень объемный информационно проект, так как мы создали все элементы — от персональной материнской платы до каждого слова — и есть масса технических вещей, которые мне кажутся очень интересными (например, все растения звуково объединены и влияют друг на друга, и их бас и основная гармония диктуются главным центральным деревом), но невозможно все коротко объяснить...

Евгения Беркович, режиссер
(опера «TEO/Teo/THEO»)

Опера «ТЕО» — это история про трех человек, которые «решили обрести Бога в айфоне». В новом, недалеком от нас, времени существует новое приложение для смартфонов — «ТЕО», способное симулировать виртуального собеседника. Это может быть возлюбленный или возлюбленная, может быть виртуальный священник, который научит вас молиться и отпустит грехи, или искусственный чиновник, который выслушает и поддержит доносы на соседей, а также подскажет, как их лучше прищучить.

Сюжет не нов: человек и искусственный разум. Но нам важно рассказать не историю страшного будущего, где человек будет общаться только с роботами и изменится сама его, человека, природа. Мы не очень верим в такое будущее. Человек всегда, на протяжении всей истории, искал кого-то Высшего, Большого Брата или Отца, кто бы принял его со всеми его слабостью и одиночеством, отпустил грехи и взял ответственность за его жизнь. И в этой попытке переложить себя на Высшего человек всегда расчеловечивался, всегда находил утешение, но терял душу. В этом смысле человек крестовых походов, сталинских доносов, мобильных приложений и Инстаграма — это одно и то же. Нас убивают не роботы и не технологии: нас убивают собственные нежелание и невозможность самим отвечать за себя. Но человек слаб и, даже понимая это, все равно будет искать и находить Большого Брата.

Опера ставится вокруг архитектурного объекта «Арка Бернаскони». Вокруг — это со всех сторон: снаружи, внутри, на крыше. Зритель постепенно поднимается от подножия арки на крышу, следуя за героями оперы. Это движение вверх, к небу, которое остается безмолвным, оставляя каждого наедине с собой и не давая ответов на главные вопросы, и есть главное движение драматургии — как музыкальной, так и литературной. Нам важно провести зрителя по всему пути и оставить его, не читая финальной морали.

Екатерина Василева, режиссер, руководитель проекта

После первого года работы лаборатории встал вопрос о том, в каком ключе я бы хотела сделать новый набор. Повторяться не хотелось, и делать год из года по шаблону тоже не было смысла, так как изначально этот проект задумывался как поле для экспериментов. В первую очередь, я прислушалась к себе, чтобы понять, какой опыт хотелось бы приобрести мне из того, что невозможно (или крайне сложно) получить в реалиях репертуарного театра. Я поняла, что меня очень интересуют взаимодействие артистов, музыкантов и зрителей в рамках нестандартного пространства, создание и поиск новых форм оптимального существования оперного сочинения для театра сегодня. Так родилась идея сотрудничества с арт-парком Никола-Ленивец в постановках новых опер в природном контексте, в локациях архитектурных объектов парка. С самого начала я ставила задачу поиска нового языка и выхода за пределы привычных взаимоотношений со зрителем. Это вызов не только для композиторов и либреттистов, но и для режиссеров. Именно поэтому мы проводили образовательный период лаборатории в рамках фестиваля «Архстояние» предыдущего года, чтобы у участников была возможность оттолкнуться в своих размышлениях от конкретных пространственных решений, вдохновиться локациями арт-парка. Мне кажется, очень важно с самого начала создания нового произведения понимать те пространство и контекст, в которых ты будешь работать, чтобы процесс интеграции спектакля в природную или другую нестандартную среду происходил максимально естественно: ведь, когда мы делаем спектакль для театрального пространства, мы очень хорошо понимаем реалии заранее. Пространство ландшафтного парка в Николе-Ленивце открывает для композиторов безграничные акустические возможности и поле для эксперимента со звуком, а для многих молодых режиссеров это также уникальный опыт — поучаствовать в живом процессе создания произведения здесь и сейчас и вообще погрузиться в контекст новой академической музыки.

Один из важнейших принципов проекта — это неприверженность участников одному течению и существование бок о бок друг с другом, даже если взгляды на современный музыкальный театр у команд диаметрально противоположные. Мне кажется, это более полноценно погружает ребят в естественный процесс и дает возможность обмена мнениями и выработки своего ощущения, в каком направлении идти.

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ COLTA.RU В ЯНДЕКС.ДЗЕН, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

Сегодня на сайте
«Когда жертву назначают — это фальшивый нарратив. И неважно, что он создан ради высшей цели. Если ты хочешь определить, кто здесь жертва, посмотри на мир!»Общество
«Когда жертву назначают — это фальшивый нарратив. И неважно, что он создан ради высшей цели. Если ты хочешь определить, кто здесь жертва, посмотри на мир!» 

Катерина Белоглазова узнала у Изабеллы Эклёф, автора неуютного фильма «Отпуск», зачем ей нужно было так беспокоить зрителя

12 декабря 20192225
Виржиль Вернье: «Я испытываю страх перед неолиберальным миром. В кино я хочу вернуть себе силу, показать, что мы не боимся»Общество
Виржиль Вернье: «Я испытываю страх перед неолиберальным миром. В кино я хочу вернуть себе силу, показать, что мы не боимся» 

Алексей Артамонов поговорил с автором революционного фильма «София Антиполис» — полифонической метафоры сегодняшнего мира в огне

12 декабря 20191527
«Чак сказал: “Она — секс-робот. Как мы можем сделать понятным для зрителя, что я с ней не сплю? Мы ведь только что познакомились”»Общество
«Чак сказал: “Она — секс-робот. Как мы можем сделать понятным для зрителя, что я с ней не сплю? Мы ведь только что познакомились”» 

Поразительный фильм Изы Виллингер «Здравствуй, робот» — об андроидах, которые уже живут с человеком и вступают с ним в сложные отношения. И нет, это не мокьюментари, а строгий док

10 декабря 20192995