7 июля 2016Искусство
7411

Гулять по воде, стоять на позвоночнике

Участница проекта Кристо о «Плавающих причалах»

текст: Татьяна Стадниченко

Мы на спине большого оранжевого кита. Он дышит, движется, меняет положение. Его позвоночник гибок и пружинит под ногами, его кожа переливается спектром оранжево-желто-золотых оттенков, сияет под солнцем и отражает закат вечером. Мимо нас каждый день проходят тысячи человек. Со спокойным, созерцательным видом идут в направлении невидимой и, возможно, несуществующей цели, их тела качаются в такт движениям этой большой рыбы, которая соединила берега противоположных островов. Это большой коллективный перформанс о созерцании и присутствии длиной в три недели.

С 18 июня по 3 июля на севере Италии, в 50 км от Бергамо, на горном озере Изео была установлена инсталляция Floating Piers («Плавающие причалы») по проекту Кристо и его покойной жены Жан-Клод.

Первые эскизы Floating Piers созданы около 20 лет назад. Инсталляция должна была соединять острова, расположенные недалеко от Рио-де-Жанейро, но так и не была реализована на тот момент из-за технических сложностей. Каждый проект художников требовал огромного количества времени только на согласование, этот же удалось согласовать на удивление быстро — за два года.

В 2014 году началась разработка: ткань была произведена на немецких фабриках, понтоны — на севере Италии, а с декабря 2015 года начался монтаж причалов. Это первый большой реализованный проект Кристо после смерти Жан-Клод в 2009-м.

Кристо о Floating Piers: «Самое прекрасное в этой идее — что вы начинаете прогулку по улице и неожиданно оказываетесь на воде. Это очень чувственный, очень сексуальный проект, в нем важна тактильность. Инсталляция — это больше чем просто ткань: она включает в себя воду, берег, небо, ветер и людей».

Факты:

  • длина всей инсталляции — 3 км водной и 2,5 км наземной части, ширина — 16 м;

  • 220 000 пластиковых кубов, составленных пазлами в 3 км, составляют структуру плавающих причалов;

  • 220 000 пластиковых болтов соединяют их вместе в одну конструкцию;

  • 200 якорей весом 5,5 т крепят пирсы ко дну озера на глубине 90 м;

  • 37 000 км веревки задействовано в креплении;

  • 100 000 м2 ткани покрывают 3 км водной части инсталляции и 2,5 км наземных путей;

  • примерная стоимость всего проекта — 17 млн евро, он профинансирован полностью с аукционных продаж работ Кристо.

Рассматривая яркие эскизы и четкую документацию прошлых проектов, представленных в музейной ретроэкспозиции в городе Брешиа, не сразу осознаешь, насколько огромен вклад людей, стоящих за всем этим. Только возможность быть частью процесса открывает невидимые стороны всех предыдущих инсталляций. Бэкстейдж Floating Piers насчитывает более 1000 человек, из которых около 500 приехало работать «мониторами» (смотрителями инсталляции).

© Татьяна Стадниченко
Как я попала в проект?

Этой весной я окончила магистратуру в Норвегии. После завершения долгой теоретической работы над диссертацией на тему телесности в цифровых медиа, трансформации памяти в современном скоростном обществе и практической части (кинетической видеоинсталляции) очень хотелось найти легкую работу на лето, где не требовалось бы активной мозговой деятельности. В январе один из моих друзей кинул ссылку на open call для проекта одного из моих любимых художников — Кристо. Не придавая этому особого значения, я заполнила форму и забыла об этом. В мае пришел ответ, что меня приняли в команду в составе 500 человек, из которых около 300 — итальянцы и 200 — граждане других стран.

Как оказалось, почти все отобранные участники так или иначе связаны с искусством (хотя мне удалось встретить одного специалиста по биомолекулярной инженерии и нескольких переводчиков). В основном это художники, кураторы, архитекторы, литераторы, критики, театральные деятели и как-то связанные с искусством люди. В свободное от смены время мы даже подумывали открыть выставку — параллельную программу экспозиции. Наша команда — это просто огромная энциклопедия насыщенных историями судеб. Например:

Софи: «Моя мама — американка, отец из Польши, я выросла в Нидерландах, сейчас оканчиваю докторантуру в Шотландии, а живу в Германии».

Джош: «Я родился в Штатах, моя семья несла через века славянскую кровь, я долгое время жил в Канаде, пока не встретился с прекрасной страной Чили, которая усыновила меня».

Какими были первые ощущения?

