21 декабря 2021Молодая Россия
5434

Волок

«Мужики работали на волоке — перетаскивали машины с одной трассы на другую». Рассказ Максима Калинникова

текст: Максим Калинников
Detailed_picture© Colta.ru

Рассказ Максима Калинникова получил вторую премию в текстовой номинации на конкурсе «27 сентября 2050 года».

Раздел Кольты «Молодая Россия» продолжает публиковать работы победителей и участников конкурса.

Конкурс был проведен к выходу книги «Россия-2050. Утопии и прогнозы», выпущенной в «Новом издательстве» при поддержке Фонда имени Фридриха Эберта.



В обычный жаркий для этого времени года день около дороги стояла раздетая по пояс дюжина мужиков. На их ногах были штаны из плотной материи, которая давно приобрела оттенок лежащей по обочинам пыли, а на их голые ступни были надеты изношенные в хлам кроссовки. Над горизонтом виднелась и привлекала всеобщее внимание тонкая серая полоска — что-то, чего в обычный день здесь не увидишь.

— Макарыч говорил, что сегодня дождь.
— Когда?
— Утром, у колодца.
— В прогнозе дождя нет.
— В прогнозе я знаю, что нет.

Дождь волновал мужиков, так как от него зависел сегодняшний — и не только сегодняшний — заработок. Мужики работали на волоке — перетаскивали машины с одной трассы на другую.

— Да не будет сегодня дождя. В этом месяце уже был, осень еще нескоро… Откуда?
— Говорили, что постепенно начнут возвращаться.
— Ты больше слушай, они 10 лет говорят.
— Это не те говорили, а другие. Этих я не слушаю.
— А что, другие, думаешь, не врут?
— Врут не врут, а про дожди они только сейчас заговорили.

Разговор прервал один из мужиков — единственный из всех одетый в рубашку.

— Так, начинаем готовиться, едет по предоплате. Корзины где?

Мужики засуетились и вышли на центр пустой дороги. Один из них достал из высоких зарослей борщевика на обочине несколько плетеных из прутьев корзин, набитых бутылками с домашним самогоном.

— Если дожди вернутся, может, в сельхоз надо заходить, а, мужики?
— Да ну, я бы не брал, дохлые бумаги.
— Ты, Роман Сергеич, экономически мыслить не умеешь. В сельхоз надо заходить, если на носу кризис — засуха, ураганы... Личные хозяйства положит в первую очередь. А глобалисты диверсифицированы, у них теплицы.
— Все ты знаешь, Геныч, а сам в минусе второй месяц.
— Господа бурлаки, повторяю, готовимся, — снова прервал беседу главный в рубашке.

Вдалеке из-за поворота показался бесшумный водородный электрокар. Мужики достали из мешка канаты и приготовили крепеж. Когда машина приблизилась, главный в рубашке вышел вперед и широко заулыбался.

— Корзины, корзины не забываем, — процедил сквозь улыбку он остальным. Мужики взяли корзины и презентабельно расставили возле себя. Машина остановилась, и мужик в рубашке подошел к окну.
— Приветствую, Тихон Олегович!
— Здарова!
— Ваш маршрут по стандартному до Рижского шоссе, 116-й километр. Будет два часа примерно.
— Ага.
— Не желаете в дорожку домашнего? — мужик поднял одну из корзин — Есть чистый, на яблоках, грушах, сливах. Есть наш фирменный — на грибочках в меду.
— На грибочках? Тех самых?
— Ну а то! Это уже не в дорожку, само собой. Хотя кому как.
— Хаджи, самогон на грибах — не хочешь гостинец увезти?
— Почем?
— На грибочках три с половиной пол-литра у нас, — ответил мужик в рубашке.
— Дороговато будет... За три может? — Хаджи, несмотря на нерусское имя, явно хорошо знал особенности местного ценообразования.

Мужик в рубашке на пару секунд замялся и растерянно залепетал:

— Ну как три... Это же фирменный напиток, грибочки прошлогодние, в пасечном меду консервированные... Такой больше не найдете, у остальных ведь все на порошках...
— А, ну ладно, давай. Возьмем бутылочку.
— Ну вот, другое дело! А я вам в корзиночке отдам — сами плетем, ручная работа. Самогоночку выпьете, а корзиночка останется.

Пока шла торговля, остальные мужики давно закончили крепить канаты и приготовились тащить. Мужик в рубашке нагнулся к Тихону и негромко обратился:

— Тихон Олегович, если вдруг что, наберите меня. Если есть возможность, в поддержку не надо — отзвонитесь, все решим. А то они нас там, в этом СберВолоке, ну, не любят...
— Не вопрос!
— За старшего остается Федор Геннадьевич, если что — вот он, самый опытный.

Машину взялась тащить ровно половина из дюжины мужиков — по трое на один канат. Остальная половина, как и мужик в рубашке, осталась стоять на обочине в ожидании других клиентов. За день одна артель могла обслужить по три-четыре машины, но таких удачных дней почти не случалось — две ходки уже считались удачей.

