Исключенные

«Исключенные. В момент опасности» — новая работа группы «Что делать», Школы вовлеченного искусства «и других товарищей», как сказано в начале этого фильма-перформанса. Сейчас он показывается на XXXI биеннале в Сан-Паулу.

Поскольку большинство исполнителей в фильме — учащиеся Школы вовлеченного искусства, созданной и возглавляемой участниками группы «Что делать», визуально «Исключенные» напоминают капустники, которые устраивают студенты театральных вузов. С учетом того, что художественная жизнь в РФ за последние лет шесть-семь стремительно движется в сторону упрощения (слово это используется здесь безоценочно) средств, а иногда и смыслов, выглядит все это вполне в духе общих настроений. Но при этом, понятное дело, не всем фильм придется по вкусу — сыграют роль скорее не эстетические, а, скажем так, идеологически-институциональные разногласия: «Манифесту» припомнят и то, что левые, что «забрали у всех остальных места в западных музеях и западные гранты» и т.д. и т.п., — все по кругу повторялось уже много раз.

В фильме «Что делать», а вместе с участниками группы и все те товарищи, которые помогали его делать, предстают скептиками. Характерно, что начинаются «Исключенные» с соцсетей, куда все мы погружены, где мы выражаем наш протест и узнаем то, что нигде больше не сообщат. Все начинается на Фейсбуке-Твиттере и там же и заканчивается. Уже давно активно выступают киберскептики вроде Евгения Морозова или Малкольма Гладуэлла, для кого интернет не является «решением всех проблем», решением, которого мы так долго ждали, — скорее это новые проблемы. Ну то есть никакого оптимизма и эйфории. Так же и у «Что делать» в фильме много скепсиса — по поводу как протеста, убеждения, искусства, так и общества.

Хотя нельзя сказать, чтобы эти скептики не пытались что-то сделать. Правда, всякая их попытка оказывается провалом или как минимум ничем. Местами то, что происходит на экране, напоминает корпоративные тренинги, когда с помощью психологических манипуляций работников «мотивируют» и заставляют воодушевляться, когда воодушевляться в общем-то незачем. Еще «исключенные» мычат, шмыгают, трясутся в конвульсиях; «чтобы быть услышанными», пытаются «перенастроить свой голос»; создают воображаемые памятники героям-неудачникам. Недаром же и художник, ставший главным нынешним ньюсмейкером от искусства, тоже говорит о бессилии, в котором рождаются лишь редкие всплески быстро подавляемых акций.

Понравился материал? Помоги сайту!