© Татьяна Еловикова, Юлия Аксенова, Дарьяна Осоткина— Если бы у человечества осталась возможность услышать только одно музыкальное произведение, что бы вы выбрали?
— Мессу «Prolationum» Йоханнеса Окегема.
— Святослав Рихтер в своих дневниках описывал образы, которые возникают у него при исполнении произведения. Что вы видите перед собой, когда исполняете музыку?
— Когда я играю по памяти, то перед собой я вижу партитуру. А когда импровизирую, то в моей голове возникают абстрактные картины, которые связаны с типом звука.
— Что вы будете делать на сцене, если забудете текст произведения?
— Я буду импровизировать. Преимущество игры на волнах Мартено заключается в том, что почти никто не знает репертуара для этого инструмента (смеется). Можно сыграть весь концерт, импровизируя. Я бы могла так сделать, но я честна по отношению к публике, композитору и партитуре.
— С каких произведений лучше начинать знакомить детей с классической музыкой?
— Я назову двух композиторов: Баха и Бартока. Барток — для того, чтобы ребенок овладевал ритмом и артикуляцией, а Бах — для понимания мелодики.
— Что вы слушаете, когда остаетесь в одиночестве?
— Это зависит от моего настроения: могу слушать и поп, и музыку Средневековья, и какую-нибудь симфонию.
— Для чего нужна музыкальная критика?
— Хорошая критика служит для объяснения слушателю музыки.
— Что бы вы сказали Дягилеву, если бы встретились с ним?
— Я бы предложила ему сделать вместе музыкальный спектакль. Ну так — скромно (смеется).
