«Зумирики» — слово из баскского языка, означающее остров посреди реки. Зумирики — личный символ детства для испанского режиссера Оскара Алегриа, крошечный кусочек суши, окруженный водами Арги, где когда-то давно он играл, будучи ребенком. А теперь, подобно воспоминаниям, это сокровенное место оказалось погружено под воду из-за возведенной неподалеку дамбы. Но, взявшись опровергнуть максиму Гераклита о том, что в одну реку нельзя войти дважды, Алегриа селится в хижине на безлюдном берегу и на протяжении четырех месяцев в полном одиночестве обращается к событиям и чувствам прошлого.
«Робинзон Крузо в стране воспоминаний» — наиболее точным и лаконичным определением наградил фильм бельгийский режиссер Эрик Пауэлс. С романом Даниэля Дефо «Зумирики» действительно роднит по меньшей мере нетипичное сочетание приключенческого пыла с ритмом медленного кино. Если продлить сравнение и припомнить, что помимо прочего «Робинзон» является классикой колониальной литературы, в «Зумирики» нетрудно разглядеть схожий завоевательный заряд — но только обращенный вспять. Вместо покорения природы Алегриа пытается показать окружающий мир глазами лесных животных, уравнять свой аскетичный быт с их привычками. Вместо предприимчивости и стремления к рациональным, комфортным условиям жизни — безделье и одно лишь слово nada на каждой странице дневника.
Так, раскручивая свою версию реверсивного колониализма, Алегриа доходит в обратном движении до того, что, отменив захватнические эффекты в настоящем, опрокидывает их в прошлое, представая перед нами конкистадором памяти и старого кинематографа. «Я хотел бы снимать как мой отец», — делится он заветным желанием в самом начале рассказа, параллельно перебирая любительские пленки из семейного архива, съемки в окрестностях той самой реки Арги. Впрочем, в попытках вернуть из прошлого полузабытые баскские слова, в попытках унаследовать взгляд 50-летней давности ему следует двигаться с гораздо большей предусмотрительностью, чтобы не повторить ошибку завоевателей Нового Света, некогда полагавших, будто встреченные аборигены обладают более примитивным, стихийным и чистым взглядом на мир.
