«Иранская конференция»© Ира ПолярнаяМосква
«Барокко», режиссер Кирилл Серебренников («Гоголь-центр»)
Красота музыки, красота стиля, красота мысли: избыточность как гарантия эстетического наслаждения, требование сложности, прихотливости, многосоставности и многокрасочности искусства в ответ на призыв его цензурировать и сокращать его территорию. Голос нового поколения, которое не хочет жить в мире, где все нельзя.
«Право на отдых», режиссеры Сергей Карабань, Игорь Титов («Мастерская Дмитрия Брусникина»)
Молодые артисты дают новый голос автору антикоммунистической фронды и большому поэту, заимствуя у него стратегию выживания. Слушая стенограмму позорного судилища, понимаешь, насколько аргументы против художника повторяются точь-в-точь сегодня, — а также и то, что имена иезуитских прокуроров из литературного мира безжалостно смыты историей.
«Московский хор», режиссер Никита Кобелев (Театр имени Моссовета)
Реконструкция выдающейся пьесы Людмилы Петрушевской привела к напоминанию о печальной истории Москвы: то, что сегодня нам кажется престижным, гламурным и светским, оказывается территорией травмы. Московский хор, сама Москва — это огромное кладбище людей и идей, памятник страданию целых поколений.
«Иранская конференция», режиссер Виктор Рыжаков (Театр наций)
Вырыпаев и Рыжаков возвращают российскому театру умение быть кафедрой, тяготение к правдолюбию, поиску истины, поиску смысла. Метод прямого высказывания использовался в российском театре в основном в социально-политическом или сатирическом ракурсе. Здесь есть попытка напрямую высказываться о более сложных вещах — о смысле и о том, как жадно российский человек сегодня ощущает смысловой голод.
Россия
Меня поразили два спектакля: «Я. Другой. Такой. Страны» по Дмитрию Пригову (режиссер Дмитрий Егоров, Красноярский театр драмы) и «Слава» Виктора Гусева (режиссер Константин Богомолов, БДТ имени Товстоногова): здесь ирония по поводу тоталитарных советских систем, доведенная до абсурда, до очистительной тошноты, вновь впадает в фазу мемориализации. То есть буквально: если долго и мучительно деконструировать пафос, сжигать его на медленном огне, из этой лавы вновь выковывается эпический образ, велеречивый сияющий миф. Героическое разоблачается, чтобы снова обрести бронзовую форму легенды. Наша память оказывается маньяком-террористом, мы не можем отвести глаза от того, что нас мучает.
Важным показался спектакль-выставка Андрея Могучего и Веры Мартынов в петербургском Манеже «Хранить вечно», где средствами нового театра поддерживалась идея о хранении ценностей как структурообразующей миссии интеллигенции.
Радуют успехи Яны Туминой в театре кукол («Деревня канатоходцев», «Комната Герды»): для нее эстетическое совершенство и поиск новой выразительности сочетаются с гражданской гуманитарной позицией художника, верящего в действенную силу театра. Челябинский режиссер Александр Борок выпустил два сильных спектакля: «Превращение» по Кафке в Пермском театре кукол и «Мой муж Даниил Хармс» в Челябинском театре кукол.
Важной вехой в российской горьковиане мне кажется спектакль Ильи Ротенберга «Васса» в Нижегородском ТЮЗе, где вновь — после иронии и сарказма по поводу социалистических идей — возвращается сила слов и убеждений Рашели. Расслоение общества и классовая борьба достигли сегодня небывалых размеров, что приводит к реконструкции горьковского пафоса, над которым в девяностые и нулевые было принято смеяться.
Тенденции
Негатив сезона был привычно связан с грубыми волюнтаристскими вмешательствами власти в жизнь театрального организма. Разгром мытищинского театра «ФЭСТ» показал незащищенность артиста. Грубые попытки вмешаться в организацию Ярославского театра драмы привели к обеднению провинциального театра — Евгений Марчелли, один из крупнейших режиссеров страны, ушел из стабильного, событийного, оснащенного театра. Закрытие актерских факультетов во многих вузах страны (а не попытка их реформировать, финансово поддержать их деятельность) приведет в ближайшее время к обеднению трупп удаленных от центров региональных театров. Нависла угроза бесконечных попыток объединять театры вместо того, чтобы их поддерживать, помогать им.
В молодой пьесе много позитивных изменений. В драматургию приходит следующее поколение, и к его текстам театры проявляют повышенное внимание. Из новейших драматургов выдвинулись Алексей Житковский и Светлана Петрийчук, а также укрепили свои позиции Юлия Поспелова и Андрей Иванов.
