Город-предписание

Новый киносеанс программы «Кино глазами инженера» пройдет 4 августа (начало в 20:00) в кинотеатре «Родина», образце сталинского модерна. Покажут другой типичный продукт сталинской эстетики — «Подкидыша» с Раневской и Пляттом. О фильме Татьяны Лукашевич рассказывает Всеволод Коршунов, а о здании «Родины» — Александра Селиванова.

«Подкидыш» (1939)

Режиссер Татьяна Лукашевич

Пятилетняя девочка (Вероника Лебедева) выскальзывает из дома и оказывается на улицах большого города. Первый раз в жизни одна. Она не знает ни своей фамилии, ни адреса, и она заблудилась. Классическая завязка сказочно-приключенческой истории, всё по Проппу: отлучка кого-то из взрослых, запрет, нарушение запрета. Однако дальше Пропп отменяется: ведь девочка оказывается не в иномире, не в тридевятом царстве, не в сказочном лесу, а в сталинской Москве.

Это залитый солнцем, летний, почти курортный город — скверы, бульвары, пруды, детские площадки, просторные проспекты и шумные улицы. Героиня — и зритель вместе с ней — совершает экскурсию по новой Москве, преобразившейся во второй половине 1930-х: попадает на Манежную площадь и улицу Горького после реконструкции 1938 года, видит недавно открытые станции метро и только что построенные Библиотеку имени Ленина и Дом полярников на Никитском бульваре. Другие персонажи в поисках девочки заезжают на Всесоюзную сельскохозяйственную выставку, будущую ВДНХ. Перед нами утопический футурополис, идеальный город-сад, город-предписание — такими в скором будущем должны стать все советские города.

Разумеется, в этом пространстве утопии девочке не грозит опасность: она, по точному замечанию Виктора Шкловского, воспринимается всеми персонажами исключительно как драгоценность, которую нужно подобрать и с которой нужно хорошо обращаться. Зубной врач (Татьяна Барышева), геолог (Ростислав Плятт), домохозяйка Ляля (Фаина Раневская) и ее муж Муля, ставший фольклорным персонажем (Петр Репнин), затевают по этому поводу своеобразное соревнование — кто из них лучше сможет позаботиться о ребенке. Все конфликты связаны со второстепенными, боковыми сюжетами, главная героиня и ее линия освобождены от острых коллизий. В этом фильме уже вызревает на практике будущая теория бесконфликтности, которая спустя десятилетие станет главным инструментом лакировки действительности.

Поэтому приключенческий сюжет остается лишь формальной рамкой, ни один из его механизмов не применен в полной мере: нет двоемирия и границы с иномиром, порога и его хранителя, нет дарителя и помощника, нет и антагониста как такового. Не открывается новый хронотоп, никто из героев не проникает в то, что формалисты называли авантюрным временем, которое течет иначе, чем обыденное: авантюрный хронотоп отменяет нормы нашего мира, обнуляет привычные навыки и требует, чтобы герой овладел новыми, стал другим.

В «Подкидыше» Татьяны Лукашевич острота приключенческого сюжета уступает место идеологическим постулатам, которые, хоть и не проговариваются в лоб, читаются между строк: ты — независимо от возраста — маленький, и ты под присмотром, с теми, кто ведет себя хорошо, ничего страшного не случится, они в безопасности. «Подкидыш» — не приключение и не сказка, а, скорее, фильм-колыбельная:

В нашем городе большом
Каждый ласков с малышом.
В нашем радостном краю
Любят девочку мою.

Убаюкивающая рефлексию колыбельная для инфантильной аудитории тоталитарного общества.

Кинотеатр «Родина»

Если в 1920-х роль универсального культурно-просветительского сооружения играл клуб, то к середине 1930-х архитектурными центрами кварталов в крупных городах и неотъемлемой частью главных площадей в провинции становятся кинотеатры.

Сложение образа советского кинотеатра шло постепенно; большое значение придавалось анализу зарубежного опыта. При этом подчеркивалась уникальная роль советского кинотеатра, который должен был выступать в роли общественного и культурного центра (отсюда — потребность в развитом, большом фойе для общения, в отличие от западных планировок).

Тем не менее в проектах 1930-х годов можно найти много общего с фасадами итальянских, французских, английских, американских кинотеатров стиля ар-деко. Их симметричная, стремящаяся к квадрату форма с непременной ступенчатой рамой-экраном (порталом) в центре, заполненной декоративными вставками либо превращенной в нишу, варьировалась многократно. Один из ярких примеров — двухзальный кинотеатр «Родина» на 1300 мест.

В основе своей он был спроектирован и построен известным советским архитектором Яковом Корнфельдом в 1934 году в формах, близких к конструктивизму, а затем, уже в 1938 году, оформлен основным проектировщиком советских кинотеатров — Виктором Калмыковым. В итоге брутальный, массивный объем здания с четырехугольной глубокой нишей в центре фасада был дополнен упрощенными и свободно трактованными пилястрами, карнизами, кронштейнами. «Родина» собрала все характерные элементы постконструктивизма: кубические формы, глубокий портал, ряды пилястр и колоннаду, круглые окна, «клетчатое» фактурное заполнение центральной ниши. А уникальной особенностью этого кинотеатра было устройство плоской эксплуатируемой кровли, которая в летний период использовалась как сад-фойе, танцевальная площадка и буфет. На ней-то и состоятся лекции и показ 4 августа.

Понравился материал? Помоги сайту!