21 июля 2015Кино
10066

Бабушка и габбер

Немое кино под авангардную музыку: второй сезон «Киноозвучки» в «Музеоне»

текст: Евгений Галочкин, Максим Семенов
2 из 5
закрыть
  • Bigmat_detailed_picture
    «Новый Вавилон» Режиссеры Григорий Козинцев, Леонид Трауберг, 1929 г. (29 июля, 22:00)

    Война! Смерть пруссакам! В воздухе реют французские флаги, а парижские буржуа радостно провожают солдат на фронт. В театре дают патриотическую оперетту, но скоро канкан смешается с галопом прусской кавалерии, а власть в Париже захватят коммунары. На этом фоне разворачивается история о неслучившейся любви между Луизой, продавщицей магазина «Новый Вавилон», и солдатом Жаном, бывшим крестьянином.

    После выхода «Октября» Эйзенштейна Козинцев и Трауберг перемонтировали почти готовый «Новый Вавилон», превратив вполне традиционный по форме исторический фильм в грандиозную эпопею, эпизоды из истории Франко-прусской войны и Парижской коммуны.

    Получившаяся картина вызвала недовольство зрителей и горячие споры в прессе. «Новый Вавилон» обвиняли в бессюжетности, писали о трудности восприятия фильма и перегруженности ленты всякими «режиссерскими фокусами». Годы и фильмографии спустя эти обвинения выглядят как минимум курьезно.

    Да, идеи интеллектуального монтажа оказали сильнейшее влияние на язык «Нового Вавилона», но, в отличие от Эйзенштейна, ФЭКСы попытались объединить «большую историю» с историей вполне определенных людей, придать историческим событиям человеческое измерение. В «Новом Вавилоне» нет ни одного узнаваемого исторического персонажа, а герои картины — не прозревающая масса, а конкретные люди с их конкретными мечтами и надеждами. Эти люди вписаны в эпоху, мастерски воссозданную художником Енеем и оператором Москвиным. В кадре чувствуется влияние импрессионистов, но речь идет не о копировании, а о переосмыслении, иногда — очень ироничном. Чего стоят только расположившиеся на траве буржуа, издали наблюдающие за разгромом коммуны.

    Озвучка: Love Cult

    Музыка петрозаводского дуэта Love Cult — словно блуждание по тем закоулкам, где реальность кажется немного надуманной, потому что слышишь ты ее издалека, она не здесь. Ты, слушатель, словно и не присутствуешь при исполнении композиции — источник звука где-то там, в далеком поле, в темных карельских топях. Вместе с этим их совершенно конкретное эмбиент-техно очень функционально и киногенично (если так можно сказать о звуке) — замысловатые сюжеты понятны, текучий шаманский бэкграунд в духе ранних Seefeel пульсирует и живет своей жизнью, время от времени словно подмерзая в воздухе. А вообще один из участников дуэта, Иван Афанасьев, считает, что вся современная музыка — это даб. Нельзя не согласиться!


    Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
Родина как утратаОбщество
Родина как утрата 

Глеб Напреенко о том, на какой внутренней территории он может обнаружить себя в эти дни — по отношению к чувству Родины

1 марта 202240087
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах»Общество
Виктор Вахштайн: «Кто не хотел быть клоуном у урбанистов, становился урбанистом при клоунах» 

Разговор Дениса Куренова о новой книге «Воображая город», о блеске и нищете урбанистики, о том, что смогла (или не смогла) изменить в идеях о городе пандемия, — и о том, почему Юго-Запад Москвы выигрывает по очкам у Юго-Востока

22 февраля 202235680