Офицеры культуры

Недавно в разделе «Искусство» сайта COLTA.RU была опубликована статья Натальи Серковой, в которой автор высказала мнение, что подчинение ГЦСИ РОСИЗО по решению министра культуры РФ и временное закрытие галереи «Электрозавод» — благо, так как способны вывести арт-среду из привычного уютного сна. Так Серкова высказалась поперек возмущения произошедшим, казавшегося естественным в тусовке современного искусства. И хотя сам я разделяю это возмущение, ее текст показался мне обаятельным как эксцентричная выходка против нормативного консенсуса. Поэтому, когда Сергей Гуськов предложил мне изложить какое-нибудь иное мнение о ситуации с ГЦСИ и «Электрозаводом» для раздела «Искусство», сперва я был в ступоре. Мне казалось, что я уже высказал свое личное возмущение поведением Михаила Миндлина и что в остальном мне остается только повторять, как, несмотря ни на что, были ценны подвергшиеся обструкции институции, — и я не мог понять, почему и с какой точки зрения мне могло бы захотеться написать о произошедшем.

Но день спустя я отправился в Санкт-Петербург, где на дне рождения моего друга в квартиру ворвались полицейские, которые, не представившись, стали требовать покинуть помещение — а в ответ на нашу попытку зафиксировать происходящее на видеокамеру разъярились и перешли к силовым мерам воздействия. В результате я с двумя друзьями (один из них — именинник) провел выходные в камерах предварительного заключения ОВД — по обвинению в неподчинении «законному требованию» сотрудника правопорядка. Оставшись в камере на несколько часов в одиночестве и без средств связи, я вспомнил о предложении Сергея Гуськова — и понял, что теперь мне есть откуда и почему на него ответить: я увидел рифму между судьбами ГЦСИ, «Электрозавода» и нашей праздничной вечеринки.

Война — дело доходное, но силовики умеют извлекать прибыль и в мирное время.

Все эти три истории — о вторжении внешней силы на территорию автономии, будь то автономия культуры и искусства или автономия частного пространства. Агентами этого травматического разрушения автономии, совершаемого насильно и снаружи, во всех трех историях были силовые акторы (если пользоваться грамшианской классификацией политических ресурсов на силовые, экономические и символические) — а именно полиция и военные. Напомню, что «Электрозавод» потерял свое прежнее помещение из-за вмешательства ЧОПов, с непривычки возмутившихся громким вернисажем и вызвавших полицию, а во главе РОСИЗО после поглощения ГЦСИ был поставлен выпускник Алма-Атинского высшего военного училища Сергей Перов. И недаром командир нынешней культурной политики — министр Владимир Мединский — по совместительству председатель Российского военно-исторического общества, которое предлагает видеть в выигранных Российской империей или Советским Союзом войнах главный объект всенародной гордости и ресурс идеологического сплочения государства.

И даже если говорить об альтернативных институциях и моделях художественной жизни, сейчас необходимо вглядеться во все более активного агента культурной политики — человека в форме: в погонах и с полицейским жетоном на груди или просто в строгом официальном костюме. Уже сейчас сотрудники ГЦСИ вынуждены отправлять таким людям — новому руководству РОСИЗО — планы выставок на согласование.

Однако повышение важности силового ресурса и прямого вмешательства государства в российской общественной жизни, подбивающее к разговорам о полицейском государстве и новом феодализме, не исключает вполне капиталистической логики коммерческой эффективности, руководящей действиями «людей в форме». Разгром нашего празднования дня рождения, как и крайне низкий процент признаваемых ошибочными действий сотрудников правопорядка вообще, порожден помимо круговой поруки и коррупции административно-экономическим фактором — тяготеющей над полицией отчетностью по успешной раскрываемости преступлений, гарантирующей работникам этой сферы получение желанных премий. А действия Владимира Мединского в целом соответствуют неолиберальной модели культуры — об этом можно прочесть подробно, например, в интервью с социологом Александром Бикбовым. И — маленькая, но характерная деталь — новое руководство РОСИЗО уже высказало пожелание, чтобы в книжном ларьке при ГЦСИ продавались теперь привлекательные сувениры. Война — дело доходное, но силовики умеют извлекать прибыль и в мирное время. Ну и, конечно, никогда не стоит забывать, кто стоит во главе современного российского государства — силовик, временно обеспечивший монструозную стабилизацию нового русского капитализма.

Понравился материал? Помоги сайту!