Мужики стянули машину с трассы на проселочную дорогу и, упираясь рваными кроссовками в грунт, принялись тянуть. Тихон и Хаджи сидели в салоне и смотрели что-то на лобовом экране. Для Хаджи путешествие через волок все еще было в диковинку — в Западной Европе, где он жил, таких услуг просто не существовало. Попасть с одной трассы на другую можно было только по легальным дорогам, и ехать, как в России, по 100 км и больше до ближайшего переезда не приходилось. О том, чтобы проехать нелегально самоходом, не шло и речи — это было строго запрещено правительством еще до начала большого топливного кризиса.

— Хаджи, а что, у вас там в Европе, говорят, с дорогами стало не очень? Зарядиться негде, автопилот перестает ловить? — спросил Тихон, прочитав мысли попутчика.
— Да, устаревают. Но дорог у нас больше, все равно ездить проще.
— Ну, у нас такие расстояния...
— Тихон, а эти люди, — Хаджи указал на тянущих машину мужиков, — они только этим зарабатывают? Неужели хватает на жизнь?
— Они здесь селятся по краям дорог. Это для них как подработка скорее, чтобы деньги были. А так живут они натуральным хозяйством — сады, грядки. Раньше был скот. Потом, когда запретили, перешли на охоту.
— Охоту?
— Да, дичи сейчас много. Говорят, даже с избытком.
— Они живут в коммуне?
— Семьями, скорее, деревнями. Хотя, по-разному бывает, кто-то и из города перебирается.
— Зачем?
— Ну как зачем... Москва не Берлин, здесь бывает нелегко, — ответил Тихон и сделал погромче видео на экране.

Мужики, продолжавшие тащить электрокар, большую часть пути шли молча и смотрели в землю. Только шедший первым в левом ряду Геныч время от времени поглядывал в сторону горизонта. Серая полоска, видневшаяся на западе, никуда не делась.

— А что, Макарыч правда дождь предсказал? — спросил Геныч.
— Да кто его знает. Надо было у Вани спросить, что он ему именно сказал. Макарыч такое иногда скажет...
— Я утром у колодца был и Макарыча там видел. Но мне про дождь он ничего не говорил.
— То, что Макарыч утром у колодца отходит от вчерашнего, — это понятно. Его уже, видать, и грибная не берет.
— А он грибную и не пьет, он ими давно уже обычную закусывает. Говорит, спирт все там в грибах убивает, если настаивать.
— Так что, Макарычу не верить, значит?
— Да почему не верить... Макарыч правда погоду чувствует. Нос у него чуткий. Малейшие колебания влажности улавливает. Говорит, слизистая чувствительная, особенно летом, когда сухо.
— Зимой-то, пока дожди льют, он и не выходит, по три месяца сидит в конуре.
— Можете что угодно про Макарыча говорить — пьет, то да се, — но он голова. Я с ним в город ходил. Он там со всеми разговаривает как на одном языке.
— До очередной депортации, — ухмыльнулся Роман Сергеич.

Пока мужики разговаривали про Макарыча, Геныч продолжал всматриваться в горизонт. Зрение Геныча уже давно подводило, но он тем не менее был уверен, что серая полоска медленно увеличивается в размерах.

— Давайте-ка поднажмем. Не нравится мне это...

Мужики чуть ускорились — пассажиры это заметили и начали подозрительно смотреть сквозь лобовой экран.

— Они теперь спешат? — спросил Хаджи.
— Может, от графика отстают. Хотя по карте мы почти половину проехали, а еще даже час не прошел… Странно.

Мужики тащили изо всех сил. Геныч перестал поглядывать на горизонт — было уже очевидно, что серая полоска приближается, причем с каждой минутой все быстрее и быстрее. Все еще был шанс, что дождь пройдет мимо или мужики успеют добраться до шоссе, но умудренный опытом Геныч, как обычно, готовился к худшему и думал о том, стоит ли предупредить пассажиров заранее.

— Геныч, ветер-то прохладный. Прав был Макарыч, видимо.
— Мужики, давайте, не отвлекаемся, должны успеть! — Геныч подстегивал коллег. — Не теряем ритм, иначе застрянем тут...

Мужики поднажали еще, но теперь каждое усилие едва прибавляло им скорости — темп и так был близок к максимальному. Пассажиры беспокойно поглядывали на окружающую природу. Деревья и травы, еще недавно пребывавшие в абсолютной летней неподвижности, теперь нервно раскачивались.

— Тихон, похоже, будет дождь. Вдалеке туча, — сказал уже очевидную вещь Хаджи.
— В прогнозе ничего не было... Я специально смотрел утром.
— Мы доедем?
— В дождь волоки не работают. Только если асфальтированные. Здесь все размоет.
— Застрянем?
— Застрянем не застрянем, но ехать явно не сможем.
— И на сколько это?
— Не знаю. Позвоню-ка я их главному.

