4 июля 1918 года, Большой театр, V Всероссийский съезд Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов. Большевики и левые эсеры еще вместе, но в рядах революционеров раскол. Эсеры требуют отмены позорного Брестского мира; лидер партии Мария Спиридонова (в исполнении Аллы Демидовой) обвиняет Ленина (Юрий Каюров) в предательстве революционных идеалов, соглашательстве, желании «и невинность соблюсти, и капитал приобрести». Но после взвешенной речи Владимира Ильича, на пальцах доказывающего невозможность ведения войны с Германией, съезд принимает резолюцию фракции большевиков. 6 июля с убийства германского посла Мирбаха начинается восстание социалистов-революционеров, которое будет подавлено. С этого момента в Советской России будет существовать однопартийная система.
«Шестое июля» Карасика, снятое по одноименной пьесе Шатрова, написанной в год освобождения Хрущева от должности Первого секретаря ЦК КПСС «по состоянию здоровья», вышло между 50-летним юбилеем революции и столетием со дня рождения ее вождя. Здесь мы видим невиданный прежде образ Ленина: революционер, облеченный властью и потому вынужденный иметь не только горячее сердце, но и холодную голову. Образ прагматика по необходимости, вынужденного лавировать, уставшего, с револьвером в ящике стола. Сухой политический триллер, стилизованный под документ, стал абсолютным зрительским хитом. И в то же время одной из вершин шестидесятнической идеализации революционного прошлого — и организаторы восстания, и те, кто вынужден арестовывать и наказывать своих недавних братьев по борьбе, показаны в высшей степени джентльменами, аристократами духа, верными идеалам (каждый — своим) и потому вынужденными идти на неизбежные жертвы. Так примерно и представляли себя советские интеллигенты 60-х.
Однако основной посыл и риторика — что фильма, что его протагониста — противоположны пламенной романтизации революции, их можно сформулировать коротко: не надо перегибов. «Шестое июля» — фильм изысканный, но строгий, шестидесятнический по форме, но застойный по содержанию — точно уловило смену политической повестки. В июле 1968 года его отправили в Чехословакию, на кинофестиваль в Карловы Вары. Брежнев, посмотрев картину перед отправлением, сказал: «Пусть посмотрят и поймут, что их ожидает».
