Наша маленькая янукиана

«Украина остается нашим стратегическим партнером».

«Зная характер Владимира Владимировича Путина, я удивляюсь, почему он так сдержанно молчит. Это вопрос».

«Кто, так сказать, называется сейчас себя».

«То, что произошло дальше, трудно назвать какими-то эпитетами».

«Кто приходит к власти? Те имена, которые облетели весь мир: Ярош, Парубий, Тягнибок. Это люди, которые пропагандируют насилие. Их очень хорошо знают не только за пределами Украины, но во всем мире, а в Израиле они вызывают ужас».

«Машина, которая меня прикрывала, была фактически со всех сторон обстреляна».

«Мы действительно приехали поздно ночью, потому что вынуждены были это сделать».

«Здесь не страх. Страха не было никакого. Это были условия безопасности, которые нужно было предусматривать и нужно было сохранить».

«И летчики на вертолетах приняли решение — они законопослушные люди — приняли решение развернуть их и посадить их в Донецке».

«Я передвигался на автомобильных дорогах, и в итоге мы переехали в Крым».

«Намерения, которые у меня были, опять были разрушены угрозами. Я получил звонок и от моей семьи. О том, что даже младшего внука занесли в список людей, которых нужно люстрировать. Старший сын поехал в детский сад, забрал его и перезвонил: я в таких условиях не могу рисковать семьей».

«Я в Ростове нахожусь потому, что здесь недалеко, в Ростове, проживает мой старый друг. И я приехал к нему, чтобы найти у него хотя бы временное убежище».

«...под воздействием силовиков и боевиков майдана».

«Трудно сегодня подобрать слова, каким образом формируется сегодня власть».

«Я встречался с бойцами “Беркута”. И я перед ними извинился. Это действительно люди, которые стояли и выстояли безоружные. Безоружные. Их обливали коктейлями Молотова и жгли. В них стреляли из нарезного оружия и убивали. Я перед ними извинился. Я еще раз хочу извиниться перед этими мужественными людьми, которые стояли и невинно страдали».

«Я повторяю. Фактами повторяю. Что законами, которые были приняты насильственным путем в парламенте, я их не признал и никогда не признаю».

«Никакая власть не стоит капли пролитой крови, и все, что произошло, — на совести тех, кто это сделал».

«У меня не было встречи с президентом России Владимиром Владимировичем Путиным. Как только у меня состоится эта встреча, я пойму его отношение, и, наверное, у нас будет дискуссия. По поводу той ситуации, которая сложилась, и тогда будут ответы на эти вопросы».

«Россия не может быть безучастной, стоять в стороне к судьбе такого крупного партнера, как Украина. Соседа. И так далее».

«Я хочу еще раз сказать и добавить. Я категорически против за вторжение в Украину. За нарушение ее целостности. Суверенного государства».

«В то время, когда я был на Украине, спецназом российским пугали всех, в том числе и меня. Что сегодня что-то со мной тоже может произойти, условно говоря. У меня такой информации официальной и тогда не было, и сейчас нет. Это все было на уровне различных каких-то слухов, которые кто-то распускал, и сейчас у меня нет такой информации. И кто-то переодетый. Где-то...»

«Я продал все, что у меня было в наличии в то время, и заплатил три миллиона двести тысяч долларов за этот дом».

«Частично я арендовал часть помещений. Естественно, я не мог летать по воздуху. Я ездил по дорогам там этим. И эти помещения арендовал, чтобы выполнять функции главы государства».

«Это все — красивые картинки, вся эта иллюстрация, которая была сделана по моей дискредитации. Это такой, знаете, политический трюк».

«У меня никогда никакой собственности не было. Я ей не владел. У меня никогда не было никаких счетов за рубежом. Я публичный человек. У меня все, что было, было задекларировано».

«Я все, что смогу сделать, буду делать до конца своей жизни. Чтобы быть с народом Украины. Не с подонками этими, националистами и бандеровцами».

Понравился материал? Помоги сайту!