Изначально процесс напомнил мне ковчег Ноя, куда были отобраны представители от каждой страны с комплексом жизненных историй, а сам Кристо выступал в роли Моисея, открывшего путь для людей через озеро. В первые дни наша активность была похожа на ритуальный съезд тайных агентов, выполняющих секретную миссию. Нам раздают темно-синие комбинезоны, кормят, обучают технике безопасности и эвакуации в случае шторма, разделяют на четыре смены, так как инсталляция открыта 24 часа в сутки.

Первое время, до открытия, Кристо появлялся почти на каждой встрече, молча созерцая происходящее. Впоследствии каждый раз при встрече с ним любой участник проекта мог сфотографироваться и обнять художника, получив слова благодарности и автограф.

© christojeanneclaude.net
Как удалось организовать такое большое количество людей?

Самая опасная часть проекта — на озере, глубина которого достигала около 250 метров, что, конечно, представляло опасность для посетителей. Нас разделили на четыре смены (по шесть часов), каждая из которых имела свои особые характеристики. Утренние «мониторы» отличаются слегка невыспавшимся взглядом, дневные — подрумянившимися носом и плечами и глазами цвета воды в озере. Вечерние всегда несут с собой в рюкзаке дождевик (на озере Изео субтропический микроклимат, оно окружено высокими горами, и после семи вечера здесь часто бывает дождь). Ночные стражи спокойны, у них бледная, отражающая луну кожа. Дистанция между смотрителями на водной части проекта — 50 метров. Наша задача — держать посетителей на расстоянии трех метров от края. Мы разработали систему знаков, чтобы понимать друг друга.

В течение первых двух недель инсталляцию посетило около 600 тысяч человек, и с каждым следующим днем это количество все возрастало. Никогда север Италии не был так популярен. Поезда забиты, дороги перекрыты, но река желающих гулять по воде неистощима. Нескончаемый поток людей, тянущийся через пирсы, перетекающий с суши на воду. К концу дежурства он мне кажется неизменно движущейся закольцованной гидрой, которой не видно конца и края. Есть очень существенное отличие восприятия частей инсталляции посетителями: на водных пирсах укачивает, упругая поверхность создает ощущение магического молчаливого присутствия и созерцания. На суше же это похоже на большой фестиваль с дневными и ночными aperitivo, бегающими собаками и плачущими детьми.

Было приятно, что многие посетители делились своими впечатлениями: кто-то рассказывал об участии в берлинском проекте (в 1995 году художники на две недели обернули Рейхстаг тканью), кто-то сравнивал цвет ткани с проектом The Gates в Нью-Йорке, кто-то просто лежал и чувствовал движение понтонов под собой.

Как финансируются проекты такого масштаба?

В процессе подготовки и после того, как проект уже открылся, было много сплетен и недовольства со стороны местных жителей, подозревавших, что процесс организован на их налоговые выплаты. На самом деле все проекты Кристо финансируются из продаж его работ на аукционных торгах. Смотрителям платят семь евро в час.

Какое ощущение осталось от участия?

Для меня как художника опыт присутствия-перформанса на пирсах был, несомненно, важным, но думаю, что все-таки общение между людьми было самой интересной частью процесса. Всегда приятно оказаться в среде, где коллеги обсуждают Теодора Адорно и Герберта Маркузе в лодке, несущейся на вечернюю смену, другие во время дежурства отправляют текст с телефона на видеофестиваль в Польше, несколько участников берут отгул, чтобы съездить на лекцию режиссера Алехандро Ходоровски в Неаполе, архитектор из Рима учит уток интеллигентно брать хлеб из рук, а библиотекарь (по совместительству писатель) из Турина неустанно цитирует Чарльза Буковски. Весь этот проект кажется нереальным в реализации из-за его масштабов, но в силу единства команды и четкого распределения ролей тысячи людей могут гулять по воде. А мы как живая часть этого трехнедельного перформанса обмениваемся контактами и планируем развивать совместные проекты в будущем — продолжать наши прогулки.

Кристо: «Мы никогда не планируем невозможного. Кому-то это может показаться нереальным в реализации, но мы — реалисты».


Понравился материал? Помоги сайту!

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

Сегодня на сайте
Против «мы»Общество
Против «мы» 

От частных «мы» (про себя и ребенка, себя и партнера) до «мы» в публицистических колонках, отвечающих за целый класс. Что не так с этим местоимением? И куда и зачем в нем прячется «я»? Текст Анастасии Семенович

2 декабря 20213063
РесурсОбщество
Ресурс 

Психолог Елизавета Великодворская объясняет, какие опасности подстерегают человека за формулой «быть в ресурсе». Глава из книги под редакцией Полины Аронсон «Сложные чувства. Разговорник новой реальности: от абьюза до токсичности»

2 декабря 20213101