5 марта 2019Современная музыка

Сам Флинт

Кит Флинт (1969—2019) не был главным героем в The Prodigy, но без него не было бы ни этой группы, ни ее мировой популярности

Вопрос, который сейчас мучает не только поклонников The Prodigy, но и, вероятно, ее участников: продолжат ли после смерти Кита Флинта британские звезды стадионных рейвов выступать и записываться? Выпустив в конце прошлого года успешный альбом «No Tourists», The Prodigy собирались провести 2019-й в турах по США и Европе и появиться на крупнейших летних фестивалях (в том числе было заявлено выступление в Москве — 14 июля на Park Live). Скорее всего, ответа на этот вопрос пока не знает даже Лиам Хоулетт — лидер и музыкальный мозг группы.

Внезапный уход Кита Флинта, ставший шоком и потрясением, не делает The Prodigy недееспособными. Он был одним из основателей и лицом-символом группы, соавтором ее главных хитов «Firestarter» и «Breathe». Он был бешеным волчком и чертом из табакерки, превращавшим шоу группы в непрекращающийся шабаш на сцене и в партере. Он всегда был на первом плане, но не был главным героем в The Prodigy. На альбоме «No Tourists», ставшем для него последним, ерепенистый вокал Флинта прорезывается в трех песнях, а имя указано в соавторах всего одной.

Однако без Кита Флинта The Prodigy просто бы не было. История группы начинается с того, как в 1989 году, восхищенный диджейским мастерством Лиама Хоулетта, Флинт — молодой человек без образования и ясных перспектив на будущее — познакомился с ним на рейве и попросил сделать для него микстейп. Хоулетт записал на кассету первые собственные электронные опыты и подписал ее названием своего любимого синтезатора — Prodigy. Вместе с названием и первым поклонником появилась и группа — Флинт уговорил Хоулетта заняться музыкой всерьез и предложил свои услуги танцора.

Вскоре танцоров в The Prodigy стало трое: к Флинту добавились каланча Лирой Торнхилл и еще один Кит, но темнокожий, — Кит Палмер, взявший себе псевдоним Maxim Reality. В отличие от Maxim Reality, пробовавшего себя прежде как певец регги и дансхолла, Кит Флинт поначалу не претендовал на большее, чем скакать под взрывные биты Лиама Хоулетта. Но именно ему удалось раздуть пламя музыки The Prodigy в мировой пожар.

The Prodigy — «Firestarter»

Выходцы из британского электронного подполья катапультировались в международный мейнстрим, когда их рейверская музыка, впитав приемы тяжелого рока, панка и гранжа, пошла по траектории, пройденной рок-бунтарями прошлого. The Prodigy превратились в Sex Pistols для поколения X, а Кит Флинт, самостоятельно придумавший свой образ, в середине 90-х пугавший благополучных граждан — множественный пирсинг, густые черные тени вокруг глаз, дьявольский двойной ирокез, — стал для них Джонни Роттеном. Первый сингл The Prodigy, на котором Флинт появляется в образе панк-чуда-юда и хрипит на разрыв аорты придуманную им строчку «I'm a firestarter, twisted firestarter», дошел в хит-параде Британии до первого места. Альбом «The Fat of the Land», который он предварял, стал в 1997-м бестселлером во многих странах мира — в том числе и в России, которую The Prodigy вскоре посетили и дали эпического размаха концерт на Манежной площади, вошедший в легенды и предания.

The Prodigy на Манежной площади (1997)

В своей личной группе Flint, собранной в 2003-м, Кит Флинт еще дальше пошел по линии панк-рока и имперсонации Джонни Роттена, но проекту не удалось встать на ноги — дав несколько концертов, группа записала, но не выпустила дебютный альбом. В музыкальной истории от нее осталась одна песня, которая была выпущена под брендом The Prodigy, — «Baby's Got a Temper», сочиненная Китом Флинтом ода рогипнолу — снотворному, пользовавшемуся в Великобритании популярностью как date rape drug (наркотик, использующийся при изнасилованиях. — Ред.). Ей суждено было стать самым скандальным синглом и запрещенным к показу клипом группы, не чуравшейся провокаций.

The Prodigy — «Baby's Got a Temper»

Став панком от рейва по стечению обстоятельств, Кит Флинт ушел из жизни как обреченная рок-звезда. Непроясненные обстоятельства его похожей на самоубийство смерти, которыми сейчас интересуются таблоиды всего мира, заставляют провести параллель с хромыми судьбами Скотта Вейланда из Stone Temple Pilots, Криса Корнелла из Soundgarden и Честера Беннингтона из Linkin Park — оборвавших свои песни, потому что у них закончились душевные силы их исполнять. Что произошло с гиперактивным фронтменом The Prodigy, у которого, как казалось, никогда не сядет внутренняя батарейка? Это еще один вопрос, мучающий не только поклонников The Prodigy, но и ее участников. Ответа на него, скорее всего, мы не получим никогда.

The Prodigy — «We Live Forever»