Этическое обоснование проекта «Советский жест»
Танцы онлайн
Дух и плоть предательски ускользают
Танец после порнографии
Взволнованный куратор
Посттанцы наших дней
Все пахать, а мы руками махать
К середине 1990-х, прежде чем задумать «Последний спектакль», французский хореограф Жером Бель создал две знаковые работы: «Имя, данное автором» и «Жером Бель». Правда, ни в первой, ни во второй не было ни одного танцевального движения. Для мира европейского танца такой подход к хореографии был в новинку: все-таки в то время хореографы еще сочиняли танцы — повествовательные или абстрактные — и работали по большей части в логике театрального зрелища. Бель же со своими перформансами стал родоначальником направления «концептуальный танец», или «нетанец».
Хореографы этой волны взглянули на тело и танец критически. Они не создавали, а, скорее, деконструировали танцы, пытаясь показать их встроенность в социальные, политические, культурные, исторические, искусствоведческие контексты, политики репрезентации, отношения с институциями. Это, пожалуй, пик авторефлексивности танца и его разотождествления со своим главным медиумом — человеческим телом в движении. А еще — с характеристиками, которые приписывались танцу в модернистской парадигме: экспрессией, грацией, театральностью, виртуозностью.
Jérôme Bel — «The Last Performance» (1998)
Показательный пример — «Последний спектакль» Беля. В нем хореограф попытался создать полную противоположность модернистскому танцевальному представлению. В то время как от его коллег все еще ждали оригинального и аутентичного материала, Бель имел дело с копированием, цитированием, отказом от эстетики, с репродукцией и переработкой. Движения для своей работы он позаимствовал у Сюзанн Линке — звезды немецкого танцтеатра, которая наравне с Пиной Бауш продолжала в своем творчестве линию довоенного экспрессивного танца. Центральная часть работы Беля представляла собой четырехкратное повторение фрагмента из пронзительного соло Линке «Превращение» («Wandlung» (1978)): сначала его исполняла танцовщица Клер Энни, а за ней, облаченные в такие же белые сорочки, — сам Бель и еще двое танцовщиков-мужчин. В конце соло появлялось еще раз — только теперь за черной шторой, так что танец случался лишь в сознании зрителей. Так Бель размышлял о базовых для современного искусства и перформанса вопросах: о копии и оригинале, возможности воспроизводства перформанса, проблемах идентичности, агентности зрителя. С 2004 года Бель и вовсе заменил спектакль лекцией, в которой рассказывал о теоретических и концептуальных основаниях работы.
