Дягилев-блиц

«Что вы поете, когда принимаете душ?» — и другие вопросы участникам фестиваля

2 из 8
закрыть
  • Bigmat_detailed_picture© Андрей Чунтомов
    Алексей Горибольпианист

    — Если бы у человечества осталась возможность услышать только одно музыкальное произведение, что бы вы выбрали? Почему?

    — Я не могу отвечать за все человечество. Но для себя оставил бы Сицилиану из Концерта для двух скрипок Баха.

    — Святослав Рихтер в своих дневниках описывал образы, которые возникают у него при исполнении произведения. Что вы видите перед собой, когда исполняете музыку?

    — Ничего. Никаких образов я не вижу.

    — Что вы будете делать на сцене, если забудете текст произведения?

    — Я играю в основном камерную, камерно-вокальную и современную музыку. Все это играется с нотами.

    — С каких произведений лучше всего начинать знакомить детей с классической музыкой?

    — С Моцарта и Шуберта. С пения в хоре.

    — Что вы напеваете, когда принимаете душ?

    — То, что сейчас в работе. Или репетируется, или вечером играется, или разучивается.

    — Для чего нужна музыкальная критика?

    — Для фиксации и осмысления музыкального процесса.

    — Что бы вы сказали Дягилеву, если бы встретились с ним?

    — Я бы спросил, знает ли он о судьбе своей коллекции, в частности, одиннадцати писем Пушкина. Задайте последний вопрос еще раз.

    — Задаю.

    — Кого вы любили больше — Вацу, Леню или Сережу?


    Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
«Психиатрические миры открывают двери к чему-то очень подлинному в коллективном мышлении»Общество
«Психиатрические миры открывают двери к чему-то очень подлинному в коллективном мышлении» 

Лечебный педагог Алексей Мелия написал книгу о том, как наши обычные паттерны воспроизводят образы душевнобольных людей и почему за ними стоят «супергерои», среди которых каждый может найти себя

20 декабря 2019980
Ева Ковач: «Наказание за геноцид остается по-прежнему трудной задачей»Мосты
Ева Ковач: «Наказание за геноцид остается по-прежнему трудной задачей» 

Почему европейские правительства как можно реже старались использовать понятие «геноцид»? И как реальные трагедии второй половины ХХ века приносились в жертву интересам «реальной политики»?

19 декабря 2019875