7 сентября 2018Кино
197

Генерал карьера

«Курьер» в Чертанове

текст: Владимир Лященко, Айрат Багаутдинов
Detailed_picture© «Мосфильм»

Новый кинопоказ и экскурсия программы «Кино глазами инженера» пройдут 8 сентября в знаменитом бруталистском микрорайоне Северное Чертаново. Среди последних советских многоэтажек покажут один из лучших перестроечных фильмов — «Курьера» Карена Шахназарова. С пленки! Начало экскурсии по району — в 18:00.

«Курьер» (1986)

Режиссер Карен Шахназаров

Родители Ивана развелись, дата крещения Руси в его голове не держится, зато в карьере где-то на окраине Москвы (хотелось бы думать, что в небесном Чертанове, но на самом деле в Люберцах) видятся ему чернокожие воины с копьями, будто бороздящие пески Африки (именно туда уехал отец-строитель, который пишет сыну регулярные отчеты об экзотическом крае). Герой «Курьера» в 1986 году не горит желанием учиться, подумывает устроиться в овощной (потому что близко к дому), но, выяснив, что это не так-то просто, соглашается на должность посыльного в издательство «Вопросы познания» — вроде непыльно, а работать он тоже не рвется. Он вообще не рвется. Ни учиться, ни жениться. И оживает, только когда, как он сам говорит, его «несет».

В учебниках окончание брежневского застоя приходится на рубеж 1986 и 1987 годов. «Застой» — лучшее слово для описания состояния, в котором находятся герои «Курьера». Мир вокруг них словно остановился: преодолевать уже особо нечего, но и к чему стремиться, не придумывается. Родители раз за разом карикатурно вопрошают: по каким принципам живет молодежь, «в чьи руки будет передано воздвигнутое здание», о чем мечтает новое поколение? На формульные, бессмысленные вопросы ответы либо такие же формульные — «мечтаю о победе коммунизма во всем мире» (и повисает неловкая пауза), — либо условно честные: квартира в центре, машина, непыльная работа. Но в случае Ивана и это не всерьез.

Его нежелание (или неспособность) куда-то двигаться подчеркивается тем, как перемещения по городу оказываются заданы извне. Отвезти по поручению руководства рукопись живущему в центре профессору. Прокатиться на скейте (довольно лихо для 86-го) по Ленинским горам, согласившись (без особой, разумеется, борьбы) на предложение приятеля. Сводить профессорскую дочку Катю в кафе, где окраинная молодежь с выдающимися прическами рассказывает анекдоты. Или отправиться с той же профессорской дочкой на день рождения ее подруги, где золотая молодежь подражает каратистам (один из гостей пожил в Японии с родителями-дипломатами) и обсуждает наряды из журналов мод (одна из гостий бывала в Белграде). Единственный собственный порыв — куртуазно отвести Катю в тот сновидческий карьер, где якобы живет якобы сбежавший из шапито и убитый ягуар, — не находит понимания у новой знакомой.

А дома меж панелек, которые выросли, словно вчера, посреди пустоты, — пыльная футбольная коробка и диковинный брейк-данс. Панельки эти совсем не выглядят ретрофутуристической экзотикой с романтической аурой (как сейчас кажется некоторым колумнистам): просто призрачные жилища, коллективное хранилище людей, оказавшихся на пороге конца безвременья.

© «Мосфильм»
Северное Чертаново

В 1970-е годы наступает разочарование в хрущевках. Становится ясно, что людей не стандартизируешь, как железобетонные изделия. У людей разные запросы, вкусы, мечты, видение будущего. В середине 70-х Эльдар Рязанов сделал об этом чудесный фильм «Ирония судьбы», который начинается с анимационной сцены победного марша панелек по планете Земля.

Начинается очередная эпоха экспериментального жилищного проектирования. Появляются такие проекты, как Новый Арбат (он планировался как жилой и только в процессе проектирования сменил функцию на административную), Дом аспиранта и стажера МГУ (кстати, около него снята финальная сцена «Иронии судьбы»), дом «Лебедь» на Химкинском водохранилище.

Но самым мощным поисковым проектом эпохи стал опытно-перспективный жилой район Северное Чертаново. Он был спроектирован в начале 1970-х. Здесь были воплощены все актуальные тренды того времени. Район был поделен на функциональные зоны: жилую, общественную, рекреационную. К услугам жильцов была развитая инфраструктура: школа, детские сады, поликлиника, спорткомплекс с бассейном, универмаг с рестораном. Зеленые дворы были лишены машин — под каждым домом находился подземный паркинг с заездом с тыльной стороны дома. Дорога была пропущена сквозь комплекс в тоннеле.

Увы, строительство затянулось. Завершен опытно-перспективный район Северное Чертаново был только в 1983 году. А вскоре стало понятно, что перспектив не будет. Район остался грандиозным экспериментом, так и не запущенным в серийное производство.

Однако Северное Чертаново было и остается ярчайшим памятником своей эпохи. В архитектуре она получила название «брутализм». Не только потому, что здания были сделаны из грубого, фактурного железобетона. Но и потому, что архитектура эта стремилась быть честной. И проблемы людей ставила выше проблем красоты.


Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
Илья Будрайтскис: «Важным в опыте диссидентов было серьезное отношение к чужим идеям»Вокруг горизонтали
Илья Будрайтскис: «Важным в опыте диссидентов было серьезное отношение к чужим идеям» 

Разговор о полезных уроках советского диссидентства, о конфликте между этикой убеждения и этикой ответственности и о том, почему нельзя относиться к людям, поддерживающим СВО, как к роботам или зомби

14 декабря 202224404
Светлана Барсукова: «Глупость закона часто гасится мудростью практических действий»Вокруг горизонтали
Светлана Барсукова: «Глупость закона часто гасится мудростью практических действий» 

Известный социолог об огромном репертуаре неформальных практик в России (от системы взяток до соседской взаимопомощи), о коллективной реакции на кризисные времена и о том, почему даже в самых этически опасных зонах можно обнаружить здравый смысл и пользу

5 декабря 202222990
Григорий Юдин о прошлом и будущем протеста. Большой разговорВокруг горизонтали
Григорий Юдин о прошлом и будущем протеста. Большой разговор 

Что становится базой для массового протеста? В чем его стартовые условия? Какие предрассудки и ошибки ему угрожают? Нужна ли протесту децентрализация? И как оценивать его успешность?

1 декабря 202239376
Герт Ловинк: «Web 3 — действительно новый зверь»Вокруг горизонтали
Герт Ловинк: «Web 3 — действительно новый зверь» 

Сможет ли Web 3.0 справиться с освобождением мировой сети из-под власти больших платформ? Что при этом приобретается, что теряется и вообще — так ли уж революционна эта реформа? С известным теоретиком медиа поговорил Митя Лебедев

29 ноября 202223103
«Как сохранять сложность связей и поддерживать друг друга, когда вы не можете друг друга обнять?»Вокруг горизонтали
«Как сохранять сложность связей и поддерживать друг друга, когда вы не можете друг друга обнять?» 

Горизонтальные сообщества в военное время — между разрывами, изоляцией, потерей почвы и обретением почвы. Разговор двух представительниц культурных инициатив — покинувшей Россию Елены Ищенко и оставшейся в России активистки, которая говорит на условиях анонимности

4 ноября 202232862