Не случайно я начинаю с документального фильма, впервые в истории Берлинского фестиваля получившего на нем главный приз. Невероятно красивая лента, полностью снятая одним человеком: Рози тут и режиссер, и оператор, и звукорежиссер. Фильм балансирует на грани документального и игрового, но постановочного в нем на порядок меньше, чем в фильмах итальянского неореализма, — это ближайшая аналогия, приходящая на ум при просмотре этого «кино факта». Когда я впервые услышал про «Море в огне», заявленная тема — беженцы, лагеря, смерть, столкновение старой Европы и нового, глобального, мира — насторожила меня своей злободневностью (а злободневность — всегда скользкий материал для кино). Однако Рози выбирает чрезвычайно точную авторскую оптику, которая переводит картину из разряда публицистики в категорию художественного высказывания. Ни в чем не эксплуатируя острую фактуру, не пытаясь кричать и агитировать, он тем не менее добивается сильного эмоционального эффекта, более глубокого и долгоиграющего, чем самый шокирующий репортаж. Вместе с жителями сонного уголка уютной Европы меня как зрителя будит и обжигает витальность выходцев с африканского континента, гибнущая от удушья и жажды в набитых под завязку лодках, на которых они пытаются добраться до лучшей жизни. Но вместо того, чтобы становиться фильмом «про них», «Море в огне» работает как фильм «про меня» — я осознаю, насколько в своей уютности я не готов, чтобы меня будила и обжигала иная, незнакомая, чужая энергия воли к жизни.
