Ненормальные

Юноша небесной красоты почти что на лету снимает презерватив и выпрыгивает в окно, прихватив свою одежду. К его партнеру на ночь внезапно пришел партнер на всю жизнь, пришлось бежать. Юношу зовут Улисс (Эван Джогиа), и так, с голой задницей, он начинает свое путешествие по ночному Лос-Анджелесу. Улисс успеет все, о чем мечтает сегодня каждый юноша, — сняться в сериале, найти работу и любовь, испытать опыт расставания и почти что раскрыть глобальную тайну опасности, грозящей человечеству. Улисса преследуют кошмарные видения сексуального вторжения на Землю из космоса (парень все время курит траву).

Улисс не разлей вода с Карли, миловидной блондинкой, которая всегда модно одета. Карли, как и все в Лос-Анджелесе, тоже мечтает стать актрисой. А пока подрабатывает как camwhore (и эта работа ей в удовольствие). Со своим парнем Джетро она пробует разные виды ролевого BDSM, в котором доминирует. Тут все по классике: то нарядится в учительницу с линейкой, то в медсестру, то просто опробует секс с удушением. А он (Десмонд Чиам) все терпит — по природе Джетро немного туповат. Джетро уже стал актером: играет труп в полицейском сериале.

У Улисса есть не только закадычная подружка, но и ближайший друг, с которым он втайне хотел бы переспать: сценарист Форд (Бо Мирчофф), трогательный атлет, который настолько гетеросексуален, что отказывается попробовать со своей горячей подружкой Северин (Роксана Мескида) секс втроем (МЖМ). Пишет он какую-то чушь, но продюсеры готовы взять его в оборот для неких тайных целей.

Если вы еще не поняли по описанию, «А теперь — апокалипсис» — сериал слегка странный. Он напичкан сценами секса — но сняты они очень целомудренно. При этом засматриваются им не те, кто недавно узнал себя в героях «Эйфории» и «Нормальных людей» и разделяет вместе с их создателями и актерами идеалы бережности, стерильности и бесконтактности на съемках, а те, кто вырос в опасные и жесткие 90-е. Немолодые иксеры, поклонники «Оголенного провода», «Поколения Doom», возможно, даже «Хохотушки». В середине 2010-х их автор снял одну маленькую короткометражку «Здесь и сейчас» и полностью ушел на телевидение, где снимал эпизоды «Американского преступления», «Ривердейла», «13 причин почему» и др.

«Апокалипсис» озвучен ностальгически-романтическим саундтреком. Фоном во всех десяти эпизодах звучит типичный плей-лист читателя «Птюча» и «ОМ'а» — от The Jesus and Mary Chain до Burial. При этом его герои — типичные миллениалы, и вся фактура в этом шоу ультрасовременная. Пронзительный брюнет Эван Джогиа — это совсем недавняя звезда детского канала Nickelodeon, где он в нулевых играл томного юношу-подростка (сериал «Виктория-победительница»). Сейчас Эван стал совершеннолетним и уже может играть однополую любовь, не вынимая изо рта вейпа и не слезая с велосипеда. Но иконой он должен стать для зрителей обоего пола, и Араки специально включает в «Апокалипсис» эпизод с сексом между Улиссом и девушкой.

Имя Карли также отсылает к популярному шоу на Nickelodeon («Я — Карли»), в котором девочка-подросток вела собственный развлекательный YouTube-канал. Забавно, что у Араки героиня с таким именем также трудится перед веб-камерой; играющая ее Келли Берглунд — бывшая звезда канала Disney Channel. Роксану Мескида Араки уже снимал в фильме «Ба-бах»; вообще же эта актриса обычно играет у Катрин Брейя или Филиппа Гранрийе.

При этом все это издевательство над бывшими кумирами школьников и ностальгическими воспоминаниями их старших братьев и сестер — еще и sci-fi. В первом сезоне постепенно возникает тема пришельцев-рептилоидов, которые под покровом ночи в грязных подворотнях насилуют бездомных (одного такого играет Джеймс Дювал).

Судя по той небрежности, с которой сценаристка сериала Карли Шортино (ведет секс-колонку в Vogue) прописала все похождения героев, кроме сексуальных (все события 10 серий легко можно было умять в пять), именно конспирологическая линия с озабоченными рептилоидами — оказывается, ими были все мировые лидеры, включая, конечно, Гитлера, — должна была создать прочный сценарный задел на второй сезон. Увы, его не будет.

«Апокалипсис» — продукт полностью авторский: Араки в нем является и сопродюсером, и режиссером, и соавтором сценария. Также Араки задействовал в шоу своих любимых оператора (Сандра Вальде-Хансен) и дизайнера (Тодд Филстед). Поэтому режиссерский почерк сохранен нетронутым — не зря вся англоязычная пресса сравнивает сериал с фильмом Араки «Нигде» (там, кстати, тоже была линия с инопланетянами).

Кроме того, «А теперь — апокалипсис» — пародия на американское телевидение (об этом уже можно было догадаться по кастингу), которая не вписывается в череду политкорректных шоу наподобие «Нормальных людей» или «Бетти». Никто в этом сериале не задумывается о новой (или старой) этике, его расхлябанных героев совсем не волнует правильность или неправильность их собственных поступков. Кажется, в этом сериале нет никакой морали (в одном из эпизодов две героини радостно проваливают знаменитый феминистский «тест Бехдель»), а все, что происходит, совершается максимально just for fun. Жизнь Улисса (и других героев) похожа на бесконечное порно, о чем он сам открыто и говорит. Остановить этот праздник плоти на планете зумеров способна только угроза извне — из далеких галактик.

Оригинальное название сериала («Now Apocalypse») очевидным образом намекает на известный фильм Копполы, но никакого смысла в этой игре слов, кажется, нет. Названия серий также что-то цитируют: «Более странно, чем в раю» (Джармуш), «Правила секса» (Брет Истон Эллис), из остальных можно составить чуть ли не половину репертуара Joy Division. Режиссер-бумер словно спорит с амнезией молодых поборников всего самого современного, намекая на то, что все-все-все — полиамория, феминизм и прочее — уже было на этой старой планете. А сейчас — апокалипсис.

Понравился материал? Помоги сайту!