Тихон набрал Игоря — мужика в рубашке, оставшегося на трассе. Ветер снаружи усиливался.

— Але, здравствуйте. Да, это я. Мы вот проехали половину, но похоже, что может дождь пойти... Да, дождь. Почти уверен. Хорошо, жду.

Ответивший на том конце Игорь в это время был занят поисками Макарыча. Игорь уже понял, что погода меняется, но верить в дождь все еще отказывался. И все-таки на случай, если пассажиры застрянут, он скорее хотел к ним выйти с продуктами и сухими вещами. Макарыч был нужен Игорю, чтобы заболтать пассажиров — в этом случае был шанс, что они хотя бы не станут забирать аванс. Сам Игорь в коммуникациях силен не был, хотя и считался на волоке главным из-за бухгалтерских талантов.

Игорь нашел Макарыча сидящим на дереве рядом со своим домом. Макарыч иногда залезал туда по лестнице и просто сидел часами, смотря вдаль. Все давно привыкли к его странному поведению, тем более что вреда от Макарыча не было, а польза иногда случалась.

— Макарыч, нужна помощь. Ты про дождь говорил?
— Ну?
— Пойдем на волок, там наши. Застрянут, видать.
— Застрянут, конечно.
— Будешь пассажиров развлекать, с меня потом, как обычно.
— Ну пошли.

Бородатый Макарыч слез с дерева, зашел в дом за старым дождевиком и, подождав, пока Игорь вернется с мешком еды и вещей, отправился с ним на волок. Игорь шел впереди и то и дело оборачивался. Полоска на горизонте уже превратилась в отчетливую тучу, под которой — теперь в этом не было сомнений — виднелась стена проливного дождя.

— Дня два, а то и три, пока все высохнет, — пробурчал Макарыч.

Игорь не отвечал — ему все еще хотелось верить, что пронесет.

— Макарыч, ты лучше скажи: если ты утром чувствовал, что будет дождь, почему не сказал?
— Я Ивану сказал.
— Мы уже клиента приняли, когда он передал.
— Мне утром тяжело было до тебя идти.
— А теперь не тяжело на середину волока тащиться в дождь?
— Нормально, я люблю дождь.
— Летом все любят... Вот только одежечку все тоже хотят, обновочки, компьютер подлатать... Откуда денюжки, Макарыч, на все это? Я, может, тоже не прочь по лужам попрыгать, а зарабатывать на чем? Если меня спросить — дождь дождем, а я за засуху. Так надежнее.
— Без дождя совсем ничего не вырастет.
— Да и хоть бы засохло это все, летом и так ничего не растет. Зимой заготовим.
— Зимой померзнет все. Зима холодная будет.
— Это-то ты откуда знаешь?
— Читаю сообщество англоязычных синоптиков.
— И что пишут?
— Что зима эта в России холодная будет. За людей боятся.
— Да, конечно, куда нам до англоязычных синоптиков, все тут померзнем, — раздраженно ответил Игорь.

За считанные минуты туча накрыла небо. Вскоре полил проливной — можно сказать, тропический — дождь. Ветер гнул деревья вокруг поля, через которое шли Макарыч и Игорь, а где-то над облаками время от времени вспыхивало и раздавался гром. Макарыч и Игорь сняли кроссовки и шли босиком, наступая по щиколотку в черную грязь. Идти становилось все труднее, и в какой-то момент они остановились.

— Перезвонить забыл...
— Кому?
— Ну кому-кому, клиенту.
— Я думаю, ему уже все равно.
— В каком смысле?
— Они же грибную из корзины взяли.
— Ты думаешь они ее там уже того?

Макарыч пожал плечами. Туча начала рассасываться так же быстро, как и пришла. Вдалеке уже поблескивало желтым солнце. Чуть только дождь ослаб, насквозь промокший Макарыч встал и предложил идти дальше. Игорь, растеряв все боевое настроение и окончательно смирившись, теперь шел сзади спешащего Макарыча.

Несмотря на непролазную грязь, Макарыч и Игорь добрались до машины быстро — дождь едва-едва успел закончиться. Еще издалека завидев электрокар, Игорь понял, что тот увяз практически по днище. Придется не просто ждать, пока дорога высохнет, но и звать подкрепление с лопатами.

— Ну вот, я тебе говорил, — бодро кивнул Макарыч.
— А?
— Смотри.

Макарыч указал в сторону поля. Там, в стороне от дороги, Тихон Олегович и Хаджи бегали друг за другом по полю и, хлюпая по грязи, громко смеялись. Мужики в это время терлись рядом с машиной, изучая дорогую модель.

— Эй, видели? — всем прокричал Макарыч, показывая рукой на небо, в котором образовалась цветастая радуга.

Все посмотрели наверх.

— Я слышал, что над Россией радуги не бывает... — удивленно сказал Хаджи, остановившись.
— Стереотипы, — ответил Тихон и по-дружески приобнял иностранца.

Автор

Максим Калинников

Город: Королев
Возраст: 32 года


Понравился материал? Помоги сайту!